Чтение онлайн

Оторвав взгляд от происходящего, я заглянул в мешок и пересчитал бутылочки. Коралловых, с сильным зельем исцеления, всего четыре. Красных, с зельем закалённой доблести – восемь. Во дворе таверны я уже насчитал шестнадцать человек. И это не считая Павла и тех, кто ему помогает на втором этаже.

Одних зелий мало, других и того меньше. В общем, будем выкручиваться, как умеем. Я скользнул взглядом по котелку с выкипевшей похлёбкой. Будем исправлять.

Я решительно влил половину бутылочки закалённой доблести в похлёбку, добавил туда же воды, чтобы разбавить соль. Следом отправил туда же часть имеющихся у меня трав, необходимых для зелья закалённой доблести и помешал, пустив из ладони каплю доступной мне энергии.

Из-за суеты сложно было сосредоточиться и почувствовать, что происходит в котелке. Надеюсь, у меня выйдет хоть что-то путное.

Колотящееся сердце и шум вокруг побуждали действовать. Я просто не смогу спокойно стоять и помешивать похлёбку, когда вокруг такое. Поэтому я переключился на второе дело.

В миске рядом стояла начинка из риса и мяса для пирожка. Сёмка зачем-то всё перемешал, но это не так плохо. Не долго думая, я вылил остатки зелья в начинку и принялся перемешивать.

Ника осмелела и выбралась наружу, но от пролетевшего мимо огненного шара тут же спрыгнула и спряталась под лавку, поджав хвост.

– Никуда не убегай! – скомандовал я панде. – Сейчас опасно гулять по двору.

Но она и так не собиралась.

Тщательно перемешав начинку для пирожков, я принялся поспешно лепить и выкладывать на стол тесто.

Краем глаза взглянул на похлёбку. Процент её качества значительно подрос, кажется, удалось спасти. Тактическая похлёбка и боевые пирожки. Как я и задумывал когда-то.

У меня ещё оставалось немного простого лечебного зелья, и несколько пирожков я приготовил с целебной начинкой. Выложил их отдельной кучкой. Главное теперь не перепутать, где какие.

Снова жахнуло, и в стену таверны ударил ещё один огненный шар. В ответ с нашей стороны полетел очередной монструозный снаряд от Павла.

Один из деревенских рядом со мной вскрикнул и упал с помоста у забора. Из его плеча торчала стрела. Мужик скорчился, зажимая рану.

– Тащите его сюда! – крикнул я. – Под навес!

Никто не услышал. Или не обратил внимания, в грохоте боя мой голос тонул, как мышиный писк. Я вспомнил о своём помощнике и оглянулся.

Сёма по-прежнему сидел у стены, обхватив колени руками. Бледный, с расширенными глазами, губы тряслись.

– Сёмка, помоги! – Я махнул, указывая на раненого.

Мой помощник мелко кивнул, но так и остался на месте.

Я не ждал, схватил пирожок из стопки «лечебных» и побежал к раненому сам. Упал на колени рядом с мужиком. Тот, стиснув зубы, протолкнул стрелу дальше и прохрипел:

– Помоги обломать…

– Чего? – спросил я.

– Стрелу снизу подержи, – стиснув зубы просипел мужик, затем схватился за древко стрелы и стал брать её на излом. – Стрелу держи, – зашипел он.

Я не раздумывал, просто сделал как он сказал – ухватился за стрелу, стараясь хоть как-то её зафиксировать.

Воин, зашипев от боли, резко обломал навершие стрелы с жёстким оперением.

– А теперь вытаскивай.

Он повернулся боком, демонстрируя торчащую из задней части плеча наконечник стрелы.

– Живее! – прорычал воин.

Я поспешно огляделся. Мне на помощь по-прежнему никто не спешил. Да и раненного мало интересовало, что я повар, а не медик.

Я ухватился за конец стрелы и потянул, вытаскивая древко из раны.

Твою ж…

Из раны обильно пошла кровь. Я попытался зажать рану, где-то читал про давящие повязки, чтобы остановить кровотечение. Вот только чем перевязать? Я действовал на автомате. От вида крови меня обуяла суета, мысли путались, Макс внутри меня, похоже, и вовсе потерял сознание.

Опомнившись, я отнял руку от плеча воина и протянул ему целебный пирожок, с которым сюда прибежал.

В глазах воина промелькнуло удивление.

– Что за… – отмахнулся он. – Ты обезумел парень?

– Там лечебное зелье, – крикнул я. – Ешь!

Тот хотел было возразить, но мне было не до споров. Стоило ему открыть рот, как я пихнул ему пирожок между зубами. Ошарашенный мужик принялся механически жевать.

Наверное, из меня хреновый медик.

К моему облегчению рядом возник Сыч. Молча подхватил скривившегося от боли раненого под руки и поволок под навес. Я поспешил следом, пытаясь на бегу придерживать рану.

Свечения вокруг раны не было, но кровотечение стало замедляться. Мужик, который едва не поперхнулся пирожком, скосил глаза на плечо и тяжело выдохнул.

– Шпашибо, – произнёс он с набитым ртом.

Сыч посмотрел на меня.

– Не геройствуй, будь здесь, – бросил он и бегом вернулся к бойнице.

Мне нужна помощь. Сёма по-прежнему сидел у стены, раскачиваясь. Я плеснул в тарелку недоготовленную «специальную боевую похлёбку», подбежал и сунул ему в руки.

– Ешь, – приказал я. – Немедленно.

– Я не хочу… – вяло простонал Сёма.

– Это не еда. Это зелье. Ешь! – рявкнул я.

Сёмка посмотрел на тарелку, потом на меня. Видимо, выражение моего лица не располагало к спорам. Ещё бы, я только что из мужика стрелу вытягивал…

Сёма поднёс тарелку к губам и отпил бульон через край.

Я оставил его и побежал обратно к очагу. Нужно было следить за пирожками и похлёбкой.

В навес над головой периодически стучали стрелы. Раненый с удивлением глядя на своё плечо выпрямился. Рана никуда не исчезла, но уже не кровила.

Через минуту я услышал голос Сёмы и не поверил своим ушам.

– Мастер Макс, я готов! Что надо делать?

Я поднял взгляд и буквально не узнал парнишку, это был другой человек.

Плечи расправлены, глаза горят, на лице азарт. Он перестал трястись, щёки порозовели, а ноги нетерпеливо переступали, словно готовясь мчаться во всю прыть.

Неужто зелье подействовало? Я заметил, что кожа на руках Сёмы чуть потемнела, приобретая сероватый оттенок. Ну, а бесстрашие и решимость аж пёрли из него.

– Помогай с ранеными! – приказал я. – Если кого подстрелят, тащи под навес.

– Понял! – воскликнул Сёмка и огляделся.

– Но иди под защитой забора, и не высовывайся!

– Будет сделано, мастер Макс!

Он увидел у забора мужика, который зажимал простреленную руку, и будто гончая, заметившая кролика, бросился к нему.

– А есть еще пирожки? – спросил меня раненный в плечо мужик.

– На, вот, – протянул я ему миску с похлёбкой.

Похлёбка была почти готова, но судя по Сёме, и без того действовала неплохо.