Чтение онлайн

– А давай сделаем небольшой перерыв? – на третий день своих мучений предложил Аладдин. – Я бы хотел сходить в город.

– Ну, давай сделаем, – согласилась я.

В конце концов, время не настолько нас поджимает, чтобы лишать мальчишку мелких радостей.

– А могу я взять с собой немного еды? – спросил Аладдин, указав рукой на стол, на котором стояла глубокая тарелка с фруктами и плоское блюдо с сырными лепёшками.

– Это твоя еда, – пожала я плечами. – Ты вправе распоряжаться ею по своему усмотрению.

– Вот и чудненько! – Аладдин широко улыбнулся и, достав из кармана штанов неизвестно откуда взявшийся там небольшой холщовый мешок, сложил в него фрукты и лепёшки. – Тогда мы с Абу пошли. Вернёмся вечером!

И, помахав мне рукой на последок, запрыгнул на коврик и улетел вместе со своим мохнатым дружком.

Разумеется, мне стало любопытно, что он затеял, поэтому я, сделав себя невидимой, полетела следом.

Коврик приземлился на окраине Аграбы в так называемом Старом городе, в котором проживали сплошь бедняки.

Спешившись, Аладдин уверенно двинулся между ветхих домишек. Коврик, встав вертикально и старательно имитируя человеческую походку, пошёл следом. Абу же, что-то недовольно пропищав, шустро запрыгнул Аладдину на плечо, всем своим видом показывая, что пешком идти не собирается.

Спустя пару минут эта занятная компания, со стороны выглядевшая крайне комично, оказалась на пороге полуразрушенного дома, с провалившейся крышей, покосившимися стенами и отсутствующей дверью.

В доме обнаружились дети. Мальчик и девочка лет шести, в рваной, сильно изношенной одежде, испуганно жались друг к дружке. Заслышав чужие шаги, они юркнули в дальний угол, однако, увидев Аладдина, заметно расслабились.

– Привет! – радостно помахал им рукой Аладдин, дружелюбно улыбаясь. – А я вам кое-что принёс.

Он снял с плеча мешок и протянул его ребятам.

Малыши неуверенно приблизились к Аладдину и опасливо заглянули в мешок. При виде еды на их чумазых личиках отразились счастливые улыбки.

– Это всё нам? – изумлённо спросила девочка, огромными глазами глядя на Аладдина.

– Вам, – кивнул он и вручил ей мешок. – Ешьте. На пару дней вам хватит. А потом я ещё принесу.

– Спасибо!

Девочка порывисто обняла Аладдина за талию, и тот охотно ответил на объятия, ласково погладив её по голове.

Моё сердце растаяло. Какой Аладдин всё-таки душка! Наладив собственную жизнь, не забыл о других.

Хотя сам факт нахождения детей в столь отвратительных условиях меня сильно огорчил. Неужели о малышах совсем некому позаботиться? Нет, я допускаю, что их родители могли погибнуть. Но как же другие родственники, бабушки, дедушки, дяди и тёти? Неужели бедняжки совсем одни?

Да даже если и так! Куда смотрят власти? Дети не должны жить на улице! Они же совсем маленькие и беспомощные, они нуждаются в защите и заботе…

Чтобы не напугать малышей, я, прежде чем стать видимой, приняла человеческий облик, став женщиной лет тридцати пяти, после чего решительно вошла в дом.

– Аладдин, – обратилась я к своему «хозяину». – Ты не представишь мне своих маленьких друзей?

Малыши, заметив незнакомого человека, снова юркнули в дальний угол и испуганно уставились на меня.

– Да я, признаться, и сам не знаю их имён, – смущённо ответил Аладдин. – Мы с Абу встретили их несколько дней назад, когда убегали от стражи. Ребята рылись в мусорных баках в поисках еды, вот мы с Абу и поделились с ними своим хлебом.

– Очень щедрый поступок с твоей стороны, – улыбнулась я ему.

– Да что уж там, – отмахнулся Аладдин. На его лице отразилась печаль. – Моя мать говорила, что всегда нужно помогать нуждающимся. Особенно тем, кто сам не может себе помочь.

– И ты всё ещё придерживаешься этого правила? – уточнила я.

– Да, – кивнул Аладдин. – Правда, раньше у меня особо нечем было делиться.

– Теперь будет, – заверила я его.

Потому что если человек желает делать добро, нужно ему в этом помочь.

«А мне, пожалуй, стоит навестить Джафара, – подумала я. – Он ведь хочет стать султаном Аграбы? А султан должен заботиться о своих поданных. Вот пусть и займётся судьбой этих детей!»

Заодно и посмотрю, достоин ли он вообще быть султаном. Возможно, Аладдин на этом месте будет смотреться лучше?

Джафар желает разобраться с делами

Поскольку Аладдин выпросил сегодня выходной и в моей компании явно не нуждался, я не стала откладывать разборки в долгий ящик и направилась прямиком во дворец.

Джафар нашёлся в рабочем кабинете султана: Великий визирь сидел за столом, с головой погрузившись в кипу каких-то бумаг.

Самого хозяина кабинета, то бишь султана, нигде не наблюдалось. Зато на небольшом круглом столике возле окна сидела уже знакомая мне говорливая красная птица и деловито жевала персики, выплёвывая косточки в кадку с каким-то цветком, стоявшую у окна.

– Джафар, по шкале от одного до десяти на сколько ты занят? – материализовавшись прямо посреди кабинета, бодро спросила я, не утруждая себя соблюдением хоть малейших правил приличия.

– Одиннадцать, – хмуро отозвался Джафар, однако отложил в сторону пергамент, который до этого изучал, и посмотрел на меня. – Что тебе нужно?

Я отметила, что с момента нашего последнего разговора Джафар несколько осунулся, а тёмные тени под глазами намекали на серьёзные проблемы со сном.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – не скрывая тревоги, уточнила я. – Выглядишь не очень здорово.

– Ты пришла, чтобы справиться о моём здоровье? – ядовито уточнил Джафар.

– Нет, у меня к тебе дело. Но вопрос твоего здоровья меня тоже волнует.

– Я уже говорил, что ни одна болезнь меня не берёт.

– Что не помешает какому-нибудь доброжелателю плеснуть тебе какую-нибудь гадость в вино, – парировала я.

Джафар усмехнулся.

– Я всегда тщательно проверяю свою еду и напитки, – заверил меня он.

– Ага, проверяет он, – фыркнула птица недовольным голосом. – Мне скармливает и смотрит, подохну я или нет!

Я повернулась и с интересом посмотрела на птаху.

– Твой фамильяр? – спросила я у Джафара, кивком головы указав на говоруна.