Чтение онлайн

Но этого мне недостаточно. Чёрт возьми, этого никогда не будет достаточным.

Спустя мгновение я опускаюсь к его шее, пряча лицо. Там, в его естественном тепле, всё, что меня пугает, будто исчезает. Но я чувствую, как он напрягается от моего прикосновения.

Мы мчимся по трассе на арендованном Михаилом внедорожнике, и перед глазами проплывают пейзажи осенней Испании. Воздух здесь сладкий, тёплый, с лёгким ароматом листопада. Впереди маячит маленький городок, будто ожившая картинка из старинных открыток.– Блядь… – тихо выдыхает Михаил. Его голос ломается в самом конце. Он опускает голову ближе к моей и шепчет. – Ты меня погубишь, Ада…

Ошеломляющее спокойствие и уют этого места окутывают нас. Деревья горят осенними красками, насыщенные золотистые, огненно-оранжевые и глубокие бордовые оттенки. Каждый лист словно ручная работа художника. Старые каменные дома с крышами из красной черепицы, местами укрытой мягким зелёным мхом, стоят величественно, словно их покой невозможно потревожить ни временем, ни людской суетой.

Балконы увешаны виноградной лозой, но листья медленно осыпаются, застилая тротуары ковром пестрых оттенков. Весь город кажется погружённым в ленивую атмосферу осени.

Первым делом мы наталкиваемся на местный рынок, белые палатки выстроились вдоль улиц, с которых пахнет свежими фруктами, выпечкой и специями.

– Давай что-нибудь купим? – с воодушевлением киваю в сторону рынка. Но Михаил смотрит скептически, будто яркость местной жизни вокруг его вовсе не касаются.

– Если хочешь… – отвечает он спокойно, его голос, как всегда, уверен, но равнодушие в нём кажется мне вызовом.

– Конечно хочу! Пойдём! – смеюсь я, беру его за руку и веду вперёд, прямо к ярким палаткам, где жизнь бурлит и кипит.

Мы оказываемся в самом сердце этого невероятного городка, и меня тут же захватывает его особая, огненная атмосфера.

Местные жители тепло улыбаются даже незнакомцам, их оживлённые разговоры словно заполняют всё пространство на своём темпераментном языке, они выглядят здесь частичкой чего-то большего, живого и настоящего.

Прилавки ломятся от ярких плодов, сочной надежды лета, о которой природа решила напомнить даже осенью. Гладкие, иссиня-чёрные виноградные гроздья, россыпь золотистых мандаринов, солнечные персики, тающие на глазах. Мой взгляд падает на сочные ярко-красные клубничные ягоды. Они манят.

Я замираю у одного из прилавков. Меня охватывает желание скупить всё и сразу. Мир будто теряет границы, и остаётся только этот момент – шум ярмарки, ароматы свежей выпечки, крикливые продавцы, и… Михаил, крепко держащий меня за руку.

Милый мужчина продавец улыбается и протягивает мне алую вишню:

– Попробуйте, сеньорита.Она очень сочная.

Голос Михаила звучит неожиданно за моей спиной, и я вздрагиваю от его слов:

– Дайте ей лучше клубнику.

Продавец тут же оживляется, подхватывая:

– Клубнику, клубнику! Сеньор, конечно! Держите, красавица.

Он кладет мне в ладонь огромную, нереально крупную, спелую клубнику. Кажется, раньше я никогда не видела ягоды таких размеров. Она блестит на солнцеи источает сладкий аромат.

Я мимолетно бросаю взгляд на Михаила:

– Ты запомнил… – в моем голосе сквозит удивление , но он делает вид, будто и не понимает, о чем речь.

Михаил снова скрывается за своими темными очками и, как ему кажется, за ними я ничего не могу заметить. Но теперь я уже слишком хорошо знаю его, чтобы не различить внутреннего напряжения в угле его сжатых губ.

Смех продавца вырывает меня из моих мыслей. Я подношу крупную ягоду к губам и откусываю. Яркий, ослепительный вкус сладкой клубники мгновением взрывается на моем языке. Сок течет по пальцам, я неосознанно закрываю глаза и не могу удержать звучный, довольный стон:

– Мммм! Как же это вкусно…

Но в следующую секунду я чувствую, как сильная рука притягивает меня к себе. Все размышления и эмоции смешиваются в одно, когда Михаил буквально обрушивается на мои губы в пылком, глубоком поцелуе. Он целует так резко, так властно, что я даже не успеваю осознать происходящее.

Его губы ненасытно ловят мои, а когда он наконец отстраняется, я понимаю…

Большого кусочка клубники больше нет. Михаил жует его, усмехаясь той своей еле заметной, дерзкой улыбкой.

– И правда вкусно, – хрипловато произносит он, глядя мне прямо в глаза. Потом протягивает руку и нежно стирает что-то с моей губы. – Но не надо так стонать на всю Испанию, Ада.

Его голос звучит отчетливо и чуть издевательски, но внутри я слышу многое, чего он никогда не скажет словами.

Михаил кивает продавцу, доставая из внутреннего кармана кожаный портмоне:

– Запакуйте нам с собой.

– О, сеньор! Благодарю, благодарю вас! Счастливого вам медового месяца! Сеньор, у вас невероятно красивая жена. Берегите её, такую красоту могут и украсть! – смуглый продавец бросает свои добродушные фразы нам вслед, размахивая руками.Он уверенным движением передает крупную купюру, а я, все еще держа во рту вкусный аромат лета, смотрю на него.

Его оживленный голос звучит даже тогда, когда мы отходим, а я, не в силах сдержать улыбку, смеюсь искренне и заразительно, словно девчонка.

– Слышал, Михаил? – я озорно щурюсь, глядя на него. – У нас медовый месяц. А знаешь, чем люди занимаются в…

Не успеваю договорить, потому что он резко притягивает меня к себе. Его рука скользит к моим волосам, зарывается в них, сжимая их на затылке так, что сердце тут же начинает стучать в бешеном ритме.

– Мириада, не доводи меня. Меня в ад за это отправят, – его хриплый голос проникает под кожу, оставляя на ней горячие следы, а взгляд… Этот взгляд заставляет вздрогнуть так же сильно, как и его слова.

– Я пойду туда за тобой, – шепчу я с улыбкой, приподнимаясь на цыпочки и оставляя короткий, озорной поцелуй, на его щеке.

Прежде чем он успевает что-то сказать, я, смеясь, тяну его за собой, сквозь шум и суету оживленного рынка.

Но на клубнике мы не остановились. Михаил, не проронив лишнего слова, уверенно несет огромные крафтовые пакеты. А в них – сочный, медовый инжир, терпкий, с горьковато-пряными нотками гранат, и орехи.

А я тем временем просто смотрю на него, на его уверенную осанку, на его сильные руки, на ту решительную линию губ, за которой всегда кроется что-то больше, чем просто молчание. И вот, неожиданно для самой себя, я захожусь в порыве тепла, захлестнувшего меня с головой.