Чтение онлайн

Мечта Сигизмунда III соединить Польшу с Московией! Россия была православной и остается такой!

Мне кажется, что разрушает Римскую Католическую Церковь политическая власть, в смысле «владение». Кажется, что она не может освободиться от бремени политической власти, связанной с экономической властью.

Правда, что Римская Католическая Церковь не может обходиться без вмешательства в дела других государств, так как она сама создала себя в государстве – Ватикане. Римская Католическая Церковь имеет большую духовную традицию и является большой духовной силой, которая, к сожалению, часто употребляется для целей далеко не духовных. Но остается факт, что прозелитизм – очень тяжкий грех, особенно между христианами.

И потом, надо сказать, что эти «миссионеры» занимаются прозелитизмом на нашей канонической территории среди людей, которые еще не окрепли в вере. За нами, за нашей спиной 70 лет богоборчества. Люди только возвращаются к вере, и когда мы не можем иной раз их накормить, то, конечно, они этим самым располагают к себе, и им легче обратить в свою веру людей, которых они кормят не только духовной пищей, но и пищей телесной.

Это против принципов христианства. Конечно, я согласен с Вами. Сегодня Церковь в России в целом испытывает многие трудности. Сегодня идет массовое нашествие различных сект. Но не только к нам пришли эти секты. Они очень сильны в Южной Америке, в Латинской Америке они действуют, где традиционна Католическая Церковь, и она теряет там свои позиции. И в Италии – то же самое.

По сегодняшней статистике, в Италии больше чем 9 миллионов людей обращаются к сатанинским сектам и сектам черной магии. Это тревожные данные.

Говорят, что Восточная Церковь имеет эсхатологический характер. Ее мало интересует этот мир, она все делает для будущего мира, который приходит после смерти, после воскресения тел. Некоторые представители Ватикана обвиняют Вашу Церковь, что она слишком много занимается спасением душ верующих, но не занимается апостолатом, благотворительной и социальной деятельностью.

Надо прежде всего делать различия между прошлым и настоящим временем. Всегда трудно нам, людям Церкви, говорить, а почему наша Церковь длительное время не интересовалась социальными и благотворительными делами. Казалось, что самоустранились от оказания помощи больным, престарелым, инвалидам, сиротам, бедным, заключенным и вообще всем страдающим. Ведь в Новом Завете сказано: «Вера без дел мертва» (Иак. 2, 17). Но мы были связаны по рукам и ногам «Положением» 1929 года о религиозных объединениях – законом, который прямо запрещал Церкви благотворительную деятельность и воспитание детей. Выходило,

что Советское государство все эти функции взяло на себя. К сожалению, люди за эти годы отвыкли делать практическое добро. Поэтому я вижу перед собой в Русской Православной Церкви большую воспитательную задачу. Не будем стесняться высоких слов: людей надо воспитывать делать добро. Наконец, сегодня нашей Церкви возвращены все традиционные области деятельности, которые ей свойственны, и бесспорно, что мы, Русская Церковь, стремимся заниматься апостолатом, социальной и благотворительной деятельностью как можно лучше, по нашим возможностями.

Русская Церковь не получает никакой финансовой помощи от государства. Она живет за счет помощи русского народа, большинство которого находится в трудных условиях. Считая все то, что Вы, Ваше Святейшество, сумели сделать за 12 лет с помощью народа, я думаю, что бы тогда Вы могли сделать, если бы Ваша Церковь получила минимальный процент той финансовой помощи, которую получает Римская. Надо учесть, что только Итальянская Республика, по согласию с Ватиканом, передала Римской Церкви в 1990–2000 годах сумму 5 293 683 евро как процент от подоходного налога граждан, из которой 2 547 681 евро только для содержания клира. Итальянское государство, кроме того, по «Национальному плану социальных услуг 2001–2003» финансирует различные религиозные центры. На содержание матерей-одиночек (мать может быть или итальянка, или иностранка) центр получает ежедневную сумму в 68 евро до 6 месяцев. Потом с шестого месяца до 3 лет ежедневную сумму в 57 евро. Когда такая семья (мать с ребенком) уже вне центра, например в Риме, то она получит бесплатно квартиру (и газ, электричество, телефон), где может проживать вместе с другой такой же семьей до полутора лет. Или, если женщина-мать работает, то она может получать помощь евро 300, в течение 3 лет. Такие же суммы государство дает центрам, которые помогают детям, живущим в трудных условиях, еще большие суммы выделяются центрам помощи инвалидам. И также миссионерство и социальная деятельность, которыми похваляется Римская Церковь не только в Италии, но и в других католических странах, осуществляется благодаря государственной помощи. Думаю, что и Русская Церковь, с самой минимальной частью подобного финансирования, могла бы делать столько же. Наша Церковь не получает никакого финансирования от государства. Поддерживают нас, как могут, верующие. Но Вы же знаете, что народ живет в очень трудных финансовых условиях, иногда даже в невозможных условиях. Цена жизни в столице такая же, как в Европе, а в провинции, в селах, еще труднее. Ситуация в России действительно тяжелая, но я утешаюсь, когда оглядываюсь на прошлое время. Мы преодолели страшные моменты истории, жестокое время. Думаю, что так же, как мы преодолели то время и сумели вытерпеть тяжесть креста, будем терпеть и тяжесть этого креста, который мы теперь несем, и, с Божией помощью, преодолеем и сегодняшние трудности. Бог не оставит нас, не оставит своего народа. Надо всегда надеяться, идти вперед, «надеяться сверх всякой надежды» (Рим. 4, 18), как нас учил апостол.

