Трим счастия искал ползком и тихомолком;Нашел — и грудь вперед, нос вздернул, весь иной Кто втерся в чин лисой, Тот в чине будет волком.
НОВЫЙ СТИХОТВОРЕЦ И ДРЕВНОСТЬ
Едва лишь что сказать удастся мне счастливо,Как Древность заворчит с досадой: «Что за дивоЯ то же до тебя сказала, и давно!» Смешна беззубая! Вольно Ей после не прийти к невежде! Тогда б сказал я то же прежде.
«Ты сердишься за то, приятель мой Гарпас…»
Ты сердишься за то, приятель мой Гарпас,Что сын твой по ночам сундук твой посещает!И философия издревле учит нас,Что скупость воровство рождает.
«Скажи, чтоб там потише были…»
«Скажи, чтоб там потише были! —Кричал повытчику судья,—Уже с десяток дел решили,А ни единого из них не слышал я!»
«Дидона! как тобой рука судьбы играла…»
Дидона! как тобой рука судьбы играла!Каких любовников тебе она дала! Один скончался — ты бежала; Другой бежал — ты умерла!
БРУТОВА СМЕРТЬ
Бомбастофил, творец трагических уродов,Из смерти Брутовой трагедию создал.«Не правда ли, мой друг, — Тиманту он сказал,Что этот Брут дойдет и до чужих народов?» «Избави бог! Твой Брут — примерный патриот В отечестве умрет!»
НА ПРОСЛАВИТЕЛЯ РУССКИХ ГЕРОЕВ,
В СОЧИНЕНИЯХ КОТОРОГО НЕТ НИ НАЧАЛА, НИ КОНЦА, НИ СВЯЗИ
Мирон схватил перо, надулся, пишет, пишет И под собой земли не слышит!«Пожарский! Филарет! отечества отец!» Поставил точку — и конец!
К ПЛЕЩЕЕВУ
Напрасно я, друг милый, говорил,Что супостат, как вешний лед, растает!..Увы! грядущего никто, никто не знает! Ведь не растаял он — застыл!
ПЬЯНИЦЕ
Под камнем сим Бибрис лежит;Он на земле в таком раздоре был с водою, Что нам и из земли кричит: Не плачьте надо мною!
ГРАМОТЕЮ
Здесь Буквин-грамотей. Но что ж об нем сказать?Был сердцем добр; имел смиренные желаньяИ чести правила старался наблюдать, Как правила правописанья!
ЗАВОЕВАТЕЛЯМ
Где всемогущие владыки,Опустошители земли?Их повелительные ликиСмирились в гробовой пыли!И мир надменных забывает,И время с их гробов стираетПоследний титул их и след,Слова ничтожные: их нет!
ЭПИТАФИЯ ЛИРИЧЕСКОМУ ПОЭТУ
Здесь кончил век Памфил, без толку од певец!Сей грешный человек — прости ему творец! — По смерти жить сбирался, Но заживо скончался!
БЕСПОЛЕЗНАЯ СКРОМНОСТЬ
Демид, под одою своей, боясь Зоила, Ты имени ее не подписал!Но глупость за тебя к ней руку приложила; И свет тебя узнал!
ШУТОЧНЫЕ СТИХИ
РАССТРОЙКА СЕМЕЙСТВЕННОГО СОГЛАСИЯ
Жил муж в согласии с женой,И в доме их ничто покоя не смущало!Ребенок, моська, кот, сурок и чиж ручной В таком ладу, какого не бывалоИ в самом Ноевом ковчеге никогда! Но вот беда!Случился праздник! муж хлебнул — и в спор с женою!Что ж вышло? За язык вступилася рука!Супруг супруге дал щелчка!Жена сечь сына, сын бить моську, моська с боюДушить и мять кота, кот лапою сурка,Сурок перекусил чижу с досады шею.Нередко целый край один глупец смущал!И в наказание могущему злодеюНередко без вины бессильный погибал.
СВИСТОК
Посвящено Анне Петровне Юшковой
Какую ворганщицуВенчать предпочтительноПред всеми дудиламиМуратова чудного!Ни слова не скажем мыО славном картузнике; [54]В одно он окошечкоГлядит избоченяся;Когда ж, в три погибелиС дерниной тяжелоюНагнувшись, надуется,Тогда уж ни Моцарту,Ни Дицу, ни ГайденуТоль сладкой мелодииСлыхать не случалося!Но я увенчаю здесьВолынщицу звучную,Трубу мою, трубушку,Трубыню, воркуньюшку,Помадницу Софьюшку.Ах! как же ты, Софьюшка,Сидя за печуркою,Пленяешь гармонией!Как, скорчась дуга дугой,С чулком иль с подвязкою,Кивая шершавоюСпросонья головкою,Протяжным шипением,Иль треском отрывистым,Иль тихим урчанием,Иль писком и ропотомНаш слух в восхищениеПриводишь, Кубышница!Прославим же громкуюВолыночку Софьюшки.В минуту безмолвияИ сна полунощногоОна, как ручей, журчит,Как птичка дубравная,Щебечет, ерошится,И крехчет и квакает,Как будто лягушечка.Другие волыночкиДудят с расстановкою,Осиплой гармонией;А эта волыночка,Когда принадуется,Что твой соловей в лесу!Лелейте же милуюПискунью и кряковку!Кормите морковкою,Горохом и редькою!Чтоб тоны гармонииЛились без усилия!Смотрите, чтоб СофьюшкаВолынки не вздумалаСовсем перестраиватьПо строю высокомуПевицы заморския,Козловской Антиповны;Иль чтоб ей не вздумалосьПугать нас аккордамиИ фугами звучнымиБыкова Белевского.Я знаю соперницуВолыночки чудныя…Тихохонько фырскает,Пищит, как комарий нос!Но эта волыночкаЕще безымянная.
