Чтение онлайн

— …Да.

— Этому не бывать.

— Будем надеяться.

Моя кровь кипит в жилах.

Невероятно жарко. Может, лихорадка возвращается? Неужели я пропустила часть инфекции?

Но я знаю, что это не так.

Взглядом я невольно нахожу Зевейра: он снимает остатки нашего ужина с вертела над костром. Его темные волосы завиваются на затылке. Они отросли с нашей первой встречи. Выглядят такими мягкими. Мне хочется запустить в них пальцы и потянуть его лицо к себе.

Пальцы подрагивают.

Мышцы его спины напрягаются при каждом движении. Мои глаза прикованы к ним, я слежу за каждым жестом с жадным вниманием. Должно быть, он чувствует мой взгляд, потому что оборачивается, и его лицо… Приливы, утопите меня, его великолепное лицо.

Оно совершенно. Острые скулы, покрытые щетиной — каково это, ощущать ее на себе? Шершавое прикосновение к моей нежной коже. Полные, чувственные губы, о поцелуях с которыми я думала достаточно часто. Прямые, темные брови, обрамляющие серые, как буря, глаза…

Серые глаза, которые смотрят на меня с легким весельем.

— С тобой все в порядке, Майя? — спрашивает он, уголки его губ подрагивают. Я едва не стону от звука его хриплого голоса. Как он может быть таким невозможно низким?

— Да, — шепчу я. Голос хриплый и прерывистый. — Да, п-просто немного жарко.

Он не выглядит убежденным. Зевейр берет флягу и протягивает мне.

— Выпей воды. Ты вся раскраснелась.

Наши пальцы соприкасаются, когда я беру флягу. Искра пробегает по коже. Он опускается передо мной на колени, вглядываясь в мое лицо. То, что он видит, заставляет его взгляд потемнеть.

— Я останусь на той стороне лагеря, — он указывает себе за спину, — а ты оставайся здесь. Если мы разойдемся, все будет хорошо.

Я залпом осушаю флягу.

Мои непослушные глаза следуют за ним на другую сторону лагеря, где он садится и начинает точить оружие. Его длинные пальцы сжимают точильный камень, раз за разом твердым, уверенным движением проходясь по лезвию. Каково было бы ощутить его пальцы на своей коже? Я хочу быть мечом в его руках, пока он ритмично…

— Майя. — Его голос звучит суровее. Он сердится. Это возбуждает меня еще сильнее. — Перестань смотреть на меня. Найди себе какое-нибудь занятие.

Я вздрагиваю, осознав, что одна моя рука сжимает грудь, а вторая лежит на животе, медленно опускаясь ниже. Но еще больше меня поражает то, что я ни капли не смущена.

Шипящий, дурманящий и горячий жар разливается внизу живота. Я пылаю, между бедер пульсирует ноющая боль, которую становится невозможно игнорировать. Мой взгляд прикован к его красивому лицу, сильной мужской шее, выступающим ключицам.

Я даже не замечаю, что начинаю двигаться, пока он не выкрикивает мое имя.

Я обожаю, как оно звучит на его губах.

Приливы, его губы. Его полные, идеальные губы. Они должны касаться моей кожи.

Земля кажется мягкой, когда я опускаюсь перед ним на колени и тянусь к мечу в его больших руках.

— Что ты делаешь? — Его голос грубый, сердитые глаза стали темными, как надвигающийся шторм.

— Занимаю себя. — Боль между ног становится невыносимой.

Меч глухо падает на землю, и вот я уже сижу у него на коленях, обхватив его бедра, а руками глажу его плечи.

Это не я. В глубине души я знаю это. Но ощущаю, будто это я.

Приливы, как же хорошо он пахнет. Его близость успокаивает отчаянную дрожь внутри.

— Небеса, Майя, перестань. — Он крепко сжимает мои предплечья, не позволяя прижаться к нему.

— Мне больно, Зев, — мой голос звучит тихо и капризно. Его руки опускаются на мою талию, когда я произношу его имя. — Ты мне нужен. Пожалуйста.

Он выплевывает ругательство и сжимает мою талию сильнее. На мгновение кажется, что он притянет меня ближе и поцелует. Но затем я покачиваю бедрами, и он отталкивает меня, будто обжегшись.

— Ты не в себе. Это моя сила внутри тебя. Это пройдет. Просто вернись. Туда. — Его глаза кажутся почти черными.

Я надуваю губы, и его взгляд опускается к ним, прежде чем он с силой поднимает меня. Молнии вспыхивают в его глазах, и мне хочется, чтобы они поразили меня на месте.

Я плетусь обратно на свою сторону лагеря.

Зев продолжает точить меч, а я прислоняюсь к дереву, смиряясь с горечью быть отвергнутой. Мне так жарко, кожа словно пылает огнем. Я стягиваю тунику, оставаясь лишь в тонкой белой нижней рубашке.

— Что ты делаешь? — рычит он, вена пульсирует у него на лбу.

— Мне жарко. — Я цепляю пальцами подол рубашки, и в мгновение ока Зевейр пересекает лагерь, его пальцы сжимаются на моем запястье до синяков.

— Перестань раздеваться, — цедит он сквозь зубы.

Моя свободная рука скользит по рельефу его живота, вверх по мускулистой груди, чтобы коснуться лица.

— Я думала, ты останешься на своей стороне, Зев, — шепчу я хрипло, подаваясь вперед.

Он вырывается.

— Майя, умоляю, — стонет он, словно от боли.

Жжение внутри меня поглощает все.

Мне нужно…

Мне нужно…

Приливы, я не могу думать. Почему он не хочет помочь?

— Пожалуйста, Зев, — молю я. — Это невыносимо.

Он тяжело дышит. Его кадык дергается при каждом вздохе. Тонкая пленка пота на его шее блестит в свете костра. Я хочу его попробовать.

— Почему бы тебе не лечь? Попробуй поспать. Через несколько часов отпустит.

Я делаю шаг к нему.

Он отступает.

— Или, может, я схожу прогуляюсь, а ты…

Еще шаг ближе.

Еще шаг назад.

— Ты не поможешь мне? — Я не узнаю свой молящий и полный желания голос.

Он качает головой и поднимает руки, будто защищаясь.

— Хорошо.

Слезы щиплют глаза, и не только от его отказа, но еще и от чистого, мучительного, бурлящего в крови желания.

Я разворачиваюсь и бросаюсь в лес.

Прохладный ночной воздух остужает мою пылающую кожу, пока я мчусь между деревьями. Позади слышны тяжелые шаги Зевейра, но я быстрее.