Столкновение трех судов
Шрифт:
«Скоро полдень, Ваше Величество», — мягко прервал их Леннокс.
Радость мгновенно сошла с лица принцессы. Впервые Серена не сопровождала Опал сюда и не оставалась. Тории предстояло отвести её на занятия.
«И что мы теперь будем делать?» — спросила Опал, когда они зашли внутрь.
Торию тронуло, что её тон стал печальным от мысли, что им больше нечем будет заниматься вместе. Её согревало осознание, что сад стал для принцессы чем-то вроде безопасного места. «Ну, за ним, конечно, нужно будет ухаживать», — предложила Тория.
Опал сияюще улыбнулась ей, получив уверенность, что её там всегда ждут.
Проводив принцессу, Тория знала, куда направится тем днём. С тех пор как он упомянул его в саду, она ловила себя на том, что *скучает* по принцу. По пути в его покои она создала небольшой букетик виолетт и всю дорогу раздумывала над ним. Детски ли это — преподнести их ему? Её несущиеся мысли прервались, когда она ощутила чьё-то присутствие в дальнем конце коридора и остановилась в шоке, увидев, кто выходил из покоев Тарли.
Серена поправила лиф платья, словно приводя его в порядок после...
*О, боги.*
Тория резко развернулась на каблуке, чуть не врезавшись в Леннокса, на которого она даже не взглянула, прежде чем броситься прочь. Сердце бешено колотилось. Не должно было быть неожиданностью; Серена намекала, что у неё с принцем была история. Тория чувствовала... ничего. У неё не было права ревновать с той тайной, что она хранила. Она лишь надеялась, что её почти что столкновение осталось незамеченным, будучи уверена, что позже её замучают этим среди дам.
К вечеру Тория ужинала в одиночестве на балконе. Летом дни длинные, и она наблюдала, как великолепное солнце садится, окрашивая камни двора в столько прекрасных тёплых оттенков. Она лениво помешивала чай, зная, что то, что в нём, заблокирует её подсознание, когда она позже уснёт. Как и каждую ночь, чтобы удержать её от Ника. Она улыбнулась про себя. Ложка звякнула о край чашки, затем она отставила её в сторону, обхватила двумя пальцами ручку и поднесла чашку к губам.
Тория старалась не думать о Нике другими способами, подавляя память об их соитии только для тех моментов, когда она была по-настоящему одна в своей комнате в глухую ночь. Она не могла рисковать, чтобы её запах изменился от мыслей о нём, которые грозили её погубить. Требовались усилия, чтобы сосредоточиться на чём угодно, кроме него.
Не так всё должно было быть после установления брачной связи. Разлука. Но за что Тория могла быть благодарна, так это за то, что она настоящая.
«Не ожидал увидеть тебя здесь».
Низкий голос Тарли оторвал её взгляд от горизонта, и она увидела, как он выходит. На прошлой неделе она привыкла ужинать в одиночестве в своих покоях, а не с принцем. Это была часть поддержания маскировки. Несмотря на то, что отказ от связи был встречен согласием тех, кого они обманывали, от неё всё ещё ожидали, что ей понадобится время, чтобы оправиться от болезненного опыта.
«Я и так потратила достаточно времени. Нам нужно готовиться».
Их *приготовления* несли тихий смысл между ними. Им предстояло погрузиться не в свадебные хлопоты и мелочные детали вечеринки, а в гораздо более зловещую и мрачную задачу — выяснить, что Верховный лорд Мордекай мог получить от их союза.
Тарли занял место напротив неё, его лицо бесстрастным. Она привыкала к его угрюмому приёму, понимая, что обычно это не отражение его настроения или окружения; это была постоянная тень. «Взять время на исцеление — не потеря времени».
Тория опустила взгляд на свою тарелку, почувствовав вину. Она хотела бы сказать ему, но это был слишком большой риск. Они не могли быть уверены, что Тарли останется на их стороне и выступит против отца, если случится худшее.
«Я искала тебя днём», — отвела она тему. «Ты меня не нашёл».
«Очевидно».
Тарли приподнял бровь, и она поняла, что её тон стал обвиняющим. Она поставила чашку, мельком глянув, чтобы убедиться, что стражи достаточно далеко и не подслушают разговор.
«Что ты делаешь и с кем — не моё дело. Но я надеюсь, ты держишь её в молчании насчёт этой связи, которая никому из нас не пойдёт на пользу, если твой отец о ней узнает».
Его лицо омрачилось. «О чём ты?»
Неужели он считает её дурой? Она наклонилась вперёд на стуле. «Я проходила мимо твоих покоев как раз, когда леди Серена выходила», — сказала она прямо, стараясь сохранить ровный тон, чтобы дать понять, что не осуждает. «Но если пойдут слухи, я не только буду выглядеть круглой дурой, поддерживающей тебя до свадьбы, но и сомневаюсь, что ты или она будете в безопасности от гнева Варласа».
Между ними повисло долгое молчание, и Тория попыталась изучить его выражение лица. Холодное, суровое. Пока он смотрел на нее... ей даже показалось, что она уловила проблеск предательства. Нет — *боли*.
«Когда ты видела, как она выходит из моих покоев?»
«У вас что, целая череда встреч, что ты не можешь уследить?»
Его челюсть напряглась, но прежде чем он высказал тьму, мелькнувшую в его глазах при этом замечании, они опустились на стол рядом с её тарелкой. «Откуда это у тебя?»
Тория проследила за его взглядом, зная, что она найдёт. Вот только гнев принца, казалось, возрос. «Опал подумала, что они тебе понравятся», — процедила Тория. «Потому что они напоминают тебе о матери».
Тарли упёрся руками в стол и медленно поднялся. Тёплый воздух похолодел от его бездонного взгляда, устремлённого на фиолетовые цветы. Затем он пригвоздил этим взглядом её. «Ей не следовало тебе этого рассказывать», — ледяно сказал он.
Тория не была уверена, хочет ли она ответить ему той же горькой нотой или поддаться боли, которую чувствовала за него. Даже спустя всё это время она не знала, как подступиться к принцу. Ничего не казалось достаточно хорошим.
«Если в этом проклятом саду есть хоть один из них, я хочу, чтобы их убрали».
«Нет».
Глаза Тарли сузились от её неповиновения, но Тория не дрогнула. Она тоже встала.
«Это был сад твоей матери, и в её память они останутся. А ещё это разобьёт сердце твоей сестре, если она узнает, как сильно ты их ненавидишь».
«Не говори о ней», — предупредил Тарли. «Не говори больше ни об одной из них». Он оттолкнулся от стола и собрался уйти, не притронувшись ни к чему из угощений.