Тихоня на боевом факультете
Шрифт:
— В каком смысле? — взволнованно спрашивает Мели. — Для меня губительна, если я не справлюсь?
— Нет, девочка, для более сильного напарника. Вода течёт с более высокого места вниз. Магия перетекает от сильного к слабому. И, если второй не развивает свою силу, он со временем просто опустошает своего напарника. Так что, хотите вы этого или нет, но работать вам придётся вместе. И тебе, Амелия, придётся очень сильно постараться, чтобы добраться до уровня Кестера.
Дальше мы идём молча. Я перевариваю услышанное. Информация для меня не новая, и нас предупреждали об этой опасности. Но, пока я считал своим будущим напарником Фера, я пропускал это мимо ушей. Фер сильный маг, и я не сомневался, что мы справимся. Будем подпинывать друг друга.
А потом во время ритуала всё завертелось с такой скоростью, что я просто забыл об этом. И что теперь? Вся моя жизнь и все мои планы в руках этой девушки?
Пытаюсь понять, как к этому относиться. Мели отстаёт от магистра на несколько шагов, чтобы поравняться со мной.
— Я сделаю всё, что от меня зависит, для того чтобы развить магию, — сердито шепчет она. — Но ты пообещаешь мне, что будешь относиться ко мне только как к напарнику. И никак иначе.
А у меня неожиданно внутри закипает ярость на идиотскую судьбу, которая загнала меня в ловушку. Не подшутили бы надо мной боги, у меня был бы сильный, одарённый напарник. Я бы шёл к своей цели. А Мели, к которой меня так внезапно потянуло, не диктовала бы мне сейчас свои условия. Ещё я за юбками не бегал.
— Договорились, — с усмешкой отвечаю я. — Напарник так напарник. Но гонять буду до седьмого пота. А насчёт всего остального… Пока сама не попросишь, не прикоснусь.
Принимаю невозмутимый вид, игнорируя возмущённый взгляд исподлобья.
— Этого не будет, — шипит она, косясь на спину идущего впереди Айленгора.
Но в глазах мелькает ещё что-то. И мне хочется, чтобы это было сожаление. Ничего. Будет и сожаление. Всё равно не выдержит. До сих пор мне не приходилось бегать за девчонками, и впредь этого не будет.
Мели ускоряется, и я перестаю «делать лицо». Жадно поедаю её глазами. На ней обтягивающая форменная юбка. И я ещё ни разу не видел, чтобы на чьей-нибудь попке обычная одежда смотрелась так аппетитно.
Понимаю, что у нас с ней два варианта: либо я начну видеть в ней только своего напарника и пойму, что это было временное помутнение рассудка, либо она будет моей.
На губах всё ещё медовая сладость, из лёгких не выветрился аромат земляники. К маргу первый вариант.
Вот так цепочкой мы доходим до ректората.
Секретарь докладывает о нашем появлении. Магистр Айленгор останавливается и пропускает вперёд Мели, затем меня и только после этого заходит сам.
— Ну что ж, юная леди, — сухо заявляет ректор. — Вы полностью оправданы. Магистры сообщили мне, что сами распределят вашу нагрузку. Мне к этому добавить нечего. Если у вас остались претензии к тем, кто обвинил вас в таком преступном действии, вы можете подать мне жалобу официально.
Ректор болезненно морщится. То, что вся ситуация ему не нравится, очевидно. Я тоже не уверен, что её стоит раздувать.
И Мели умница, понимает с полувзгляда.
— Претензий нет, но… — Она мнётся. — Если можно, я бы переселилась в другую комнату.
— Понимаю вас, — кивает ректор. — Сейчас такой возможности нет. Но, если появится, я приму вашу просьбу к сведению.
— Хорошо, — вздыхает Мели и слегка поводит плечами, как будто ей зябко.
Впервые задумываюсь, что кому-то рядом с моей подругой детства может быть некомфортно. Вспоминаю взгляд Кайры, направленный на Мели, нехороший взгляд. Придётся с Кайрой поговорить всерьёз. Мы же с детства дружны, неужели не поймёт?
— В таком случае вы свободны, мисс Ларсен, — говорит ректор. — Все остальные вопросы будет решать ваш новый куратор.
И я понимаю, что сейчас Мели уйдёт.
— Вечером после ужина на полигоне, — коротко заявляет Айленгор.
И я выдыхаю.
Далеко не уйдёт.
— Вы тоже свободны, магистр.
Остаюсь в кабинете. Меня явно ждёт приватный разговор.
Ректор поднимается из-за стола и подходит к окну. Терпеливо жду, созерцая ректорскую спину.
— Вы должны понимать, Кестер, что лорд Варгус хоть и вёл себя неадекватно, но…
— … это потому, что он до сих пор печётся обо мне, словно я маленький ребёнок.
— Рад, что вы это понимаете.
Ректор поворачивается лицом ко мне.
— Он до сих пор считает себя виноватым в гибели вашего отца, хотя мы провели расследование, и его вины там не было. Он, действительно, передал Адриану Алистеру всю имевшуюся у него силу. Потом года два ему пришлось восстанавливаться. Но он до сих пор не может себе простить, что остался жив, в то время как его брат и ваш отец сгинул в разломе. Поэтому вы являетесь для него смыслом жизни.
— Я знаю это, господин ректор.
— Отлично, но это не всё. На вашем месте я бы поговорил с вашей невестой. Не хотелось бы, чтобы вся эта история разошлась по Академии.
Опять это слово «невеста». Впервые думаю о подруге детства с неприязнью.
Но бить себя кулаками в грудь и уверять, что с Кайрой мы всего лишь друзья, не буду. Да и Мели не скажу, раз не поверила с первого раза. Ей полезно поревновать.
Но ректор продолжает:
— Ваша невеста видимо приревновала. Не удивлён. Одно дело, когда напарниками становятся мужчины, и совсем другое, когда рядом с вами теперь постоянно будет симпатичная девушка, пусть и не подходящая вам по статусу. Объясните ей, что боевая привязка ничего общего не имеет с личными отношениями.
— Я разберусь, — резко отвечаю я.
Слишком резко для разговора с ректором Академии, но обсуждать Мели я ни с кем не намерен.
Наконец ректор считает все вопросы улаженными, и я покидаю его кабинет.
Выхожу из административного здания и, к своему удивлению, вижу сидящую на скамейке Мели.
— Ты уже передумала? — Я добавляю в голос бархатных нот, которые, опыт имеется, действуют на девушек безотказно.
Но, похоже, не на эту.
— Не дождёшься, — огрызается она к великой моей досаде и тут же переходит на сухой деловой тон. — Просто, раз мы теперь напарники, я должна тебе кое-что рассказать. Не знаю, поверишь ты или нет.
Через несколько секунд её торопливого рассказа о подслушанном в библиотеке разговоре я забываю обо всём.
— Ты уверена? — задаю я глупый вопрос.
Спрашиваю не потому, что не верю. А от шока. Дядя знает, как я отношусь к запретным зельям.
Мели фыркает.
— У меня всё нормально со слухом.
— Ещё что-то?
— Помнишь я попросила тебя налить мне в столовой такой же напиток, как у тебя?
И я выслушиваю новый виток истории. Кайра всё-таки послушалась дядю и сделала это.