Чтение онлайн

— И, если честно, любой парень, который не смог заставить тебя кончить, — идиот. Тебе будет лучше без них.

— Некоторые пытались. Просто у меня это не получается.

— Значит они делали это неправильно.

— А, может, дело во мне.

— Нет.

— Эли…

— Дело в них, — я смотрю ей в глаза. — Будь я на их месте, я бы поклонялся твоей киске до тех пор, пока ты не кончила бы от одного только звука моего голоса.

Она откидывается на кровать, что-то бормоча. Когда я откашливаюсь и делаю шаг в сторону от нее, мне становится жарко, и я уверен, что если она прикоснется ко мне, то я ее обожгу.

— В чем ты собиралась спать?

— Голой.

Боже. Платье, которое на ней сейчас одето, — это вся одежда, что у нее есть, и, судя по всему, оно чертовски неудобное, потому что Сэйдж дергает его так, будто оно ее душит.

Сдавшись, я снимаю пиджак и расстегиваю рубашку. Я снимаю ее, не обращая внимания на то, как она смотрит на мою обнаженную грудь.

— Вот, — я кладу рубашку ей на колени.

Без слов она берет ее, подносит к лицу и вдыхает аромат. Выдохнув, она выглядит такой довольной, что я с трудом сдерживаю смех. Я только сегодня вынул ее из стиральной машины, так что, скорее всего, она пахнет кондиционером для белья, и, наверное, немного мной. Но то, как она медлит, говорит мне, что ей действительно нравится этот запах. Когда она расстегивает молнию сбоку на платье, я отворачиваюсь к стене, чтобы дать ей немного пространства.

— Ничего такого, чего ты раньше не видел, — бормочет она.

Это правда, но кажется мне, что если вид ее подтянутых ног уже заставляет меня терять концентрацию, то остальная часть ее тела может нанести непоправимый ущерб. После того, как я несколько минут слушаю биение своего сердца и тихий шорох шелковой ткани, одеяло шуршит, я поворачиваюсь и вижу, что она спряталась под ним.

— Ты не смыла макияж.

Она стонет.

— И утром определенно об этом пожалею.

Я вырос в семье, где моя мама уделяла особое внимание уходу за своей кожей, и знаю, что спать с макияжем — кошмар для лица. И так как кожа Сэйдж безупречна, мне трудно понять, когда она накрашена, а когда нет. Но сегодня ее выдало мерцание на веках и дымчатые внешние уголки глаз.

— Чем ты смываешь макияж? — я ничего не знаю о макияже, но думаю, что смогу справиться с такой простой задачей.

— Мицеллярной водой, но она в ванной, а я не хочу вставать. Это уже проблема Сэйдж из будущего.

Покачав головой, я открываю дверь в ванную и просматриваю ее туалетные принадлежности в поисках этой чертовой мицеллярной воды. Изучив каждую этикетку, я нахожу прозрачную жидкость в розовой бутылке, беру полотенце для лица и сажусь на край кровати.

— Поднимись.

Она что-то бормочет в ответ, поэтому мне приходится приподнять ее на подушке, чтобы лучше видеть ее лицо. Капнув немного средства на ткань, я сначала стираю блестки, а затем смачиваю ткань сильнее, чтобы протереть все лицо. Мой большой палец касается ее гладкой кожи, и она едва приоткрывает глаза.

Она наблюдает за тем, как я смываю с нее весь макияж.

— Это выходит за рамки обязанностей фальшивого бойфренда, — шепчет она, и ее слова сливаются из-за усталости и алкоголя.

Когда ее лицо становится полностью чистым и я нанес на него увлажняющий крем, мы продолжаем сидеть в том же положении. На моих руках остался легкий аромат арбуза, который впитывается в ее смуглую кожу. У меня болит шея от неудобного положения, но я не могу заставить себя пошевелиться, когда она смотрит на меня так, словно видит во мне целое созвездие.

— Нет, это просто Элиас и Сэйдж.

— Без прикрас?

Я смеюсь.

— Да. Без прикрас.

Сэйдж

Нет ничего более неловкого, чем бежать по улицам центра Торонто в купальнике. Сегодня понедельник, так что у меня плотный график, а похмелье после выходных не способствует хорошему самочувствию. Под воздействием алкоголя легко притвориться, что ты забыл обо всех глупостях, которые наговорил, или о том, что сделал Элиас и от чего у меня вспотели ладони. Я притворилась, что вечер прошел так, как выглядел в соцсетях, когда я выложила пост об этом.

Музыка в моих наушниках сопровождает меня на пути в аптеку, но взгляды, которые я ловлю на себе, не дают мне погрузиться в плейлист.

Я забыла. Снова.

Чтобы быть хорошей старшей сестрой, нужно многое делать, но постоянно забывать звонить младшему брату или не быть уверенной, что его лекарства оплачены до того, как они закончатся, к этому не относится. Увидев зеленый крест, я понимаю, что почти дошла до аптеки. Женщина в белом халате стоит за стеклом, протягивая руку, чтобы перевернуть табличку «Открыто» на «Закрыто», но я проношусь мимо двери, толкая ее.

— Извините, — говорю я, когда наконец перевожу дух. — Мне нужно оплатить счет.

Она поправляет свои криво сидящие очки и смотрит на меня не так дружелюбно, как при нашей первой встрече, когда я с ней познакомилась. Она узнала меня — или, скорее, вспомнила мое опоздание.

— Мисс Бомонт, — она практически цокает языком. — Полагаю, вы снова просрочили платеж.

Я изображаю улыбку и достаю кошелек, пока она ведет меня к стойке.

— Извините, мне просто нужно было немного больше времени. Франшиза15 оказалась дороже, чем я ожидала.

Вместо того чтобы помочь мне, она машет рукой технику, к улыбке которой я уже привыкла за много раз, когда приходила сюда. Мне повезло, что фармацевту не нужно проводить мои платежи, иначе из-за ее осуждающего взгляда меня бы выгнали из аптеки.

— Сэйдж, я рада, что ты смогла прийти, — говорит техник. Она стучит по клавиатуре, открывая профиль Шона. Ее глаза расширяются.

— Что-то не так? — спрашиваю я, наклоняясь над стойкой, чтобы посмотреть на экран.

Она хмыкает, сжимая губы, и нажимает еще несколько раз.

— Похоже, у тебя остался неоплаченный счет за прошлый месяц.

— Я могу оплатить его сейчас, — поспешно говорю я.

— И цена на новый препарат, который принимает Шон, повысилась.

От ее слов у меня пересохло в горле. Повысилась? Я едва могу позволить себе текущий препарат, пока не будет выплачена франшиза.

— Что касается его франшизы…

— Клянусь, я могу за нее заплатить. Дайте мне еще несколько дней, мне должны выплатить зарплату.

— Мисс Бомонт…

— Прошу вас, вы же знаете, что на меня можно положиться. У него закончились лекарства, и я бы никогда не проявила такую халатность, но вы должны мне довериться.

Она кладет руку на мою судорожно сжатую ладонь и смотрит на меня ровным взглядом. Мне начинает казаться, что сейчас она скажет, что они отказывают мне, и я понимаю, что вот-вот расплачусь или пригрожу ограбить эту аптеку. К черту тюрьму.

— Мисс Бомонт, все уже оплачено. В полном объеме. Франшиза Шона закрыта, и остаток, который не покрывает страховка, также оплачен.

Я несколько раз моргаю, как будто это поможет мне лучше слышать.

— Что вы имеете в виду?

Она улыбается, сдвигая очки.