Тихоня на боевом факультете
Шрифт:
Облизываю губы. Взгляд Кестера перемещается на них, и я вижу, как дёргается его кадык.
Маргова задница, сейчас он решит, что я с ним флиртую. Во рту пересыхает по-настоящему. Удерживаюсь от того, чтобы не облизнуться ещё раз. Ничего, краснеть и переживать буду потом. Сейчас другое важнее.
Словно со стороны слышу свой голос.
— Что посоветуешь?
— Выбирай любой ягодный напиток, — чуть хрипло говорит Кестер и сглатывает. — У меня земляника… лесная.
— А… можешь налить мне такой же, как у тебя? Вкусно пахнет.
— Конечно, Мел-ли.
Через несколько мгновений на моём подносе стоит точь-в-точь такой же стакан. Дело за малым — поменять их местами. Несложно, если сделать вид, что не можешь дотянуться за аппетитным стейком. Кестер охотно мне помогает, и замена происходит незаметно. Вот только сама я эту гадость тоже пить не собираюсь. Наливаю себе ещё один стакан из первого попавшегося кувшина.
По дороге к столу немного отстаю от Кестера и, проходя мимо красивого разлапистого дерева в огромном горшке, избавляюсь от опасной жидкости. Надеюсь, растению это не повредит.
Уф, теперь можно краснеть и смущаться. Кестер поглядывает на меня как-то по-новому. Похоже, он озадачен моей смелостью на грани наглости. Но я своё дело сделала. И, пожалуй, за обедом стоит уже пересесть за стол к Несси. Здесь мне явно не рады. Лили морщится, когда я опускаю поднос на стол. Зато её подруге впервые не до меня.
— Ты ничего не ешь, Кес, — говорит Кайра, нервно теребя в руках салфетку.
Она права. Кестер съедает едва ли половину того, что у него лежит. Зато Фергус ест за двоих.
— Пить хочу больше, чем есть. — Кестер тянется к стакану с морсом.
Лицо Кайры стремительно бледнеет. Ну же, если любишь его, чего тебе стоит толкнуть его под локоть? Ты ведь знаешь, что это запрещено.
Но нет. Кайра, оцепенев, смотрит, как Кестер до дна опустошает стакан.
И хотя я знаю, что в стакане обычный напиток, почему-то тоже нервничаю.
— Пора. — Фергус первым поднимается из-за стола.
Большой зал напоминает амфитеатр. Скамейки рядами поднимаются к прозрачному куполу административного здания.
В центре круглой площадки расположен постамент из чёрного мрамора с огненными прожилками. На его поверхности углубление, заполненное жидким огнём.
— Соединяющий артефакт, — объясняет мне Несси.
В зале шумно. Сегодня здесь вся Академия.
— Сейчас солнце поднимется в зенит, — со знанием дела говорит моя подруга, — и всё начнётся.
Про солнце я тоже уже знаю. Все только и твердят, что ритуал привязки проводится раз в год во время летнего солнцестояния. И что именно энергия светила создаёт условия для тонкой настройки магий.
Нас, первокурсников, загнали на верхние ряды, в первых — преподаватели и старшие курсы.
Примерно на среднем уровне ложа, в которой восседает ректор и несколько прибывших на церемонию и богато одетых гостей. Среди них замечаю и лорда Варгуса, беседующего с седовласым мужчиной. Ложа находится наискосок от наших с Несси мест. Мне отлично видны лица сидящих в ней людей, они же не удостаивают взглядами тех, кто находится на галёрке.
— Я слышала, что вся эта церемония всего лишь дань традиции, — заявляет одна из моих однокурсниц, Милана. — Все привязки создаются заранее. Но праздник есть праздник.
Хорошо бы получилось так, как она говорит.
— Смотрите! — проносится по залу. — Магистр Айленгор.
При виде входящего в аудиторию декана боевого факультета гомон становится громче, но тут же стихает, как только магистр поднимает руку.
— Построились, парни.
Первые ряды приходят в движение. Старшекурсники выходят на площадку и становятся полукругом, лицом к ректорской ложе. На всех свободные чёрные штаны и чёрные безрукавки. Меня несколько удивляет, что одежда по случаю торжества на них не парадная, но смотрятся они здорово. Красивые мужские руки бугрятся мышцами. Безрукавки на них сидят плотно, не скрывая развитой грудной мускулатуры. Два десятка сильных и опасных хищников. Воины, бойцы. По рядам проносятся восхищённые женские вздохи.
Ректор поднимается со своего места и подходит к перилам. Внимание всего зала сосредотачивается на нём.
— Уважаемые гости. — Ректор поворачивается на пару мгновений к сидящим в ложе, затем снова обращается ко всему залу: — Магистры и адепты Академии. Приветствую всех вас на ежегодной церемонии формирования магических связей. Это самая важная традиция нашей Академии.
Он замолкает, давая возможность осознать весомость его слов, затем продолжает, глядя вниз на построившихся парней:
— Вы, адепты боевого факультета, избраны для выполнения ответственной миссии. Отныне вы будете сражаться бок о бок с лучшими магами нашего королевства, защищая мир от тёмных сил.
Перевожу взгляд на лорда Варгуса. Он тоже, как и ректор, смотрит вниз, и, проследив за его взглядом, я легко нахожу Кестера.
— Пусть сила света всегда освещает ваш путь. — Голос ректора становится громче и пафоснее. — Да хранят вас высшие силы! Да удесятерят ваше мастерство лучи солнца!
И в это мгновение луч вставшего в зенит солнца падает точно в углубление на постаменте.
— Объявляю церемонию открытой! — Ректор опускается в своё кресло.
Магистр Айленгор отвешивает лёгкий поклон сидящим в ложе и вызывает первого адепта:
— Джериан Терри.
Я узнаю в вышедшем к постаменту парне того самого Джера, который вчера испытывал на прочность мой щит.
Адепт круговым движением проводит ладонью над углублением, рассекая солнечный луч. Языки пламени, взметнувшись вверх, окутывают его руку. Еле удерживаюсь от желания зажмуриться. Появляется страх, что огонь сейчас охватит всего Джера. Рядом охает Несси. Но, пробежав по его руке до плеча, пламя стекает обратно в своё углубление.
Некоторое время ничего не происходит, а затем на плече парня вспыхивает огненная руна, и одновременно с этим такая же руна вспыхивает у одного из стоящих в ряду парней. Причём напарник заранее выступил на шаг из шеренги. То есть всё по плану, как и сказала Милана, рыжая девушка с веснушками.
Напарник в свою очередь подходит к постаменту и рассекает солнечный луч той рукой, на которой руна. Всё повторяется с той разницей, что, когда пламя стекает с его руки, руна гаснет у обоих, оставляя чёрную татуировку. Магистр Айленгор пожимает обоим руки, и парни отправляются в первый ряд.