Чтение онлайн

— Почему заброшенная?

— Туда часто бьют молнии, — ответил Маркус. — Местные говорят, место проклятое. Камни поют перед грозой.

Я переглянулась с Виктором.

— Камни поют... — повторила я. — Вибрация кристалла. Это точно оно.

— Мы выступаем на рассвете, — сказал Виктор, не глядя на меня (он смотрел на карту, но я чувствовала, как он напряжен от моей близости). — Я, вы, Маркус и пятеро лучших солдат. Лошади готовы.

— Я готова, — сказала я. — И... Виктор.

— Да?

— Спасибо за костюм. Он удобный. Намного удобнее, чем роль "слабой женщины".

Он наконец поднял на меня глаза. В них была смесь боли и восхищения.

— Я никогда не считал вас слабой, Матильда. Даже в платье.

Повисла пауза. Электрическая.

Маркус громко хрустнул чипсом, разрушая момент.

— Вкусно, зараза, — проворчал он. — Если мы не найдем алхимиков, мы хоть поедим.

Утро встретило меня не ласковым ароматом моих новых цветов, а ледяным сквозняком, когда я открыла дверь.

Мой будуар остался позади — теплый, пахнущий лавандой и уютом. Впереди был серый двор, мокрый снег и поход в неизвестность.

Я спустилась вниз.

На мне были те самые перешитые брюки (шерсть немного кололась, но грела), высокие сапоги, куртка, подбитая мехом, и шапка, надвинутая на уши.

Вид у меня был, мягко говоря, не каноничный для Леди.

Во дворе уже выстроился отряд. Виктор, Маркус и пятеро солдат.

Лошади фыркали, выпуская облака пара, и перебирали копытами.

Когда я вышла на крыльцо, разговоры смолкли.

Солдаты уставились на мои ноги.

Женщина в штанах. В этом мире это было равносильно тому, что я вышла бы в бикини. Скандал. Вызов. Ересь.

Маркус нахмурился, но промолчал (видимо, мазь на колене работала, и он решил дать мне кредит доверия).

Виктор же просто подъехал ближе. Он сидел на огромном вороном жеребце, который казался машиной для убийства.

Сам Лорд выглядел в седле как влитой. Кентавр, не иначе.

— Доброе утро, Матильда, — он окинул меня оценивающим взглядом. — Вам тепло?

— Мне удобно, — парировала я, натягивая перчатки. — А это главное в логистике. Где мой транспорт?

Проблема парковки

Виктор кивнул конюху. Тот подвел ко мне лошадь.

Это была не боевая машина, как у Виктора, а спокойная, крепкая кобыла мышастой масти. С широкой спиной и мохнатыми ногами.

— Это Герда, — представил Виктор. — Она смирная. И идет мягко. Вы... помните, как держаться в седле?

Я посмотрела на Герду. Герда посмотрела на меня влажным глазом, жуя удила.

В прошлой жизни Елена Викторовна каталась на лошадях два раза. В отпуске в Египте (на замученной кляче) и на корпоративе в Подмосковье (где лошадь просто шла шагом по кругу).

Умела ли ездить прежняя Матильда? Вряд ли. Она два года не выходила из комнаты.

— Теоретически, — честно сказала я. — Но моя теория может разойтись с практикой.

Виктор спешился. Подошел ко мне.

— Левую ногу в стремя. Руками за луку. И рывок вверх.

Легко сказать "рывок".

Я поставила ногу. Схватилась за седло.

Мои брюки (спасибо портному!) позволили мне поднять ногу высоко.

Виктор, не спрашивая разрешения, подхватил меня под... скажем так, под стратегический запас топинамбура, и легко подсадил вверх.

Я плюхнулась в седло.

Высоко. Жестко.

Герда переступила ногами. Меня качнуло.

— Спину прямо, — командовал Виктор, поправляя мне стремена. — Коленями сжимайте бока. Повод не дергайте. Она управляется голосом и весом.

Он положил руку на мое колено (обтянутое шерстью).

— И главное — не бойтесь. Лошадь чувствует страх. Чувствуйте себя Хозяйкой.

— Я и есть Хозяйка, — буркнула я, вцепляясь в поводья. — Просто... непривычный интерфейс управления.

Дорога Ярости (и боли)

Мы выехали из ворот.

Первые полчаса были адом.

Трясло. Каждое движение лошади отдавалось в моем позвоночнике. Я чувствовала себя мешком с картошкой (которой нет!), привязанным к отбойному молотку.

Йога помогла — спина гнулась, а не ломалась. Но бедра с непривычки начали ныть почти сразу.

"Надо было намазать задницу "Огнем Сторма"", — мрачно подумала я. — "Хотя нет, тогда бы я ехала стоя".

Но постепенно тело вспомнило (или адаптировалось). Я поймала ритм.

Мы ехали рысью. Ветер бил в лицо, но волчья шкура спасала.

Вокруг расстилался суровый пейзаж. Скалы, покрытые инеем. Редкие, искривленные сосны. И горы, нависающие над нами серыми громадами.

Виктор ехал рядом, закрывая меня от ветра своим корпусом.

— Как вы? — спросил он через час.

— Функционирую, — отозвалась я сквозь зубы. — Но завтра я не встану.

— Встанете. Я сделаю вам массаж.

Я чуть не выронила поводья.

Посмотрела на него. Он смотрел вперед, на дорогу, но уголок губ дергался в улыбке.

Он флиртовал? Со мной? На морозе, верхом на лошади?

— Ловлю на слове, милорд.

Привал и Братство Чипсов

Через три часа мы добрались до подножия Вороньего Пика. Дальше лошади не пройдут — тропа была слишком крутой и каменистой.

— Привал! — скомандовал Маркус.

Я сползла с Герды.

Ноги были ватными и шли "колесом". Я прислонилась к боку теплой лошади, чтобы не упасть.

Солдаты развели небольшой костер, чтобы согреть воду.

Настало время маркетинга.

Я достала из седельной сумки холщовый мешок.

— Обед, — объявила я.

Солдаты с интересом поглядывали. Обычно сухпаек — это сухари и вяленое мясо, которое надо грызть час.

Я раздала каждому по горсти моих "чипсов" — обжаренного топинамбура, моркови и свеклы.

— Что это, миледи? — спросил молодой солдат, разглядывая бордовый кружок свеклы. — Сушеные цветы?