Чтение онлайн

– Маша, можно я поцелую тебя?
– Это было утешение и сочувствие - все, что мог предложить сейчас Валера.

Она подняла голову.

– Ты очень хороший, Валера...
– Спрашивала она или утверждала, а может, сомневалась?

– С тобой нетрудно быть хорошим.

"Обманул!" - признался себе Валера. Он согласился бы стать праведником, но природные инстинкты громко противоречили такому решению.

– Тогда поехали, - сказала Маша, отодвигаясь к окну, и с мягкой настойчивостью убрала его руки с плеч.

В городе Валера сбавил скорость. Несмотря на поздний час и усталость Маши, ему не хотелось расставаться с ней. Еще раньше, в дороге, Валера предложил поужинать вдвоем в каком-нибудь ресторанчике; о своей квартире он не говорил знал, что Маша откажется. Она отказалась и от ресторана. Валере ничего не оставалось, как отвезти ее домой.

Машина затормозила у тротуара, дала задний ход, снова проехала вперед, выруливая для поворота, и только потом Валера заглушил мотор и повернулся к Маше, закинув руку на спинку ее сиденья.

– Я должна что-то сказать, кроме "до свидания"?
– предупредила традиционный вопрос девушка.

– Если хочешь, - улыбнулся в ответ Валера.

– Тогда ничего не скажу. Сегодня было достаточно признаний, правда?

Он так мечтал о ее поцелуе и не смел сказать об этом.

Валера пожал плечами. Странно, раньше он не испытывал грусти при расставании с женщинами. С Машей было иначе: каждый раз она уходит навсегда, и сознание того, что он знает, где ее найти (вопреки запретам Валера узнал ее адрес и радовался маленькой тайне, хранимой от Маши), не приносило облегчения.

– Я пойду.
– Маша открыла дверь, Валера схватил ее за руку.

– Маша!

Она удивленно-выжидающе смотрела на него.

– Маша, я буду хорошим.

Девушка догадывалась, что ее улыбке не хватает искренности, но она была чересчур опустошенной и уставшей, чтобы следить за собой.

– До свидания, Валера, - быстро сказала она и вышла из машины.

Как обычно, Валера проводил Машу взглядом до угла и не стал разворачивать машину. Обхватив пальцами рулевое колесо, Валера уперся в него подбородком.

Прощальный взгляд выразительных глаз был полон красноречия. Но что она не сумела высказать словами, что говорили ее глаза, Валера так и не понял. Маша осталась для него загадкой. Глупец! Он рассчитывал узнать ее, разделив с ней постель. Думал раскрыть, как матрешку, одну за другой вынимая на свет стороны ее натуры, чтобы в конце концов добраться до сути и понять, чем же эта девушка привлекла его, обратила все его мысли в одну цель, одно желание - быть с ней.

Валера добился своего. Мало того. Маша сама настойчиво помогала ему, поведав в сущности незнакомому мужчине о самом трудном, самом грязном периоде своей жизни, о котором и близкому человеку не скажешь. Внезапно Валера открыл еще одну черту Маши - воля. Какой сильной она должна быть, чтобы обнажить перед ним затаенные уголки души, признаться в своем малодушии и психической слабости. И Маша сделала это, хоть и понимала, что откровения могут и оттолкнуть - кому захочется связываться с сумасшедшей?
– заставить бежать, забыть о ее существовании. Понимала и все же рассказала. И стала еще непонятнее и загадочнее.

Казалось, ей больше нечего скрывать. Четыре года после попытки самоубийства стали временем восстановления. Именно этим объясняется ее привязанность к старикам, завуалированная заботой об их просвещении. Этим объясняется уход в мир книг и нежелание общаться с ровесниками. Глупо даже спрашивать о новых знакомствах, Валера был уверен, что первым нарушил ее четырехлетнее затворничество. Вся Машина жизнь была перед ним как на ладони: дружная семья, выбор профессии по призванию, гибель отца, возвращение к новой жизни...

Но она сама оставалась таинственной незнакомкой.

Глава 7

В понедельник Валера, против обыкновения, отлынивал от работы. Непривычная для него рассеянность бросалась в глаза, и Олег взял на себя проведение планерки. Бригадиры шумно выясняли, чей объект важнее и нуждается в особом внимании и скорейшем завершении. Олег спорил с ними, составлял список необходимых материалов и порядок снабжения ими - у водителей двух грузовиков график работы был заполнен до отказа.

А Валеру интересовало солнце на улице, буйство зелени и купающиеся в ней дома. И Маша.

Воспоминания не давали ему уснуть ночью и преследовали все утро. Губы хранили ощущение свежей, с привкусом дождя кожи, тело помнило неуверенную уступчивость тела, в руках осталась память о его изгибах. Мысли улетали далеко вперед, к той минуте, когда они встретятся и повторится нереальная реальность, предвкушение станет искушением и наслаждением.

Валера тряхнул головой и встал из-за стола.

– Добро, ребята. Давайте на объекты. Собравшиеся переглянулись в замешательстве. Еще ничего не решили, а начальник уже отсылает.

– Все в порядке, - поддержал Олег Валеру.
– Проблем не будет. По коням, мальчики!

Пока бригадиры выходили из кабинета, продолжая спорить и доказывать, начальство молча провожало их. Но как только дверь закрылась, Олег повернулся к Валере:

– Скучный ты сегодня. Надоела суета или что-то еще?

– Не выспался, - признался Валера нехотя.
– Что у нас первым пунктом?

– Налоговая проверка.
– В голосе компаньона звучало удивление. Как Валера мог забыть об этом?

– Для нее есть главбух, - невозмутимо ответил Валера.
– Разве Вера не справится с инспектором сама?

Он вспомнил, как познакомился с Машей, и улыбнулся. Тогда он представился инспектором библиотек. Интересно, понравится ли Вере налоговый инспектор? Впрочем, она замужем и воспитывает двух мальчуганов.

– Не могу понять, - вклинился в его мечтания Олег, - то ли ты провел ночь в муках любви, то ли в радостях?

– Если б Маша согласилась, - тихо ответил Валера самому себе и осекся. Теперь о деле, Олег. Тот пожал плечами - как хочешь.

– Вера подготовилась к проверке отлично, но тебе надо бы встретить инспектора и сказать напутственное слово. Кстати, очень даже милая дамочка. Олег подмигнул, а Валера рассмеялся: хотел посватать инспектора своему главбуху, а они обе дамы.

Вот незадача.

– Вот и займись ею, - предложил Валера и добавил серьезно:

– Она уже здесь?

– Нет. Обещала быть к одиннадцати. Очень удобно.
– Серьезный тон Олега обещал с легкостью перейти в шуточный.
– Как раз перед обедом. Вот и возможность для приветственных речей.