Чтение онлайн

Но несмотря на все это, она прекрасно понимала, что, услышав ее историю, Валера уйдет при первой же возможности. И возможность эту должна предоставить Маша. Она не может обижаться или упрекать его в чем-либо. В самом деле, она могла еще долго играть в неприступность и ни к чему не обязывающие обещания. Собственно, она так и поступала, пока не почувствовала, что хочет его, что в последнее время только об этом и думает.

Хочет? Да нет же! Это испытание. И теперь она может расстаться с Валерой, сохранив к нему безмерную благодарность за то, что он научил ее уважению к себе, осознанию своей ценности и освободил от страха перед похотливым телом мужчины.

Может, через какое-то время они наладят добрые отношения читателя и библиотекаря, но сейчас лучше дать понять ему, что он свободен от всяких обязательств перед ней. А значит, лучше не видеться первое время, чтобы все встало на свои места. Звонок - вынужденное внимание - лишь подтверждает правоту ее рассуждений и действий. Маша улыбнулась. Теперь она свободна и счастлива.

***

Валера посмотрел на часы и присвистнул: пять часов, а он в другом конце города решает задачу дополнительной пристройки к дому.

– Договорились, - прервал он поток желаний клиента и своего приятеля.
– Мы проведем замеры и через неделю согласуем проект изменений. Позвони мне в контору, договоримся о встрече конкретно.

Во дворе он быстро умылся и за неимением полотенца вытер лицо носовым платком. Сев в машину, Валера посмотрел в зеркало, пригладил волосы рукой, с неудовлетворением отметив строительную пыль, прилипшую к влажной ладони.

– Ладно, - тихо пропел он.
– Рабочая пыль - не губная помада, а повод остаться дома наедине с Машей.

Он не смог позвонить после четырех и, справедливо решив, что Маша могла обидеться, в пути составил определенную речь соответственно его неопрятной внешности. Не заводя машину в гараж, Валера вытащил из дипломата книгу и направился в библиотеку. Стрелки часов отсчитывали последние минуты Машиной работы.

За столом сидела Елена Николаевна, что-то писала и одновременно переговаривалась с мужчиной, пристроившимся на стуле возле нее.

– Добрый вечер, - приветствовала она вошедшего с той же увлеченностью, словно не прерывала беседы с соседом. Ее взгляд не поднялся выше воротника расстегнутой рубашки Валеры.
– Можете выбрать книги, потом я оформлю.
– И тут же улыбнулась своему собеседнику.

Валера в замешательстве обвел взглядом большой зал, отошел назад, чтобы видеть проходы между длинными рядами полок. Маши не было.

– Скажите, - он вновь вернулся к столу, - а Маша?.. Заведующая оборвала себя на полуслове и посмотрела на Валеру. Вежливый взгляд стал пристальным, она узнала мужчину с охрипшим голосом.

– Маша? А разве?.. Она уже ушла.

– Как ушла?
– Валера быстро посмотрел на часы, снова на библиотекаря.

– Маша отпросилась пораньше.
– Неудавшееся свидание подчиненной огорчило Елену Николаевну, она сочувственно разглядывала молодого человека.
– Я думала, вы договорились о встрече заранее. Это вы звонили?

– Да, но...

– Я сказала о вашем звонке, и Маша попросила отпустить ее с работы раньше, - объяснила Елена Николаевна, пожимая плечами. Ее вины здесь нет.

– Может, она заболела?

– Нет. Маша ушла в хорошем настроении. Чего нельзя было сказать о Валере. Он вышел из библиотеки растерянный. Предположение, что Маша обиделась на него, слабо оправдывало ее уход, и Валера решил еще раз попытать счастья.

Подъехав к Машиному дому, он остановил машину и посигналил. Если она дома, то услышит и увидит его. После десятиминутного ожидания он решил подождать там, где они обычно прощались. И действительно, он не должен знать ее адреса. Объехав квартал, Валера остановился у знакомого дерева и выключил мотор. Полчаса ожидания результатов не принесли. Валера вновь подъехал к дому, дал сигнал. Может, Маша вернулась другой дорогой? Опять ожидание. И опять безрезультатно.

