Чтение онлайн

— Жизнь… — прохрипело существо, и голос его напомнил скрип несмазанных ворот на кладбище. — Чую тепло… Смертным не место в вечности… Заморожу… изгною…

— Слушай, ты, чудо в перьях без перьев! — я шагнула вперед, упирая руки в бока. — У нас здесь режимный объект, посещение только по предварительной записи! Ты в курсе, сколько стоит замена хрустального стеклопакета?

Лихо даже не посмотрело на меня. Его взгляд был прикован к моим грядкам. Ростки клубники под его взором начали сереть. Края нежных листьев сворачивались, покрываясь липким налетом разложения.

— Мой Сад… — раздался за моей спиной голос, от которого зазвенели оставшиеся стекла.

Велемир возник из вихря снежинок. Он выглядел сейчас как истинный властелин — высокий, грозный, в его руках материализовался посох, извергающий разряды синих молний.

— Убирайся, Лихо! Твоя гниль не коснется моего терема!

Маг вскинул руку, и в сторону незваного гостя полетели ледяные копья. Но произошло странное: копья, едва коснувшись лохмотьев существа, просто таяли, превращаясь в грязную воду. Лихо было духом отрицания, оно не сражалось — оно поглощало саму суть магии.

— Ха-ха… — Лихо потянулось к грядке. — Твой холод — мой дом… Твоя сила — моя пища…

— Велемир, твои методы устарели! — крикнула я, видя, как наш «золотой фонд» гибнет на глазах. — Магия против этой плесени не работает, тут нужен научный подход! Настя, за мной! В лабораторный закуток, живо!

Я схватила сестру за рукав и потащила в угол, где стояли наши ведра с субстратами. В моей голове уже вовсю щелкала картотека знаний: Лихо — органическая сущность, пусть и магическая. Любая плесень и гниль боятся щелочи, серы и высокой концентрации соли.

— Так, ассистент, не дрожать! — я лихорадочно начала смешивать ингредиенты в пустом ведре. — Тащи «Ярость Июля», ту красную колбу! И золу из жаровни, побольше!

— Сестрица, что ты задумала? — Настя послушно выгребала угли, кашляя от пыли.

— Проводим экстренную дезинсекцию и фумигацию помещения! Если Велемир не может выставить этого коллектора, мы устроим ему такую газовую атаку, что он свой единственный глаз в лесу потеряет!

Я высыпала в ведро серу из колбы, добавила магическую соль и сверху бахнула целую корзину древесной золы. Смесь начала подозрительно шипеть и вонять так, что у меня заслезились глаза.

— Теперь — катализатор! — я достала из-за пазухи изумрудный росток. — Ну, малютка, дай нам немного огня!

Я коснулась ростком смеси. Ведро выдало короткий вспых, и из него повалил густой, едкий желто-зеленый дым.

Тем временем в центре Сада ситуация была критической. Велемир, задыхаясь, пытался создать ледяной барьер вокруг грядок, но Лихо просто перешагивало через него, оставляя за собой черные следы ожогов на льду. Один росток в ящике уже полностью почернел и рассыпался прахом.

— Внимание! — гаркнула я, выкатывая ведро в центр оранжереи с помощью длинной лопаты. — Экологическая служба прибыла! Всем затаить дыхание!

Я пнула ведро прямо под ноги Лиху.

Дым взорвался облаком. Это был не просто дым — это была концентрированная эссенция агрономической ярости, приправленная магией роста. Для живых растений этот туман был как душ из витаминов, но для существа, состоящего из гнили и разложения, он стал ядом.

— А-а-а-а! — взвыло Лихо.

Его единственный глаз начал бешено вращаться. Существо забилось в конвульсиях, пытаясь отмахаться от дымной завесы. Дым лип к его лохмотьям, выжигая черноту и обнажая костлявый остов. Запах гнили сменился резким ароматом жженой серы и… свежескошенного сена.

— Ну как тебе наши стандарты ИСО девять тысяч один? — я победно вскинула лопату. — Это тебе за нарушение микроклимата, вредитель карантинный! Настя, открывай вентиляционную шахту!

Настя, прижимая к лицу мокрый платок, дернула за ледяной рычаг в стене. Сверху, из специального желоба, который я приметила еще днем, ударил мощный поток воздуха.

Велемир мгновенно сориентировался. Он ударил посохом о пол, создавая направленный смерч. Ветер подхватил кашляющее, ослепшее Лихо вместе с остатками моего «дезинфицирующего» дыма и с оглушительным свистом вышвырнул этот комок лохмотьев в дыру в куполе.

— И не возвращайся без справки от санэпидемстанции! — крикнула я вдогонку, глядя, как желтая точка исчезает в метели.

В Саду воцарилась тишина. Дым медленно рассеивался, оседая на листья клубники золотистой пыльцой. Ростки, которые только что начали чахнуть, вдруг расправились, впитали в себя остатки химии и… стали в два раза больше. Изумрудный свет от них стал таким ярким, что Велемир непроизвольно прикрыл глаза рукой.

Он стоял посреди развороченного сада, тяжело дыша. Его серебристые волосы растрепались, на щеке был след от копоти, а взгляд… взгляд был прикован ко мне. В нем мешались шок, неверие и какое-то странное, пугающее восхищение.

— Ты… — он медленно подошел ко мне, игнорируя дымящееся ведро. — Ты защитила мой дом. Своим странным… алхимическим дымом. Ты не побоялась Лиха.

— Я защищала урожай, Велемир, — я деловито подошла к пострадавшей грядке и начала ощупывать листья. — У меня в бизнес-плане гибель посевных площадей от рук одноглазых маргиналов не прописана. Потери минимальны — один куст в утиль, остальные в фазе компенсаторного роста. Кстати, за внеплановую дезинфекцию и укрепление иммунитета растений я накину тебе пару процентов к финальной прибыли. Считай это страховым взносом.

Велемир остановился в шаге от меня. Я чувствовала, как от него исходит волна жара, несвойственная богу Зимы. Проклятие холода на его руках почти исчезло — кожа была гладкой и теплой.

— Ты удивительная, Мария, — прошептал он. Его голос вибрировал так низко, что у меня по спине пробежали мурашки, не имеющие отношения к агрономии. — В моем мире женщины при виде Лиха падают замертво. А ты… ты выставила его за дверь, как нерадивого слугу.

Он протянул руку. Его пальцы, длинные и сильные, почти коснулись моей щеки, но он замер. В его глазах я увидела борьбу — между привычным ледяным одиночеством и этим новым, пугающим теплом, которое я притащила в его стерильный замок вместе с черноземом и вонючей серой.

— У тебя копоть на носу, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос не звучал слишком уж восторженно. — И вообще, инвестор, не расслабляйся. У нас дыра в крыше. Если не заделаешь её льдом через пять минут, я выставлю счет за нарушение температурного режима.

Велемир коротко рассмеялся — это был настоящий, живой смех, а не треск льда. Он взмахнул посохом, и дыра в куполе затянулась свежим, прозрачным хрусталем.

— Пойдем, — сказал он, и в его жесте появилась какая-то новая, мягкая властность. — На сегодня работы достаточно. Шишиги всё приберут. Тебе и твоей… ассистентке нужно отдохнуть. Я велю накрыть ужин в Малой Трапезной.