Чтение онлайн

Мог ли Самсон остановить это безумие? Ведь ритуалы с человеческой кровью – это путь тьмы, откуда нет возврата. Но одно дело первые шаги заблудших… Но Зеон явно знал что делал.

А Самсон всё ещё надеялся на разумный исход. Он надеялся, что сможет выжить.

Колонна двинулась. Багровые огоньки глаз замелькали между стволами. Земля гудела от шагов.

Самсон шёл последним и старался не думать о том, чем кончится этот поход.

И тут его окликнул властный голос Зеона:

– Самсон, живо ко мне…

Гришка, трясясь крупной дрожью, шёл через тёмный лес. Поляна с костром осталась позади.

Гришка то и дело оглядывался, пытаясь заговорить с воином, который размеренно шагал следом.

– А куда мы? В деревню, да? Зеон сказал отвести меня обратно, правильно?

Воин не ответил.

– Послушай, я же всё рассказал. Всё, что знал. Зеон обещал, что…

– Зеон тебе ничего не обещал, – оборвал воин. – Иди и не болтай.

– Но вы же меня отпустите?

Воин молча толкнул его в спину. Гришка споткнулся, но удержал равновесие.

Они вышли на небольшую проплешину среди деревьев. Лунный свет пробивался через кроны и падал на поляну неровными пятнами.

– Стой, – сказал воин.

Гришка остановился. Его всё сильнее трясло, аж зубы лязгали.

– На колени.

За спиной раздался протяжный звук, с которым меч покидает ножны. Гришка, не решаясь оглянуться, прошептал:

– Не надо, пожалуйста! Я же ничего не сделал!

– На колени, – повторил воин.

Гришка упал на колени. Сквозь штанины в ноги вонзились хвоинки, в нос ударил запах грибов и сырости. Перед глазами плыло, слёзы текли по щекам, мешаясь с подсохшей кровью от пореза.

– Пожалуйста, – прохрипел парень. – Отпустите. Я ни в чём не виноват.

– Все ни в чём не виноваты, – ответил воин. – Расскажешь об этом на том свете. Но умирают при этом все.

Гришка сжался, стараясь стать меньше. Он со страхом ожидал последний удар, который прервёт его жизнь.

Над головой прошелестело, и рядом с Гришкой в землю воткнулся меч. Парень ошарашенно оглянулся и увидел, что из плеча воина торчит стрела. Она вошла с такой силой, что охотника развернуло на полшага. Воин не успел поднять оружие, как вторая стрела вошла ему в грудь, ниже ключицы. Он с удивлением посмотрел на оперение, торчащее из доспеха. Перевёл взгляд на Гришку.

В следующий миг из-за деревьев вылетела тень и набросилась на воина.

Гришка успел заметить серебристо-серую шерсть и оскаленную пасть, которая сомкнулась на плече воина. Хрустнуло, и воин закричал.Тень отскочила, и в неровных пятнах света Гришка разглядел, что это лунопёс.

Шестым чувством ощутив, что смерть миновала, но ещё не отступила, Гришка принялся действовать. Тело вспомнило то, что когда-то показывал Сыч, – подсечку, простейший приём, который работает на любом противнике, если тот не ожидает. Гришка развернулся на коленях и ударил пяткой под щиколотку воина, который несмотря на вцепившегося в него пса, оставался на ногах и колотил левой рукой зверя по загривку.

Воин, и так едва сохраняющий равновесие, рухнул как подкошенный.

Гришка вскочил на ноги и тут же отпрянул, увидев, что лунопёс принялся трепать человека, будто тряпичную куклу.

Парень секунду соображал, куда бежать. Точно не к поляне, где горят костры и слышны утробные вопли. Не разбирая дороги, он рванул в другую сторону, в темноту.

Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги. Он бежал, задыхаясь, хватая воздух ртом. Казалось, что за спиной топают шаги преследователей.

Кто-то схватил его за шиворот, Гришка дёрнулся и заорал. Рот накрыла шершавая ладонь.

– Тихо, придурок, – прошипел голос. – Ты не туда бежишь.

Гришка испуганно таращил глаза, пытаясь разглядеть, кто его схватил. Волосы незнакомца, перехваченные кожаным ремешком, серебрились, как шерсть лунопса. Из-за плеча его виднелся колчан со стрелами.

– Альберт, – попытался выдохнуть Гришка, но вышло только мычание.

Лесник отвёл ладонь, зажимавшую гришкин рот, разрезал верёвку на его руках и сказал:

– Тебе туда.

Он развернул парня в нужную сторону и ткнул пальцем в темноту. Гришка сглотнул, потёр запястья со следами верёвки и отрицательно затряс головой.

Альберт подтолкнул его в спину и буркнул:

– Он проводит.

Из теней между деревьями словно соткался лунопёс. Шерсть грозно вздыблена, глаза светятся, морда перемазана кровью, которая казалась чёрной в темноте. Пёс бесшумно подбежал к Альберту, ткнулся носом в ладонь.

Лесник снял с пояса что-то маленькое и прижал к ошейнику пса. Раздался щелчок. Альберт положил руку зверю на голову и несколько секунд смотрел ему в глаза.

После этого лунопёс моментально успокоился. Он мотнул хвостом, подошёл к Гришке и боднул его головой, толкая туда же, куда велел идти лесник. Парень в нерешительности взглянул на Альберта.

– Беги, – сказал лесник. – Пёс тебя выведет. И передай Антонию, что с охотниками будет сложнее, чем он думал.

Гришка суетливо кивнул и побежал. Лунопёс стелился рядом, обходя то слева, то справа, не давая свернуть.

Альберт проводил их взглядом, потом развернулся и пошёл обратно к поляне, где лежал на земле мёртвый воин.

Альберт опустился на одно колено, спокойно вырезал стрелы и положил их обратно в колчан. Провёл ладонью, закрывая мертвецу глаза и тихо сказал:

– Лес тебя примет.

Поднялся на ноги, прислушался к звукам, что доносились от лагеря охотников. Немного подумав, лесник развернулся в противоположную сторону и двинулся вглубь леса. С теми силами, что неистовствовали там, на стоянке охотников, людям справиться не под силу.

Мне оставалось до ворот таверны шагов тридцать. Вдруг впереди из темноты, шатаясь, выскочил Гришка.

Выглядел он жутко. Лицо вымазано в грязи и крови, рубаха разодрана, глаза перепуганные, рот открыт. Он влетел в ворота таверны, даже не посмотрев по сторонам.

Из-за забора я услышал его срывающийся голос:

– Напали!.. Охотники!.. Еле ушёл!.. Они вот-вот придут!..

Я рванул следом, и в этот миг краем глаза увидел свет.