Чтение онлайн

– Очевидно, занял выжидающую позицию, - предположила Аннушка.

– Ждет, никак иначе, - согласился Гоша.

– А еще он спит на ходу, - сказала Аннушка.

– Не сплю, - коротко возразил бегун, не открывая глаз.

– Не могли бы вы уделить нам минуточку, уважаемый древесный житель?
– вежливо попросил Гоша.
– Мне, коту Гоше, и моей подопечной, зовут которую Огонек, нужно кое-что разузнать.

– Я не здешний, - отозвался бегун, и веки его затрепетали. - Если хотите спросить о чем-то, придется бежать со мной, - сказал он и снова повернул в сторону деревни. Друзьям ничего не оставалось, как последовать бегом за великаном. Шаги бегуна были гигантскими, и Аннушка с Гошей едва поспевали за ним.

– Охотник Стельк, - представился на ходу великан.
– Стельк должен постоянно бежать вперед и не оглядываться. Я могу опоздать.

– Разве можно охотиться вслепую?
– удивилась Аннушка.

– Это маскировка, - объяснил Стельк. - Я дую в рожок с закрытыми глазами.

– Ни за что бы не догадался, что вы - охотник, - подтвердил Гоша Задрав голову вверх на Стелька, он прибавил скорость..
– Не находите ли вы, что ваша охота бессмысленна?

– Совсем скоро я наткнусь на него, - уверенно заявил Стельк.
– Когда он упадет, я накрою его своим телом,

– Ах, как это хитро придумано. Восхищен, - искренне похвалил Гоша.
– А вы, случайно не натыкались на какого-нибудь дедушку?

– Дело в том, что я ищу своего дедушку, - объяснила Аннушка, бежавшая с другой стороны Стелька.

Щеки Стелька раскраснелись ровными кружочками. Они так замечательно контрастировали с изумрудной листвой, окружавшей со всех сторон бегущих, что Аннушка, залюбовавшись ими, споткнулась о торчавший посреди дороги сук и полетела кувырком прямо под ноги охотника, угодив лбом в кучу древесных щепок. Стельк, потеряв равновесие, полетел следом и - к удивлению друзей - из-под его синих штанов выскочили и отлетели в разные стороны деревянные ходули, Стельк сразу же превратился в середнячка ростом с Гошу. От неожиданности Стельк открыл глаза и растерянно похлопал ресницами, глядя то на Анну, то на Гошу.

– Мы не охотимся на дедушек, - ответил Стельк.
– Нас интересует юнец. Откуда у вас эти воротники?
– поинтересовался он.

Аннушка скосила глаза на свой воротник, ни на секунду не переставший вращаться с тех пор, как они забрались на дерево.

– Награда за расширение границ леса перламутровых цветов, - объяснил Гоша.

– Снимаю шляпу, - сказал Стельк, вскакивая на ноги и срывая с головы бархатную, зеленую шляпу с белым пером. Он низко поклонился путешественникам, а затем отстегнул и отбросил в сторону ставший слишком длинным плащ.

– Я должен поймать воришку Фарицетти, укравшего золотой кадуцей Сурлукана, - провозгласил он и подул в охотничий рожок.

– Что? Нет! Никогда! Не может быть! - одновременно завопили Аннушка и Гоша.

– Кадуцей спрятан в надежном месте! - закричал Гоша.

– К тому же его охраняют, - неуверенно добавила Аннушка.

– У зеленых стен есть уши, - сказал Стельк.

– Ах , как же так? Ведь в них проходы, охрана бдит день и ночь, а еще цветы. Они ведь тоже наблюдают за обстановкой в тоннеле и докладывают, - сказал Гоша.

– Охранники бесследно исчезли, - грустно вздохнул Стельк, надевая шляпу.

– А цикада Петит, дежурный по дереву? Что с ним?

– Цикада Петулит цел и невредим. Радист и муравьи съедены, - ответил Стельк.

