Чтение онлайн

А я всё ещё пыталась понять, что происходит.

На барной стойке уже стояли две тарелки: бекон, яичница, свежие овощи. Вкусные ароматы сплелись вместе, заставляя мой опустошённый желудок завистливо сокращаться. Я даже не помню, когда ела в последний раз…

– Не говори, что всё это ты нашёл в моем холодильнике, Михаил, – я обвела стол взглядом.

– В твоём холодильнике давно мышь повесилась, – его легкий укор был едва заметен за спокойной улыбкой. – Неудивительно, что ты похудела.

– Ух ты… – я картинно подняла бровь, чуть закусив губу. – Хочешь сказать, что мои формы уже не такие привлекательные?

Михаил усмехнулся, качая головой, и его глаза блеснули тем огоньком, который только он умел прятать за своей серьезностью.

– Ты удивительная, Ада. У тебя прекрасное умение изворачивать мои слова. Теперь садись и ешь.

Ох, этот его тон… Глубокий, твёрдый, приказной, но без капли агрессии. И я готова подчинятся этому мужчине почти во всем…

– Сначала мне нужно позвонить Алексу, – едва успела произнести я, как реальность с грохотом обрушилась на меня, разбивая этот тёплый момент.

Шутки, запах еды, Михаил рядом… Этот уют казался мне таким чужим, таким неправильным. Разве сейчас у меня есть право на покой, когда всё вокруг рушится?

– Я сам позвонил ему, – внезапно произнёс Михаил, легко и спокойно. Я удивлённо подняла на него глаза.

– Состояние твоего деда без изменений. Тебя ближайшие дни не пустят к нему. Всё из-за того, что ты устроила в больнице, – Михаил произнёс это холодно, почти отстранённо. – А сидеть здесь, запершись в четырёх стенах, тоже не выход. Ты это понимаешь, Ада.

Я почувствовала, как что-то внутри взрывается.

– Да как они смеют не пустить меня? – всплеск гнева вырвался наружу.

Горло сдавило от накативших эмоций. Всё снова стало потоплять меня.

Михаил молча поднялся со своего стула. Его решительность была ощутима в каждом движении. Он обошёл узкий стол, и в одно мгновение встал прямо передо мной, оказываясь между моих ног. Его близость била сильнее любых слов, мышцы напряглись в предчувствии чего-то.

– У меня есть два дня, – его голос стал ниже, мягче, и каждое слово проникало в меня через кожу. – Потом мне нужно будет… уехать по работе. Проведи их со мной, чертёнок.

Эти слова, это его обращение… Я дрогнула. Он не дал мне времени для сомнений, ни единой секунды. Михаил наклонился и припал губами к моим. Этот поцелуй был неожиданным, но таким тёплым, таким глубоким, что моё сердце замедлилось, теряя ритм.

Я растворилась в нём. Забыла, кто я, что было или будет. Это ощущение будто короткий миг между реальностью и сном захватило меня полностью. Вся обида, боль, гнев, все мои эмоции растворились, как снег под весенним солнцем.

И если это всё сон, если это то место, где я должна потеряться… что ж, пусть так. Это стоит того…

Глава 23.

Это был крохотный старинный городок на западе Испании, утопающий в очаровании своего уединения, где Атлантика лениво обнимала берег. И я была безмерно счастлива, что это место не Лос-Анджелес. Я просто не могла вернуться туда так скоро, ведь его воспоминания до сих пор бередили мою душу… Мой океан. Он будто принял меня и отверг одновременно несколько месяцев назад. Теперь его волны внушали мне страх, который жил во мне, как упрямое эхо прошлого. Тогда я не была готова встретиться с его мощью, с его загадочной глубоководной сущностью, а сейчас его тихий шепот казался обманчиво добрым. И все же, стоило мне снова услышать шелест волн, тело окутала дрожь – воспоминания навалились с новой силой.

Я решилась. Я спустилась к нему, к берегу, подышать его морским воздухом, пока Михаил заносил наши вещи в дом который он арендовал на два дня. Он все организовал, билеты, жилье, транспорт, все до мельчайших деталей и все это было странным… Два дня свободы.

Странно, правда? Всё казалось слишком тихим, слишком правильным, будто перед бурей, которая готовится смести меня с ног.

Он был рядом. Михаил. Не отстранялся, не отворачивался, позволял мне быть с ним, держал за руку, обнимал, целовал. Но я ловила себя на мысли: "А что, если эта буря – это он? Что, если потом будет только боль?" Возможно, он чувствовал это, возможно, намеренно воровал у меня секунды, минуты, часы – вырывал их у мрачной реальности. Даже телефон из моих рук. Михаил заставил меня отключиться от всего мира, даря только нас двоих на считанные 48 часов.

И знаете, впервые за долгое время я не спорила. Я просто стояла на кромке берега, чувствуя, как прохладный океан впивает в себя мое беспокойство, и училась отдавать себя моменту. Пусть впереди будет больно. Пусть. Но сейчас, здесь, эти два дня принадлежат нам. И я готова раствориться в них. Раствориться в нем.

– Не думал, что будет так холодно, – я услышала приближающийся голос.

Я обернулась. Михаил шел ко мне по влажному песку. Его шаги уверенные, спокойные, невероятно притягательные. Черные джинсы и простая футболка с короткими рукавами совершенно не скрывали естественной силы и простоты, которая заставила моё сердце затаить дыхание. Он выглядел настолько настоящим, настолько живым… И этот момент запечатлился во мне навсегда. Сегодня он был не просто рядом – он был открыт. Не защищался от меня, не возводил между нами невидимых стен.

В его руках был плед. Он помедлил на долю секунды, глядя на меня, а потом, укутал меня этим пледом. Его сильные руки неожиданно притянули меня ближе, и в этот миг я почувствовала себя настолько защищенной, настолько на своём месте. Его прикосновения… они были моим якорем, упокоившим всё, что бурлило внутри.

Я прижалась к его груди, чувствуя, как его запах обнимает меня больше, чем его руки. Теплый, родной, тот самый, что много раз успокаивал меня и становился моим спасением. Это был не просто запах. Это был дом. Мой дом.

Он осторожно провёл пальцами по моим волосам и его губы коснулись моей макушки.

Океан шумел рядом, его волны лениво накатывали на берег, но я почти не слышала их. Я стояла здесь, с ним, в его руках, в его тепле. Этот момент был таким полным, таким правильным, что мне не нужно было больше ничего. Мне никогда не нужен был никто другой. Никогда.

Я любила его. Любила до боли, до дрожи, до самой сути себя. Любила всем своим сердцем, честно, глубоко, до какого-то самого тонкого ощущения. Впервые за всю свою жизнь я чувствовала это так остро, так искренне…

– Ты хочешь остаться в домике или…

– Нет! – резко перебиваю его, не дав закончить. Голос звучит твердо, но где-то внутри у меня бурлит пламя нетерпения. – Не хочу сидеть дома. Я хочу насладиться этой поездкой… и тобой.

Мой взгляд встречается с его, и я почему-то замираю.

Михаил внимательно изучает мое лицо, словно пытается прочитать все, что прячется у меня в душе. Его глаза такие глубокие, такие неразгаданные… кажется, я тону в них без шансов на спасение.

– Тогда можем выехать в город, – спокойно предлагает он, и на его губах мелькает едва видимая улыбка.