Чтение онлайн

Она нахмурилась, будто вдруг вспомнив что-то неприятное, поджала губы, на лбу забилась венка, которую Сергос до этого замечал лишь дважды. Потом, прерывисто вздохнув, переспросила:

– Он рассказал тебе о разговоре с ней? Это хорошо. Значит, она не заронила в него отравы. Наверное, я вообще зря об этом думаю.

Альба тряхнула головой, потом затихла и уставилась в одну точку.

– Тебя сейчас тревожит не это, а что-то другое, – он взял её за подбородок.

Альба не отвечала долго.

– Ох, Сергос, – наконец выдохнула она. – Я не хочу, чтобы ты из-за меня сделал то, о чём потом будешь жалеть. Гарден, твой отец, всё это…

– Ну вот опять. Иди сюда, – Сергос потянул её к себе и крепко обнял. – Послушай меня внимательно. Вот об этом ты точно думаешь зря. Я принял решение. Принял легко. А это уже говорит само за себя. Я никогда ещё не чувствовал себя таким свободным. И таким счастливым тоже.

– Это сейчас, а…

– Альба, – перебил он её, – я плохой наследник. И князь из меня выйдет никудышный. Меня никогда не интересовала власть и политические игры. Я жил с мыслью о своём долге как о тяжком бремени, от которого невозможно избавиться. Мои тёмные браслеты были невидимы, но от того не менее тяжелы. А теперь их больше нет и уже никогда не будет. Я не желаю править Гарденом. У меня другой путь.

Сергос потёрся носом о её щёку, поцеловал в нос и двинулся к губам.

– Но ведь твой отец не вечен, – Альба погладила его по лицу, когда он на несколько мгновений прервал поцелуй и отстранился, чтобы посмотреть на неё. – Кто будет после него?

– У моего отца есть младший брат, а у него достойнейшие дети. Любой из них будет лучшим правителем для Гардена, чем я. Пройдёт время, и мой отец тоже это поймёт. Так что не делай из меня страдальца – я не приношу никаких жертв из-за тебя. Просто благодаря встрече с тобой я понял, кто я есть на самом деле. И теперь уже не хочу быть кем-то другим.

Сергос поцеловал её ладонь, задержавшуюся на его лице, и снова сжал Альбу в объятиях.

Возвращения отца Сергос дожидаться не стал. Он не боялся разговора с князем Деннардом, сейчас он вообще ничего не боялся. Но и что-то доказывать тоже не желал. Все слова уже были сказаны, выбор сделан. Когда-нибудь, хотелось верить, отец поймёт. Но это точно случится нескоро. Сначала князь Деннард будет рвать и метать, и застать этот момент Сергос не хотел.

В день их ухода он проснулся очень рано, когда небо ещё было темно. Альба спала, уткнувшись ему в плечо. Такая тёплая, нежная, беззащитная. И его. Его и ничья больше. Осознание будоражило. Не было на свете такого сокровища, которым бы Сергос желал обладать больше, чем ею. И не было того, что он бы не смог отдать за неё.

Осторожно, чтобы не потревожить сон Альбы, он поднялся. Перед тем, как покинуть Гарден, ему ещё нужно было кое-что сделать.

Первым делом Сергос ссыпал в холщовый мешочек всю свою коллекцию камней, которую собирал много лет и собственноручно гранил. Он знал место, где самоцветы принесут больше пользы.

Потом он спустился в галерею, где висели портреты всей его семьи. Долго-долго стоял напротив портрета деда и мысленно беседовал с ним, как говорил бы с ним живым.

О том, что теперь знает, какая она, любовь. О том, что понял, кто он есть и где его дорога. О тёмной руде. О небывалом деле, которое они задумали. Об Альбе, что прекраснее всех на свете. И глупость это или нет, но ему казалось, что князь Соларс слышит его. И понимает.

Последней остановкой в его прощальной прогулке было Сердце Гардена.

За ночь весь сад завалило снегом, пруд затянуло ледяной коркой, но в чаще, что начиналась за садом, не было места зиме.

В кругу из цветов и прозрачных кристаллов бил родник. Сила пульсировала в нём, как кровь в живом сердце, и растекалась дальше по всему замку, делая сад Гардена неувядающим, а его живые крепостные стены неприступными. Источник, созданный магией князя Соларса, поддерживал сам себя, питаясь силами стихий, солнца и самоцветных камней, рассыпанных вокруг.

Солнце восходило над Гарденом. Сергос высыпал свои камни в чашу источника. Камни вспыхнули всеми цветами радуги, родник зашипел и забил ещё сильнее, вокруг взвились светлячки. Сила заполнила Сердце Гардена до краёв, расплескалась вокруг.

В ближайшие лет сто князь-маг Гардену не понадобится. Замок справится и сам.

Джарвис провожал молодого князя взглядом и отчего-то знал, что тот уже никогда не вернётся, хотя Сергос утверждал, что они с друзьями отбывают всего на пару дней.

Перед отъездом в Штольм князь Деннард рассказал Джарвису о своих планах на брак Сергоса и штольмской княжны. Хороший выбор, правильный. Если бы не девица с диковинными глазами. Молодой князь влюблён в неё и влюблён отчаянно. Такое чувство сметает со своего пути всё: и долг, и разум, и страх.

Молодой князь пойдёт за этими глазами на край света и шагнёт за него, если понадобится. Никакой долг его не остановит.

Но кто Джарвис такой, чтобы замечать то, чего не заметил великий князь?

Интерлюдия II

Стёртый мир

Этра. Мир, согретый и обласканный лучами Ульмм, напитанный её Силой и ею же уничтоженный.

Арктус не знал, зачем пришёл сюда. Останки погибшего мира не то зрелище, которое может подарить покой и умиротворение. По крайней мере, не ему. Может быть, Иридис и могла бы отнестись к тому, что осталось от Этры после взрыва Ульмм, безучастно. Предаться созерцанию, оценить величественную красоту естественного хода вещей и пойти своей дорогой.

«Миры рождаются и умирают, так было всегда».

Да, так было всегда. И от осознания этого становится тошно.

Арктус видел Этру живым. Прекрасный мир, пронизанный магией, полный жизни и чудес. Почти все создания, населявшие его, были разумны. Арктусу довелось поболтать с мышью, бесплотным духом, драконом и местным учёным мужем, и все они были в своём роде интересными собеседниками. Каждый из них в той или иной степени владел магией, причём способные к высшим её формам использовали свою силу для познания мира, а не для порабощения более слабых. Учёные мужи Этры прознали, что мироздание не ограничивается единственным небосводом, что есть другие миры и их великое множество.

Этра был удивительным миром, развитым и всё время совершенствующимся, он являл собой живое воплощение величия Творца. Всё созданное Его волей, от мельчайшей песчинки до подзвёздных миров, было прекрасно, но именно созерцая Этру, Арктус чувствовал это всем своим существом.

А сейчас он смотрел на то, что осталось от Этры, и ярость овладевала им, жгучая, но бессильная и оттого ещё более болезненная.

Когда он шёл сюда, он, конечно, понимал, что увиденное ему не понравится. Но не настолько. Не так.