Чтение онлайн

– Не знал, что у тебя стоит на мужиков, – не спустил лохматый. Воронцов что-то неразборчиво выдохнул сквозь зубы, но смолчал. Виктор ухмыльнулся, разглядывая облицованные молочным кафелем стены. – Как же такое прилетело в твой светлый, гетеросексуальный зад? – помянув давешнюю фразу, передразнил Шириханов.

– Хм. Такое, – Сергей нарочно подчеркнул логическое ударение на первом слове, – поселилось со мной под одной крышей.

– Отселяйся, – пожал плечами Виктор. – По соседству есть неплохая партия. Очень милый мальчик… как раз в поиске, походу…

– Тебе виднее. Ты их тут всех, видимо, знаешь, – Сергей наклонился, смывая с затылка густую пену. Волосы повисли поперёк профиля.

– Чё ты несешь? – закатил глаза Виктор, поднимаясь. И отдёрнул мертвенно зашуршавшую занавеску. – Привет, детка…

Сергей повернулся, разгибаясь. Пристально посмотрел странными, остро-чуткими глазами. Какими-то белёсыми и яркими, хотя, возможно, после дежурства борцу просто примерещилось противоестественное перламутровое мерцание в серых радужках. Ресницы и брови, намокнув, совсем почернели. И светлые пряди, прилипая, рассекали портрет узкими клиньями. Выглядел Серёга в этот момент настолько необычно – вызывающе, что ли? – что Шерхан замер. Блондинчик был аккуратным мальчиком: следил за собой, прилежно брился, каждый день зачёсывал волосы и носил глаженные водолазки на работу. Этот мокрый хаос придавал неожиданной выразительности внимательным глазам и в целом статичной физиономии. Виктор, с его архиживой мимикой и бешенной жестикуляцией, никогда не понимал эмоционального аскетизма соседа. И глаженных водолазок тоже.

– Чего уставился? – изогнув брови, поинтересовался Серёга тихо. Побледневшие, неприязненно поджатые губы едва шевелились. Но держался мозгоправ нарочито прямо, точно линейку к спине примотал.

– Мордашка симпатичная, – ухмыльнулся борец похабно, игнорируя прохладную взвесь от разбивавшейся о спину и икры соседа воды. – Как спалось?

– Хватит, Виктор, – оборвал с неожиданным раздражением парень. – Ты ещё не насмеялся? Чего ты хочешь?

– М-м-м… не знаю точно, – на секунду Шерхан и впрямь озаботился этим вопросом. А потом негромко уточнил, пробрезжив ехидным оскалом. – Пока просто спросил, как спалось. Первый раз, вроде бы… – в сощурившихся мгновенно перламутровых глазах мелькнуло раздражение, да что там, почти ярость. Сергей отчётливо скрипнул зубами и уже приоткрыл рот, собираясь ответить. Но борец его опередил. – Если что, я про курево. Тебя вчера знатно вставило… – Серёга, очевидно, совсем иного ожидавший, прикрыл веки:

– Типа того…

– Нормально?

Интересно, какого ответа он ждал. Сергей сердито потёр переносицу, смахнул с бровей воду. Шириханов чуть щурил блестящие, искусственные глаза, наблюдая с каким-то желчным, естествоиспытательским любопытством, жирно прописанным по наглой скуластой физиономии. Выглядел борец уставшим, даже помятым, но, по обыкновению, самодовольным и, разумеется, самоуверенным. Осознающим себя в праве… Серёжа кивнул, смиряя раздражение. Вместе с до смешного нелепым желанием прикрыться. А то и вытолкать соседа в коридор.

– М, – оценив скупое движение, как знак согласия, борец иронично вздёрнул брови. – Прелесть какая. А всё остальное?

– Что, «остальное»? – устало закатил глаза Сергей, чувствуя неприятный приток крови к скулам. И начиная откровенно злиться. По-хорошему, следовало выключить душ, вытереться и убраться отсюда. Но парень не шевелился. Возможно, из-за ехидного испытующего прищура. Брызги, между тем, уже намочили пол и, отчасти, безразличного Виктора. – Онанизм взаимный? – Шерхан коротко заржал, выразительно поиграв бровями:

– Ну, можно и так… Хочешь поговорить об этом?