– Что будем делать, Мэри?
– спросил он молчаливую машину, барабаня пальцами по кожаной обшивке руля.

Валера мог подняться в квартиру Маши, но она с таким упорством отказывалась назвать адрес и не позволяла подъезжать к дому, что он боялся еще больше обидеть девушку неожиданным визитом и неуважением к ее просьбе.

– Она сказала "не надо", - тихо жаловался машине Валера, следя за прохожими в надежде разглядеть знакомую фигурку.

На следующее утро Валера не выходил из кабинета и, только часы пробили десять, снял трубку телефона.

– Сегодня Маша во вторую смену, - ответила Елена Николаевна.

– А вчера она не возвращалась?

– Нет.

– Спасибо. До свидания.

Последний вопрос был лишним. Валера дежурил в машине до закрытия библиотеки, затем снова ездил к дому Маши и ни с чем вернулся домой.

В обед он опять позвонил. Елена Николаевна ответила, что Маша звонила и попросила отгул.

– Зачем?
– удивился он.

– Навести порядок на могиле отца, - ответила заведующая.

– Какой могиле?
– Терпение Валеры начало сдавать.

– Машин отец, - сухо произнесла начальница, - погиб, молодой человек.

– Да.., да, авиакатастрофа.
– Валера потер пальцами переносицу.
– Я не знал, что есть его могила. Завтра она будет на работе?

– Конечно, - оживилась Елена Николаевна.
– Во вторую смену. Звоните, приходите..

На следующий день Маша уехала в областную библиотеку менять книги, и Валера, не уточняя ничего, положил трубку. Вечером он стоял на распутье. Маша работает во вторую смену, и, конечно, он пойдет в библиотеку и даже не упрекнет ее из-за долгих поисков и напрасного ожидания. А с другой стороны, он не был уверен, что застанет Машу, и тогда вызовет недовольство своей навязчивостью и упрямством. В тысячный раз Валера прокручивал в памяти последний день, когда они были вместе. Несмотря на пережитые эмоции любви и откровений, он не мог понять, что заставило Машу бежать, когда она так нужна ему.

Он не задавался вопросами: "зачем?" "почему?" - как не спрашивал, зачем он дышит, ходит, работает. Это его жизнь, и Маша была частью ее, неизведанной частью. А он привык, чтобы все было понятно, и поэтому надо было узнать, изучить ту новую Машу, которую он открыл для себя. А для этого она должна быть рядом с ним. Без нее он чувствовал себя развалившимся на куски оголенных нервов.

Валера не удивился, когда увидел за столом Елену Николаевну и ее мужа.

– Я посмотрю книги?
– рассеянно спросил он и пошел к стеллажам. В области солнечного сплетения собирался ком отчаяния и поднимался вверх, перехватывая и затрудняя дыхание. Он не мог сосредоточиться на названиях книг, а слух был обострен до звона в ушах; скрип стула, шум, доносящийся с улицы, заставляли его вздрагивать и оборачиваться к входной двери.

– ..Если она уйдет с работы, - жаловалась Елена Николаевна мужу, - я не знаю, что буду делать. Одна я не справлюсь.

– Не драматизируй, Леночка, - успокаивал ее муж.

– Тебе легко говорить, - постепенно повышала голос заведующая.
– Через неделю ты уйдешь на полгода, и я останусь одна. Ты же видишь, как я работаю: целыми днями занята, да и в выходные, когда все нормальные люди отдыхают...

– Ты скрашиваешь их досуг, - продолжил муж.

Наступила кратковременная тишина. Сердце застыло, и Валере показалось, что он потерял не только слух, но и зрение. Черные круги поплыли перед глазами, в ушах стоял невыносимый звон.