Чтение онлайн

– Мы знаем, знаем, - загалдели птицы, захлопав крыльями.

– Кругликов нельзя беспокоить, - уперся предводитель. Он облетел Гошу и, прилипнув спиной к двери, распростёр крылья, загораживая дом от посягательств.

– Это еще почему?
– возмутился Гоша.
– Спят средь бела дня на пуховом кресле. Откуда я знаю, сколько будет длиться их фаза короткого сна? Их работа - доставлять гостей в башню к Сильвестрину? Чем они вообще занимаются, на дереве образцового порядка и гармонии?

– Ничем, - вздохнул предводитель птиц.
– Дышат кристально чистым воздухом, купаются в лучах зеленого солнца и нежатся в теплой дождевой воде. Кругликов осталось совсем мало. Большинство из них погибло во время великого разделения Шаштифалии. Чтобы они не чувствовали себя виноватыми, Сильвестрин дал им поручение провожать гостей в город. Но не во время сна. Круглики - единственные на дереве, кто видит красочные сны и помогает серым плодам расколоться и рассыпать чудесные впечатления.

– Горе моим чутким ушам, - расстроился Гоша.
– Ладно уж, подожду, только недолго, - согласился он.
– Можете искать своих очарованных Стельков, а я тем временем заступлю охранником вместо вас, бездельники вы эдакие.

– Держись, Огонек, возникли непредвиденные обстоятельства, - прошептал Гоша себе под нос.

Предводитель птиц скосил глаза на свой клюв и чихнул.

– И то, правда, - согласился он и перелетел на перила.

– У старшего брата вожатого Шаштифалии тоже есть телохранители, - пафосным тоном поведал он.
– Это синие и чистые глаза кругликов. Властитель мертвого леса, имя которого запрещено произносить на старом дереве, охотится за ними.

– За глазами?
– удивился Гоша.
– Вот извращенец! Но зачем ему понадобились глаза кругликов?

– Он украшает ими свою корону и наряды, - стал тянуть время предводитель.
– Зажим для галстука и тот весь сияет чистейшими сапфирами самой прекрасной огранки. Глаза кругликов еще долгое время остаются живыми и прекрасными. Они смотрят на подданных злодея, вводя их в состояние гипнотического транса. И тут собственные глаза предводителя птиц наполнились слезами.

– Ах, паразит! Ну, погоди у меня. Скоро я до тебя доберусь! - стал потрясать в воздухе кулаками Гоша.

– Прекрасные сапфиры со временем угасают, и очень скоро ему понадобятся новые, - продолжал предводитель птиц трагическим голосом, кося глазом на Гошу.

Смущенный и рассерженный одновременно, Гоша во второй раз припал к окну и посмотрел на мирно спящих в обнимку, доверчивых древесных жителей.

– Кажется, я придумал, - обернувшись, сказал он вожаку стаи с радостной улыбкой.

– Держите девчонку!
– заорал Сильвестрин, и скрытые в круглой стене двери распахнулись. Вышедшие из них пауки подхватили сидевшую к ним спиной Анну под мышки и потащили.

– Пустите меня!
– закричала Аннушка, отбиваясь от длинноруких молодцев с блестящими, черными глазами, от вида которых становилось не по себе. - Опомнитесь! Это он обманул вас! Это не Сильвестрин, разве вы не видите?

– Она подослана, чтобы сеять раздор на дереве наших предков!
– закричал Сильвестрин.
– Заприте ее в башне над озером, оплетите дверь паутиной и не сводите с нее глаз.

Облепив Аннушку со всех сторон, пауки подняли ее над собой и понесли.
– Защитим наше дерево!
– прошелестели они, после чего стали издавать странные звуки наподобие писка.

Оставшись без защитного плаща, Аннушка почувствовала, как быстро покидают ее силы. Она перестала сопротивляться и, закрыв глаза, стала падать.

Странное видение предстало перед ее глазами.