54
Алексей, по прозванию Косоплетинка, ходит обыкновенно в картузе. (Примеч. В. А. Жуковского.).
<А. А. ПЛЕЩЕЕВУ>
На бал, обед и ужин!Ты там, конечно, нужен!Ты с грациями дружен;На вымыслы богат;Пифийцу Фебу сват;Весельям, смеху брат;А Талия, плутовка,Тебе, сударь, золовка.Меня ж, мой милый друг,Нечаянный недуг(Какой — сказать не знаю)Схватил, — я умираюИ с горем пополамНахмурясь восклицаю:«Увы, не быть мне там,Где будешь ты с женою,Где будет пир горою!Где с милой молодоюМуж будет — молодой;Забав и смехов рой;Шампанское и пиво;Розина с Альмавивой;Леге и Букильон;Пять, шесть Толстых; Нельсон;Паштеты, буженина,Тартинки, солонина,Грибы и… Катерина —Та, знаешь, Катерина,Которой на показТворец дал пару глаз;Но с этими глазами,Скажу я между нами…»Однако, милый друг!Мне, право, недосуг;Я болен, болен, болен;Так ехать я неволен,Хотя бы и желал,На этот званый бал!Два слова в заключенье;Скажи мое почтеньеСупружнице своей!..Что друг мой Алексей?Совсем здорова ль Маша?Что Гриша, Алексаша,И все (колико есть)Плутишки Плещенята?Премилые ребята!Засим, имею честьС преданностью, почтеньем,С сердечным умиленьем,Приятель дорогой,Пребыть твоим слугой.
ПОСЛАНИЕ К А. А. ПЛЕЩЕЕВУ
Друг милый мой,Прекрасен твойГали-Матвей!Скажу: ей! ей!Оставя лесть,Ты Пинду честь!Но вот и мойНе мастерскойГали-Максим,Твоим, поэт,Стихам в ответ!На двух стопах,Как на «волнах»,Мои стихи(Из рифм жмыхи)К тебе пойдутИ принесутПриятный сон!Царь АполлонДавно судил,Чтоб я лечилМикстурой слов,Клистиром строфИ рвотным одБессонных род!Что ж написать?Ужель сказать,Что апликеНа сундуке?Что тюфяки —Не парики?Что Мовильон,Хотя крещен,Но ренегатИ не женат!Увы! мой друг!Мне недосуг.Меркурий твой:«Пора домой!» —Мне говорит;И клей кипит,И твой пиит,Сложив кафтан,Не капитан —Наклейщик стал!Чин этот мал,Да лучше в нем,Мой друг, тишкомСвой век провестьИ помнить честь,Чем все забытьИ первым быть,С звездой, с крестом,Секретарем,И продаватьОтца и мать,Царя, друзейЗа горсть гиней!Друг, одолжи, —Мое скажиПочтенье тойЖене, какойЗдесь под лунойАх! нет другой!
<А..А. ПЛЕЩЕЕВУ>
О Негр, чернилами расписанный Натурой, На коем виден лак искусств;Из-под экватора пролезший к нам фигурой, Лица чудесного дивишь архитектурой, Ты винегрет ролей и чувств;Вдруг мамкой, цесарем… и се-карикатурой! Но дело не об том,Со всем твоим уменьем и умом,Ты можешь сделаться великою скотиной, То есть большим скотом,Когда не подаришь друзей безделкой — днем, И не останешься у нас сегодня с Ниной. Плещук! Не вдруг Оставь Друзей! Ей! Ей! Поправь Свой план! Надень Кафтан; Брось лень, Побрей Себя; Друзей Любя, Им ты Вещай: «Скоты! Вам рай, Где я! Одна Моя Жена Да рой Святой Плещат, Ребят, Каких Других Здесь нет Как нет,— Мне вас, Друзей, Подчас Милей! Итак, Чудак Плещук, Ваш друг, У вас, Скотов, Не час Готов, Но шесть И шесть Часов Провесть!»