– Съедены! Здесь, в Шаштифалии, где никто никогда никого не ест!- завизжал и заметался возмущенный Гоша.

– На древнем дереве посреди поляны чудесных впечатлений!
– подхватила Аннушка, схватившись за голову.

– Известно ли вам, сколько живых тварей полегло на полях битвы в стране перламутровых цветов?
– спросил Стельк.
– Случилось это во времена войны между сыновьями Зоилуна. Теперь древесный гриб пожирает мертвые деревья в лесу так же, как старший сын Зоилуна убирает живых с помощью своего служителя и охранителя - ангела Юруки. Ради полной и абсолютной власти над Шаштифалией он не перед чем не остановится.

– Юрука мог бы съесть и нас, будь мы без плащей, - ужаснулась Аннушка.
– Или вас, если бы не маскировка?

– Я прошел курс подготовки, - ответил Стельк. Что касается вас, то вы нужны ему живьем. Однако вам, барышня, было бы безопаснее заранее превратиться в кого-нибудь, прежде, чем прийти в Шаштифалию.

– Это еще зачем? Аннушка вопросительно посмотрела на Гошу. Телохранитель, как и положено, сохранял полную невозмутимость.

– Потом объясню, - процедил он сквозь зубы.

Стельк подул в свой охотничий рожок. Где-то вдали зазвучал ответный призыв.

– Прощайте! Удачи в поисках дедушки! Стельк снова закрыл глаза и продолжил свой бег, на этот раз без ходуль и плаща.

Гоша подобрал одну из ходуль и внимательно изучил ее со всех сторон.

– Это ходули пауков-ткачей, - заключил он.
– Я видел точно такие же раньше, в свой предыдущий визит в Шаштифалию.

– Зачем ткачам ходули?
– удивилась Аннушка.

– Дело в том, Огонек, что это не совсем ходули, - ответил Гоша.
– Это части от гигантского ткацкого станка, на котором день и ночь работают жуки.

– Почему же Стельк бросил их здесь?

– Я уверен, что Стельк оставил их здесь намеренно, с тем, чтобы мы могли ими воспользоваться.

– Нам-то они зачем?
– улыбнулась Аннушка.

Гоша посмотрел вверх, - туда, где под ярким зеленым солнцем колыхались тени листьев верхнего яруса.

– Чтобы мы в случае необходимости, могли сигануть снизу вверх, - ответил он

– Послушай меня внимательно, Огонек, сказал он, ловким щелчком сбив со лба Аннушки прилипшую щепку.
– Прислужники Вилранке выследили нас, когда мы крутились на поляне возле дерева.

– Птица с черно-красным оперением!
– осенило Аннушку.
– Она все кружила над нами. Аннушка сжала кулаки.

– Виноват. Я не придал этому значения. Гоша понуро опустил голову.

– Возвращайся назад, Гоша, - сказала Аннушка.
– Выясни все у Петита, а я пойду дальше. Я должна без промедления двигаться вперед.

– Нет, Огонек, - замотал головой Гоша.
– Я не могу оставить тебя одну, ведь я - твой телохранитель.

– Выяснишь все и догонишь. Иди! И Аннушка погладила Гошу по щеке.

И Гоше ничего не оставалось, как повиноваться. Они обнялись, после чего Аннушка продолжила свой путь в сторону деревни кругликов, а Гоша вернулся в зеленый тоннель.

8. Золотой шар.

Подошвы нежных кошачьих лап горели, глаза слезились от напряжения, а Гоша все бежал и бежал. Тоннель все никак не кончался. Временами, теряя терпение, он начинал сердито рычать. Когда от напряжения из глаз хлынул целый водопад слез, а лапы стали подкашиваться, Гоша остановился. Перед ним, откуда не возьмись, возникла успевшая зарасти бледно-розовыми вьюнками дверь. Собравшись с последними силами, Гоша разорвал лианы и толкнул ее