– Домой, домой, - услышала она призывный шепот

– Я - тень, текущая и золотая, - пропел кто-то, и перед Аннушкой появились смутные очертания человека. Вспыхивающая золотыми искрами фигура находилась за текущим стеклом.

– Я - шар золотой, - пропищал высоким голоском крошечный цыпленок, сидящий внутри половинки домика. На срезе было видно, что домик был золотым внутри, серым в середине и оранжевым снаружи.

– Я сделал открытие, - сказала текущая, золотая тень.
– Лес, полный перламутровых цветов, связан с жемчужным ожерельем на шее светловолосого юноши.

Аннушка застонала, но не смогла открыть глаз. Веки налились свинцом. Она сделала усилие над собой и увидела себя, лежащую на руках у красивой женщины с распущенными волосами. От женщины исходил тонкий запах акации

– Мама, - прошептала Аннушка.

– Просыпайся, Огонек, беги, - сказала женщина.

– У меня нет сил, - попыталась ответить Аннушка, но вместо слов изо рта вырвался протяжный стон. Тогда женщина смазала ее веки какой-то жидкостью, и текущий человек превратился в ее собственного дедушку. Он действительно раскачивался, поскольку сидел в кресле-качалке.

Аннушка очнулась и открыла глаза. Она лежала у стены под окном.

– Это был не Сильвестрин. Гоша! Ну и влипла я, - сказала она, глядя в пустой оконный проем. Аннушка провела пальцами по векам.

– Акация, - понюхав пальцы, прошептала она и улыбнулась.

– Помогите, - послышался сдавленный, мужской голос снаружи.

Аннушка поднялась на ноги и выглянула в окно. Во все стороны от башни простиралось большое, голубое озеро.

– Я здесь, под окном, - снова раздался голос И Аннушка, свесившись из окна, увидела стоявшего по шею в воде мужчину. Он стоял, задрав голову вверх, и улыбался ей, оставаясь совершенно бездвижным.

– Через несколько минут начнется ливень, и я утону, - спокойно сказал мужчина.
– Фарицетти связал мне руки и ноги.

Не раздумывая ни минуты, Аннушка прыгнула в воду. Освободив под водой ноги и руки пленника от веревок, она вынырнула на поверхность и, удерживаясь на воде, спросила:

– Ты настоящий Сильвестрин, да?

– Да. И ты спасла меня. Сильвестрин - это я, а тот, кто бросил меня в озеро, а тебя в башню, - переодевшийся в мою одежду Фарицетти, посланник властелина мертвого леса. Надо выбираться отсюда, Огонек. С минуты на минуту начнется ливень.

– Ты знаешь мое прозвище?
– удивилась Аннушка.

– Садись мне на плечи, я расскажу тебе все по дороге, - сказал Сильвестрин, подставляя Аннушке спину. Когда Огонек забралась на плечи Сильвестрина, тот, оставаясь по пояс в воде, стал обходить башню по кругу. С обратной стороны башни, на невысоком, мшистом холме, выступавшем из воды, стоял птичий дом. На крыше сидела чечетка с красным пятнышком на голове и грудке.

– Настала очередь садовника Бебедеро поливать, - сообщила чечетка.
– Возьмите зонт, Бебедеро поливает от всей души. Ой, началось! Крупная капля упала на красный лоб чечетки.

Еще мгновение, и на озеро обрушился ливень. Одновременно с ним где-то совсем близко послышался барабанный бой. Из-за поворота башни появилась плоскодонка с сидящими в ней Фарицетти и пауками.

– Отправляйся на другой берег озера. Я отвлеку их. Настала моя очередь спасать тебя, Огонек. Сильвестрин издал звук позывок, и чечетка, наблюдавшая за ними, скрылась в доме.

– Она даст тебе лодку. На ней ты переправишься на другой берег, где будешь в безопасности.

Не дав Аннушке времени на раздумья, Сильвестрин поплыл в сторону плоскодонки.