Чтение онлайн

Я даже не сделала вид, что поехала домой после школы. Вместо этого я пересекла реку, следуя за старым синим «Мустангом», битком набитым парнями Сейморами. За рулем был Руди. Я пару раз намеренно пристраивалась к нему в хвост слишком близко, пока не поймала его взгляд в зеркале заднего вида, а затем отстала. Я не пыталась его запугать. Я просто хотела, чтобы он меня увидел.

Я следовала за ними, пока Руди не свернул на их подъездную аллею, а затем проехала дальше. Я завернула за угол на маленькую улицу, окаймлявшую лес, подождала несколько минут, затем развернулась и поехала обратно.

Как я и надеялась, Руди ждал в одиночестве, прислонившись к задней части своей машины. Я затормозила прямо перед ним. Не знала, что сказать, но мне и не пришлось. Он улыбнулся мне своей улыбкой с ямочками. Я улыбнулась в ответ, и следующее, что я помню, — он садится на пассажирское сиденье. Я рванула с места, не дав ему даже захлопнуть дверь, чувствуя себя Бонни для его Клайда.

— Сталкерша, — сказал он с озорной ухмылкой.

— Не-а. Сталкинг — это когда ты следишь за кем-то с вершины холма рядом с его задним двором, пока он играет в удивительно поддерживающий баскетбол с двенадцатилетним пацаном, — безрассудно выпалила я.

Он замер. Я думала, он взбесится, но он поразил меня, запрокинув голову и заливаясь животным смехом.

— Лучше, чем твое «До свидания, папочка, я так тебя люблю, что разобью всю посуду в доме, когда ты уедешь, и заменю ее до твоего возвращения», — ехидно сказал он.

Я ахнула.

— Это было в прошлом году! И всего один раз. А ты сколько раз за мной следил?

— Всего один, — невинно ответил он. — И я не то чтобы следил. Это был Хэллоуин, помнишь? Мы с пацанами водили ребятню по домам за сладостями и просто случайно стали свидетелями драмы.

Я бросила на него подозрительный взгляд.

— Неужели? Тогда откуда ты знаешь, что я заменила посуду?

Он пожал плечами.

— Ты из таких. Хорошая девочка, если докапываться до сути.

Я фыркнула, вспоминая недавние конфликты с родителями и все дерьмо, в которое я ввязалась с Джулианной. То, чего мои родители бы не одобрили.

— Нет, это не так, — сказала я.

Руди ухмыльнулся, сверкнув той самой ямочкой, его глаза были полуприкрыты.

— Нет, так. Ты терпишь, как эта блондинка таскает тебя по торговым центрам, спуская все твои деньги с кредитки, а потом возвращаешь все это барахло, чтобы твоим родителям не пришлось за это платить. У тебя есть деньги, без сомнений. Но ты не третируешь тех, у кого их нет, — если только Джулианна не начинает первая. Ты хорошая девочка, Кеннеди. И богатая.

Мне не нравилось, что он заговорил о моих деньгах. Разве в моей жизни и так не хватает людей, которые используют это против меня?

— Я не просила иметь много денег, — колко сказала я.

Он тихо рассмеялся.

— Никто из нас не просил этой жизни. Но дело не совсем в этом, верно?

— А в чем тогда, черт возьми, дело? — резко спросила я, внезапно жалея об этой авантюре.

Он положил руку мне на колено, и мне пришлось съехать на обочину, иначе я бы разбила чертову машину. Я ударила по тормозам, когда нас занесло на мягкую обочину. Руди провел большим пальцем по моему бедру, и я инстинктивно подняла глаза на его живые, небесно-голубые глаза.

— Дело в том, Кеннеди, что хорошие девочки вроде тебя не совместимы с грубыми парнями вроде меня. Тебе стоит послушать своих подружек — сторониться таких, как я. — Он подмигнул мне, и мое лицо запылало.

Я хотела поцеловать его, я хотела вышвырнуть его из машины, я хотела ехать с ним столько, сколько потребуется, чтобы забыть, что этот город и люди в нем вообще существуют.

— И что же девочкам вроде меня положено делать с парнями вроде тебя? — спросила я, пока сердце не застревало в горле.

Он наклонился ко мне, переведя руку с бедра на мои волосы, отводя их от уха, чтобы прошептать:

— Сторониться нас, как чумы. — Его губы коснулись моей мочки на последнем слове, послав дрожь удовольствия по всему позвоночнику.

— Я учту, — перехватив дыхание, сказала я.

Он рассмеялся, все еще находясь близко ко мне, его дыхание было горячим на моей шее.

Не дав ему отстраниться, я повернула голову, коснувшись его губ своими — не нежно, но и не совсем напористо. Он вздрогнул от шока, и мне доставило удовольствие выбить его из колеи.

— У меня в жилах течет кровь американки, — прошептала я, позволяя губам скользить по его губам, пока я говорила. — А мы не очень сильны в том, чтобы избегать чумы.

Он прижался своими губами к моим, не открывая их, хотя я была податлива и готова к большему. С легким, удовлетворяющим звуком мы разомкнулись. Когда я взглянула на него, его глаза потемнели, уши покраснели, а в ямочке на горле я видела, как бешено пульсирует его кровь.

Я ухмыльнулась ему и развернула машину, чтобы отвезти его домой.

Он не проронил ни слова, пока мы не оказались в квартале от его дома.

— Ты этого хотела? — спросил он.

— Ага, — сказала я. — И того, в старой химической лаборатории, тоже вроде как хотела.

Он резко кивнул, все еще выглядя ошеломленным.

— Приятно это знать. — Он секунду смотрел на меня, когда я остановилась у его дома, затем просто покачал головой и вышел из машины.

Мое сердце бешено колотилось, пока я смотрела, как он уходит, надеясь, что только что не разрушила наши жизни. Но когда он обернулся у двери, чтобы взглянуть на меня, я не смогла заставить себя об этом беспокоиться.

Я не могла припомнить, когда в последний раз чувствовала себя более живой.

ГЛАВА 23

Школьная беговая дорожка представляла собой петлю длиной в милю, огибающую футбольное поле, поле для софтбола, теннисные корты и бассейн. Пробегая по ней, то и дело пропадаешь из виду то в одном, то в другом месте — всего на несколько секунд, если бежишь быстро. Но если кто-то специально не засекает время в этих слепых зонах, никто не заметит, если ты остановишься перевести дух. Или поцеловаться.

Мы с Руди уже успели доказать, что мы самые быстрые бегуны в команде, так что ни для кого не стало сюрпризом, когда мы начали соревноваться друг с другом. И когда мы остановились на следующий день после того, как я проводила его домой и прокатила с ветерком, рядом никого не было, чтобы увидеть, как он прижал меня к большому зеленому трансформаторному щиту и выцеловал из меня всю душу.

Его внимание заставляло мое сердце биться чаще, чем любая пробежка, а от его прикосновений перехватывало дыхание. Громоподобный топот приближающихся одноклассников заставил нас оторваться друг от друга, но я едва могла стоять на ногах. Руди рассмеялся надо мной и рванул с места.