– Ещё чего не хватало, – фыркнул Серёга поспешно. И, наконец, отвернулся, выключая воду. Несколько последних капель, сорвавшись с фильтра, обожгли плечо. – Свали уже, наконец…

– М-да? Вот сейчас не очень приятно, – заметил Шириханов как будто мимоходом, недовольно покривившись. И тоже повернулся спиной к соседу, перебирая пальцами запонки. Несколько секунд, прежде чем сделать пару шагов к выходу, мужик мстительно слушал напряжённое, недовольное сопение позади. Блондинчик, судя по звукам, потихоньку закипал. Эдаким изящным чайничком со сдвинутыми чёрными бровями.

– Блин, а ну, стой! – Сергей в очередной раз скрипнул зубами от досады. – «Не очень приятно»? Ты о чём, вообще?

– Ну, кто тут мозгоправ? – философски развёл руками Виктор, не спеша оборачиваться. Стащил галстук через голову, небрежно набросил на стиралку. Пощупал кобуру. Двухфазные с ним сегодня не особо церемонились. И рёбра, вопреки всем стараниям профессиональной химии, ломило страшно.

– Я не твой психотерапевт, – напомнил парень сердито. – Я, вообще, не психотерапевт…

– М, – «вразумился» выразительно Шерхан, недобро скалясь над раковиной. – А я-то уж подумал…

– Да ладно! А ты умеешь? – не удержался в ответ Серёга, невольно разглядывая ссутуленную спину и всклокоченный затылок. Нет, определённо, борцу в очередной раз досталось на дежурстве. Редкая «полевая» ночь обходилась без этого. Будто Шириханов нарочно нарывался. – Чего не пользуешься тогда? – мужик ощерился через плечо в пародии на улыбку:

– Красава. Подъе*ал. Орден дать? – и выразительно поиграл бровями, скосив ехидные глаза.

– Витя, блин, – фыркнул с досадой сосед, размышляя, как невзначай добраться до полотенца на сушилке аккурат у Виктора под боком. Мужик завис над раковиной и уходить, очевидно, не собирался. Мрачно пялился в зеркальную дверцу шкафчика, будто надеясь загипнотизировать отражение. – Что за претензии? Чего тебе «не приятно»? Я пытаюсь помыться и свалить на работу. Ты зачем зашёл, вообще?

– По морде твоей мозгоправской соскучился, – огрызнулся Шерхан. – Слушай, блонди, фигли ты такой дятел вредный? – пассаж Серёга явно не оценил. Закатил глаза и выдал ядовито, вполне в духе данного определения:

– С тебя пример беру, – разговор, изначально не самый комфортный в виду известных обстоятельств, уже бесил. Шириханов хрипло рассмеялся:

– Ну, бери-бери… не стесняйся, – это последнее, как-то особенно паскудно выговоренное, Сергею совсем не понравилось. Парень лишь устало махнул рукой:

– Что за цирк дебильный? Я полный идиот, что вчера повёлся на твой трёп… – обтекаемость формулировки нервировала, но выразиться иначе он почему-то не смог. – И теперь…

– И теперь мне будет вдвойне тошно, а ты зароешься в своих аналитических изысканиях на тему совести, – внезапно перебил Виктор, раздражённо дёрнув себя за прошитое целой обоймой разновеликих колец ухо. Неприязненно скривил обветренный рот в гримасе усталого недовольства. – Зашибись…

– Зашибись, – согласился Серёжа раздражённо, наблюдая за сумрачными оттенками выражений в соседской физиономии на амальгаме. – Потому что нефиг ерундой страдать… Нормально ж всё было…

– Вот и не выделывайся тогда! – огрызнулся мужик, тряхнув волосами.

– Я не об этом… блин, Витя!

– Серый, завязывай. Проблему на ровном месте создаёшь, – процедил Шерхан неодобрительно. Утомление, чем дальше, тем становилось очевиднее.

– Я проблему создаю? А ты как-то иначе себе развитие ситуации представлял? – засмеялся ожесточённо Сергей, намеренно игнорируя двоякость впечатлений. И воспалённую красноту прищуренных выжидающе глаз. – О чём ты, вообще, думал? Любовь, бл*дь, небесная! У всего есть последствия. Мне эти игры нафиг не сдались…