Чтение онлайн

Елена поляну хорошо знала, и провела мне целую экскурсию, показывая разные растения, часть из которых срезала, а вторую часть оставляла, чтобы дальше росли.

— Это, шептун-трава, полезная травка для охотников.

Я оценил высокую травку с длинными листьями, но система её не определяла, Ника ей тоже не заинтересовалась, поэтому я постарался запомнить её визуально.

— А для чего она? — спросил я. Заметил что трава шелестит, будто от сильного ветра, хотя никакого ветра и не было.

— Попробуй пожуй, — предложила Елена, — она обостряет слух и восприятие на несколько часов.

Интересно, я закинул пару травинок в рот, ощутив горьковатый вкус. Понятно, почему Ника не заинтересовалась. Но и панде протянул пару травинок.

— Пробуй, это полезно.

Панда прислушалась. Взяла угощение, пожевала, но тут же выплюнула. Но прислушалась и стала оглядываться по сторонам.

— Уже подействовала, — кивнула Елена на панду. — А вот здесь железнолист, — продолжила рассказывать она.

Я увидел растение жёсткими тёмно-зелёными листьями с металлическим отливом.

— Растёт на каменистых почвах, я сюда специально камни приносила, — поделилась она. — Но его лучше не жевать, зубы можно сточить. Его только отваривать. Отвар укрепляет кости и зубы. Полезно при переломах, но его используют для боевых зелий, чтобы получить защиту. Некоторые воины рассказывают легенды, будто от отвара железнолиста, прямой удар меча не способен разрубить грудь и попасть в сердце.

— И это правда? — заинтересовался Павел.

— Правда в этом есть, но кожу и мышцы он не укрепляет. Про безопасность всё равно лучше не забывать. Ну и лучше с ним не злоупотреблять. Когда кости растут без надобности, ничем хорошим это не обернётся.

Дальше Елена подошла к небольшому прудику

— А это Кровоцвет, — она указала на тёмно-бордовый цветок. — Тоже целебная трава. При глубоких ранах и тяжёлых травмах останавливает внутреннее кровотечение. Снимает боль от ушибов и убирает синяки. Правда красится он, если пожевать, потом зубы будут розовые. Но некоторые не особо умные девушки, мажут им губы. Мол красиво. А о том что этот сок может жизнь спасти и не думают.

— Здесь у меня еще гадючий корень растёт, но это тебе рано, — продолжила Елена.

Я удивлялся, что ни одно из этих растений не подсвечено. Нике они явно были не интересны. Однако шептун-трава стала определяться, с прибавкой усиление слуха и восприятия. А еще с комментарием — не вкусно.

Я едва не рассмеялся от этого. Не удивился бы комментарию из серии: «Фу, бяка!»

Я уже собирался пойти дальше за Еленой, как Ника резко напряглась и стала всматриваться в заросли.

Уши встали торчком. Хвост вытянулся в струну. Шерсть на загривке поднялась. Она уставилась в сторону чащи и издала тревожный писк, которого я от неё раньше не слышал.

Елена замерла. Павел положил руку на меч.

Откуда-то из глубины леса донёсся звук. Не сразу разобрал что это, а потом определил — и леса доносился плач. Кто-то рыдал и бежал сквозь лес, ломая ветки.

Павел мгновенно напрягся. Шутливость слетела с него, как шелуха. Рука легла на рукоять меча.

В следующий миг, на поляну выскочила Мариса.

Рыжие волосы растрёпаны, лицо белое, а в глазах ужас. Увидев людей, она споткнулась, упала на колени и зарыдала в голос.

Мы мигом бросились к ней.

— Что случилось?!

— Там! — она задыхалась. — Ефим и Стёпа! Их звери жрут!

— Что?

— Как это? Где?!

— Это я, виновата! Дура! Я… я сначала зверей привлекла… пошутить хотела, а потом сбежала…

— Где они?! — Павел встряхнул девчонку за плечи.

— Там! Где булыжник, а овраге! — сквозь слёзы указала она.

— Я знаю, где это, — сказала Елена. — Зачем они туда полезли, там же опасно?

Ответа не последовало. Мариса рыдала, уткнувшись лицом в ладони. Ника на моём плече продолжала беспокойно попискивать, принюхиваясь и глядя вглубь леса. Панда смотрела не на девчонку, а туда, откуда та прибежала. Через связь я чувствовал: там, в глубине леса, есть что-то ещё. Что-то живое и опасное.

— Беги в деревню! — скомандовал Павел. — Скажи всем! Найди Анатолия в таверне, пусть выдвигается сюда на всякий случай. — Потом он повернулся к Елене. — Веди.

Интерлюдия.

Ефим шагал по лесной тропе, прижимая к боку глиняный горшок с крышкой. ноша была тяжёлой и неудобной, норовила выскользнуть из рук, но парень крепко прижимал горшок к себе.

Степан плёлся следом за другом, готовый к любым приключениям. Он всегда был за друзей и поддерживал любые затеи, хоть редко задумывался о том, что это за затеи и на что направлены. Это не изменилось даже после того, как они в шесть лет решили поджечь осиное гнездо на чердаке Глафиры. Они потом неделю прятались от разъярённой матери Генки, вооружённой хворостиной.

Годы шли, а проделки и участие Стёпы оставалось прежним: Ефим придумывал, Степан шёл следом.

— Есть в лесу одно место, — говорил Ефим, раздвигая ветки свободной рукой. — Глубокий овраг, а в нём торчит кусок скалы. Мрачное место, сырое. Солнце туда не достаёт.

— И что? — хмыкнул Степан, который не раз слышал о том овраге.

— Ну ты что, совсем ничего не знаешь? В таких тёмных местах живут саламандровые термиты. Они грызут камень и дерево, им вообще всё равно что жрать. Мне отец рассказывал: если такие в дом попадут, пиши пропало. Всё сожрут. И лучше тот дом сжечь, потому что, если термитов не извести, считай всей деревне конец. Проще новую построить.

— И зачем они тебе?

— Как зачем? — Ефим похлопал по горшку. — Мы их сюда соберём и Николаю в таверну подбросим. Тогда он свалит подальше и Макса этого с собой заберёт. Чтобы неповадно было.

— А если староста узнает? — спросил Степан, почесав затылок.

— А как он узнает? Подкинем ночью, и дело с концом.

— А эти твои термиты горшок не прогрызут?

— Не должны. Во всяком случае, не сразу. Донести точно успеем.

Степан промолчал и пожал плечами. А почему бы и нет. Он ничего не имел против Николая или Макса, но парню было любопытно посмотреть на то, как термиты съедят целый дом. О том что будет с хозяевами, он и вовсе не задумывался.

Парни шагали и болтали, не глядя по сторонам и даже не заметили рыжеволосую преследовательницу, которая двигалась следом за ними, шагах в двадцати, прячась за стволами.

Мариса шла бесшумно. Она выследила их от самой деревни, когда мальчишки, громко переговариваясь, вышли за околицу и двинулись в лес. Они топали и болтали, не глядя по сторонам. Идти за ними было проще, чем за хромой курицей.

Ей было любопытно. И весело.

Когда парни добрались до оврага, Мариса остановилась на краю.