Столкновение трех судов
Шрифт:
Когда он оказался на некотором расстоянии, Тарли Вулверлон даже сбросил собственное имя, размышляя с дуновением свободы, кем он станет, оставив корону и королевство позади.
ГЛАВА 68
Никалиас
«КАК БУДТО Я не видел каждый твой дюйм», — поддразнил Ник, прислонившись к дереву, повернувшись спиной, пока Тория снимала своё изорванное чёрное
платье, облачаясь в кожаные одежды для верховой езды для их путешествия. «И как будто я не буду видеть это каждый день отныне».
Тория фыркнула, торопясь, так как они знали, что моменты отдыха должны быть редкими и краткими, пока они не достигнут Хайфэрроу. Они остановились лишь на первом участке лесных угодий, даже не выехав из Вэсмаера, чтобы Тория могла устроиться поудобнее для пути. И для некоторых предстоящих прощаний.
«Ты стоишь в дозоре, — сказала она, и он понял, что она уже одета, когда оттолкнулся от ствола и повернулся к ней. — И я удерживаю тебя от любых идей, если бы ты смотрел, как я одеваюсь».
Коварная улыбка изогнула его рот, когда он подошёл к ней, пока она застёгивала плащ. Вид её в облегающих кожанках был почти столь же соблазнительным, как и её голая кожа. Он не мог остановить свою потребность прикоснуться к ней, и его руки скользнули по её талии, притягивая её к себе, в то время как её руки взобрались на его грудь. «Мне не нужно смотреть, как ты одеваешься, чтобы разжечь желание к тебе», — хрипло пробормотал он. Ник захватил её рот, и мягкий звук, сорвавшийся с неё, заставил его руки сжаться, а затем пуститься в странствия. Каждый изгиб её тела, что выгибался к нему, каждый вкус её — ему никогда не будет достаточно. Потребность вернуться в Хайфэрроу была безумной. Туда, где она будет лежать рядом с ним каждую ночь. Туда, где он объявит всему миру, что Тория Стагнайт принадлежит ему, и он бросит вызов Богам, чтобы отнять её у него.
Всё, чем он был, всё, что он делал, будет для неё и для их королевств. Он не склонится ни перед чем и ни перед кем другим.
Тория вырвалась из их горячего поцелуя, когда он не смог. Он не знал, когда они отодвинулись назад, но понял, что был в секундах от потери контроля и взятия её прямо у дерева, что зажало её.
«У нас будет вечность, Ник», — тихо сказала она, её нежные пальцы скользнули по его щеке.
Ничто не звучало столь радостно. Но он не поддался тьме, что хотела задушить этот свет.
«Да, будет».
Ник взял её за руку, и они вернулись к остальным, которые ждали с лошадьми. Генерал Фэнстэда всё ещё был ослаблен после того, как целителю удалось извлечь стекло и остановить кровотечение. Из-за глубины раны заживление займёт гораздо больше времени и оставит шрам. Нечто, что, как Ник знал, будет питать вину Тории долгое время — и его собственную.
Она спасла его. Без страха или колебаний. Даже против кого-то дорогого ей. Её верность была чем-то, чего он, думал, никогда не заслуживает, но он потратит свою жизнь, чтобы она знала, нет ничего, на что он не пошёл бы ради неё.
«Думаю, здесь мы и расстанемся», — объявил Джэкон, поднимаясь с места, где он с Марлоу быстро отдыхали.
Кузнечиха всё ещё приходила в себя от огромного импульса энергии, потребовавшегося, чтобы сотворить заклинание, запечатавшее Марвеллас и Мордекая в замке. Всё было спланировано. Но ничто никогда не гарантировало, что пойдёт, как они надеялись, и страх потерять её был очень реальным. На мгновение Ник подумал, что они потеряют. Он верил, что Марвеллас преуспеет в разрыве их связи, и хотя это была неизмеримая боль — представить это, он знал, что это ничего не изменит.
Его любовь к Тории никогда не менялась и никогда не изменится.
Джэкон помог Марлоу подняться, притягивая её к себе, чтобы взять на себя часть её веса. Цвет вернулся к её лицу, и её улыбка была, как всегда, обнадёживающей для многих обеспокоенных лиц, уставившихся на неё. Она была одной из самых храбрых, вдохновляющих людей, кого он имел честь называть другом. И он навсегда останется в долгу перед обоими людьми за то, что последовали за ним по этому тёмному, неопределённому пути.
Но теперь пришло время расстаться, и его грудь сжалась от этого знания.
«Позволь мне отправить стражников с вами. По крайней мере, пока вы не достигнете границ Райэнел». Ник не совсем предлагал; он отказывался отпускать их без защиты.
Джэкон кивнул. «Спасибо».
«Нет — спасибо вам. Обоим. Если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится, просто передайте мне одно слово. Но у меня есть чувство, что это не прощание. Только расставание на какое-то время».
Ник протянул руку, и Джэкон обхватил её, обменявшись взаимным взглядом уважения и понимания. Не король и подданный. Не фейри и человек. Просто два друга из самых неожиданных мест.
Его взгляд упал на Марлоу, и Ник покачал головой. «Есть ли конец невозможному?» Он не мог выбросить из головы утверждение Марвеллас — что продолжительность жизни Марлоу больше, чем они могли предсказать, но были дураками, не подумав об этом, учитывая способность, которую она таила.
Улыбка Марлоу была печальной. «Я давно отпустила это слово».
Руки Ника раскрылись, когда Марлоу сделала слабый шаг в них. «Тогда не теряй надежду. Мы найдём способ». Его глаза мельком взглянули на Джэкона. Его понимающий взгляд заставил его поморщиться, но невысказанное значение повисло в воздухе.
Они найдут способ согласовать смертные различия, которые вышли на свет между ним и Марлоу. Впервые Ник пожелал казавшегося невозможным.
Тория была рядом с ним, и Ник отошёл, пока они обменивались словами прощания. Их объятие было нежным и долгим, скручивая грудь Ника при виде этого. Он хотел, чтобы они все вернулись в Хайфэрроу, но люди настаивали, что наконец пришло время им отправиться в Райэнел. Была часть его, что завидовала им, что они воссоединятся с Фэйт. Он тоже жаждал увидеть её, хотя бы чтобы убедиться, что она в безопасности и здорова, когда не мог отделаться от чувства ужаса, что окутывало его каждый раз, когда она приходила на ум.
Наблюдать, как люди уезжают, было более душераздирающим, чем Ник ожидал. Но когда Тория прильнула к нему, её рука без усилий достигая его груди, это дало ему волю отвернуться. Потому что не было ничего важнее, чем доставить её в безопасное место.
«Поедем домой», — мягко сказал он.
Она полностью повернулась к нему, руки обвили его, когда она прижала своё тело к его. Её ореховый взгляд был так полон любви. Захватывающе дух. Затем её щека прикоснулась к его груди, и он обнял её. Не было более идеального сочетания в мире. Не было более удовлетворяющего чувства, чем иметь её так легко на руках. Она сделала долгий, глубокий вздох удовлетворения.