Могу Вас заверить, Ваше Святейшество, что большинство католиков, по крайней мере в Италии, выступает против католического прозелитизма в России. Это большинство хотело бы искреннего сотрудничества в настоящем экуменическом духе. В этом смысле Римская Церковь встретила сильное недовольство со стороны итальянской католической интеллигенции. Так, Э. Морини, «среди причин, которые до сих пор не позволили встретиться Папе с Патриархом Алексием II», откровенно перечислил акты насилия против православных на Украине и «несомненный прозелитизм, проводимый… католическими, религиозными орденами и движениями», в которых Римская Церковь не только не признается, но игнорирует их и даже бичует.

Я верю Вам. Я был в Италии несколько раз, больше бывал в Северной Италии. Я знаю, какое отношение жителей

Северной Италии и к христианской Церкви, и конкретно к Русской Православной Церкви, и к православным вообще, и к представителям русского народа. Очень добрые. Я думаю, что мы и по культуре, и по менталитету очень похожи друг на друга. Когда я встречался с господином президентом Италии Чампи, то сразу зашел разговор об Общей Европе. Я сказал, что да, мы европейская страна, что мы хотим быть в семье европейских народов, но мы хотим сохранить свою культуру, свою историю, свои традиции и свою веру. Это очень понравилось господину президенту. И он сказал: «И у нас так же. Мы тоже хотим сохранить свою». Я думаю, наша общая задача – не раствориться в этой общеевропейской массе, в которой происходит определенная американизация жизни Европы. Наши страны хотят сохранить свое лицо со своей богатой культурой, со своей историей.

В августе 2000 года канонизировали Папу Пия IX, который между прочим провозгласил непогрешимость Римского Папы. По поводу последнего Ф.М. Достоевский отметил в своем дневнике в 1878 году, что догма о непогрешимости Папы Римского торжественна, а совсем не смешна. Для писателя непогрешимость Папы являлась действительно возрождением древнеримской идеи объединения и господства в мире, всегда присутствовавшей в римском католицизме. Я думаю, что этот вопрос не к нам, а к Римско-Католической Церкви. Да, для нас это сложный вопрос – о примате главы Римско-Католической Церкви и о непогрешимости его ex cathedra. Для нас это сложный вопрос, равно как и целый ряд других догматических вопросов, которые сегодня нас разделяют. Но у нас есть очень много общего, что соединяет нас и на что нужно обращать внимание. Я думаю, что надо начинать не с того, что нас разделяет, а с того, что нас объединяет.

Епископ Рима за сотрудничество, чтобы лучше интерпретировать свой долг – «утверждение братства в вере». Этот долг единения и общности восходит к апостолу Петру, преемником которого в Римской Церкви является Папа. Что Вы думаете о старинном ходе Пентархии? О более распространенной синодальности? Об авторитетном первенстве «любви», о которой говорил Игнатий Антиохийский? Думаю, что нужно возвращаться к Единой Церкви первых веков христианства. Думаю, что нужно возвращаться к соединению в единой Святой Чаше Господней.

Встреча с Папой Римским когда может иметь место? Я не исключаю встречу с Папой, но я хотел бы, чтобы эта встреча послужила для чего-то более важного, чтобы от этой встречи остались подписанные документы с конкретными согласиями между Церквами-Сестрами – той Москвы и того Рима, – а не только фотографические или телевизионные изображения, пожатия рук или братские объятия между Папой и мною. Это не нужно. Я – монах. Я – раб Бога. Я не звезда разыгранного мирового спектакля. Наша цель – только служить Церкви и Божьему народу. И потому, в этих целях, не исключаю эту встречу. А так как речь идет об очень важной встрече, она должна быть хорошо подготовлена, без какой-либо импровизации, чтобы она могла стать очень значительной и прежде всего имела бы своей целью благо Церкви. Первое условие, которое во всяком случае я поставил бы для встречи, было бы категорическое запрещение любых фото– и телесъемок.

Имеете ли Вы личные отношения с Папой?

Поздравления с Пасхой и с другими великими христианскими праздниками. Но это официальные послания, не более того. Не получил ответа на печальные послания, которые я написал ему в 1990 году по поводу католического прозелитизма на канонической территории Русской Церкви и ситуации с Православной Церковью на Украине. Как я вам говорил, на этой земле ситуация не изменилась, она еще более усложнилась из-за католиков восточного обряда, и Римская Католическая Церковь не решает проблем соответствующим образом. Тогда я спрашиваю себя: как можно встречаться с Папой прежде внесения ясности в такие серьезные вопросы?

За 70 долгих лет Советской власти мы вынуждены были терпеть гонения, разрушение наших святынь, наших храмов, их профанацию. Как же возможно еще терпеть, чтобы такие вещи происходили в настоящее время, и не со стороны атеистической коммунистической власти, а со стороны Церкви-Сестры? Как Римская Католическая Церковь может поступать так со своей Церковью-Сестрой, так как Русская Церковь действительно есть Церковь-Сестра?

Вы часто упоминали, что Православие является «столпом» русской культуры

Да, наша земля приняла свою веру в 988 году, и, следовательно, уже больше чем тысячелетие она знает христианство, которое – история это показала – 70 лет атеистической коммунистической идеологии Советской власти не смогли разрушить.

Поэтому после падения коммунистического режима в нашей стране позиция Римской Католической Церкви особенно непонятна. Считать нашу страну «пустыней», полной духовной пустыней, куда немедленно нужно было посылать своих миссионеров для обращения в свою веру «безбожного русского народа», – это не просто необдуманный поступок, это гораздо серьезнее.

Русский народ до прихода к власти коммунизма не был безбожным, наоборот, он очень любил Бога. А кровь, пролитая новомучениками нашей Церкви, которая именно в XX веке узнала одно из самых страшных гонений во всей истории всего христианства. В XX веке одна Россия дала миру больше мучеников и исповедников, чем вся предыдущая история всей христианской Церкви. Наша Церковь укрепилась кровью этих мучеников. Та кровь не была пролита напрасно, а во имя Бога, для Его славы и для спасения Святой Руси и ее народа.

Римская Католическая Церковь, казалось, должна была бы оценить все это. Но нет! Наоборот, она и теперь продолжает не видеть того, о чем вопиют факты: неслыханные гонения со стороны униатов против православных верующих на Украине, епископы отправлены в Россию, даже в Москву, энергичная независимая деятельность «миссионеров» и иезуитов, обращающих свои проповеди или к людям, уже крещенным в Православии, или, во всяком случае, к людям, которые либо по истории, либо по традиции укоренены в Православии.

Все это происходит на канонической территории Русской Православной Церкви, и я считаю, что это нельзя называть стремлением к диалогу и братству между Церквами. Это – чистый прозелитизм.

И тогда я спрашиваю: где принципы II Ватиканского Собора? Между нашими Церквами были хорошие отношения в прошлом. Я сам как член Конференции Европейских Церквей имел добрые отношения с кардиналами Мартини, Эчегарай, Кассиди. И вдруг Римская Католическая Церковь больше не придает значения этому прошлому и считает эту страну «пустыней», которую нужно, после более чем тысячелетия с ее Крещения, снова евангелизировать.

Конечно, этого мы не можем терпеть.

Если оглянуться немного назад, можно заметить, что за последние 12 лет было сделано много. Русский народ снова сближает религия, он вернулся молиться в храмы после 70 лет атеистического государственного режима, который заставил его отойти от религии самым популярным и богохульным образом, внушая, что религия не нужна, что она не представляет никакой ценности, что она «опиум для народа».

Несколько дней назад я разговаривал с человеком, мать которого крестилась недавно, когда ей было уже 68 лет. И она сама удивлялась, как сумела прожить эти годы своей жизни без веры.

Теперь у нас люди наконец начинают понимать, что без веры, без Бога жить нельзя, невозможно. Одного разума недостаточно. Разуму нужна вера, вере не нужен разум. Вере не нужно ничего, она живет своей собственной божественной энергией.

Ваше Святейшество, Ваша работа в России, конечно, еще не завершена. Очень много сделано благодаря Вам, но еще предстоит много сделать. Речь идет о том, чтобы помочь русскому народу возвратиться к его корням, то есть к Православию, и сделать все, чтобы вновь в душе русских ожил тот первоначальный религиозный дух, которым русский народ был проникнут и который лежал в основе всей его культуры и его этнографической и национальной идентификации. Все, кто в настоящее время действительно желает возвращения русского народа к христианским ценностям, должны Вам помочь, дав Вам возможность работать как можно спокойнее. Но, к сожалению, не все это понимают. После визита президента Путина в Италию много говорилось в России так же, как и в Италии, об отсутствии приглашения президента к Папе, и неоднократно спрашивали меня, считаю ли я возможным пригласить Папу.