Чтение онлайн

— Вы нас такому не учили, магистр.

— А она отличается от вас. — В голосе Айленгора я слышу удовлетворение. — Есть магические приёмы, доступные только женщинам-магам.

Я не очень понимаю, о чём он, но мне становится хорошо. Я становлюсь лёгкой, как окружающий меня воздух, и чувствую в себе готовность отразить ещё хоть тысячу магических ударов.

Но слова Айленгора возвращают меня на землю.

— Всё, Кес, больше никаких тренировок. Провожаешь её в общежитие, и больше никаких попыток сегодня работать с магией. Сейчас ей надо переварить то, что она получила. Сон ей в помощь. Ну и для укрепления вашей связи можешь поэкспериментировать с тем, за чем я вас застукал сегодня утром.

Что он имеет в виду?

— Это не эксперимент, — раздражённо рычит Кестер.

— Но полезно, — не без ехидства говорит Айленгор.

Уже совсем поздно, когда мы подходим к крыльцу. Академия готовится ко сну.

При виде нас запоздавшая парочка разрывает поцелуй, и девушка взбегает на крыльцо, а парень уходит по одной из слабоосвещённых дорожек.

Мы одни.

— До завтра, Мел-ли. Тебе пора.

Но, вместо того чтобы отпустить мою руку, Кестер, наоборот, притягивает меня к себе и нежно целует в губы. Лёгкость, появившаяся после знакомства со стихией Воздуха, никуда не исчезла. И поцелуй такой же лёгкий, почти невесомый. На этот раз Кес не дразнит меня и не атакует, он ласкает меня губами и осторожными касаниями языка. Тёплые волны проходятся по моему телу, даря мягкое изысканное наслаждение. И я чувствую, что Кестер ощущает то же, что и я. Удовольствие делится на двоих. Он мой так же, как и я его. Никогда до этого я не целовалась с другими парнями, но откуда-то знаю, что ни с кем другим я не испытаю такого единения и такого блаженства.

И, только поднимаясь по лестнице, я вспоминаю последние советы Айленгора насчёт «поэкспериментировать». Странно, что это не вызывает у меня ни раздражения, ни попыток приписать Кестеру какой-нибудь ерунды вроде того, что он воспользовался ситуацией. Наверное, потому, что всё внутри меня приняло его, и сейчас по телу бродят крохотные завихрения, вызывающие приятный трепет.

В таком настроении я принимаю душ, пью напиток из листьев мяты, который заботливо подсовывает мне Эля, и засыпаю, едва голова касается подушки…

… для того, чтобы проснуться от мягкого, но настойчивого шлепка мягкой кошачьей лапой по щеке.

— Ты что? — спросонок я разговариваю с котом, как с человеком.

Сажик, естественно, не отвечает. Он некоторое время переминается лапами и довольно настойчиво сдвигает меня к стене. И только потом сворачивается клубком, отвоевав себе половину кровати.

— То есть? Ты просто решил меня потеснить? И больше ничего?

На этот раз кот издаёт невнятное урчание, в котором мне мерещится недовольство. Я ему, что ли, спать мешаю? Вот ведь наглая кошачья морда.

Внутри меня сталкиваются разочарование и усталость. С одной стороны, очень хочется пообщаться с Клыкастиком и выяснить, что ещё он знает, а с другой… глаза уже снова слипаются, и я, лёжа на боку, скручиваюсь колечком вокруг обнаглевшего кота.

Я даже забываю на время, что кот — это не просто кот.

Но тут же вспоминаю, едва примирившись с потерей территории, закрываю глаза.

Темно. Так темно не бывает в обычном сне. Густая осязаемая тьма окутывает, перекрывает дыхание, давит, лезет своими щупальцами в голову.

Яркая вспышка, и щупальца съёживаются, спеша убраться. Раздражённое шипение. Снова череда ярких вспышек. Чёрные клубы тьмы становятся полупрозрачными, и сквозь них я вижу мужчину, окружённого стеной пламени.

«Круговой щит», — вспоминаю я слова Айленгора.

Неужели так это и выглядит со стороны?

Уже в следующий момент я понимаю, что мужчина не защищается, а нападает. Стена пламени текуча и подвижна, от неё отделяются огненные сгустки, которые, рассыпая искры, врезаются в клубящуюся тьму. И та, шипя, отползает, но не растворяется, а сбивается в один ком. Чуть погодя я понимаю, что это не ком, а отверстие прямо в пространстве, похожее на пещеру. Только никаких скальных гор вокруг этой пещеры нет. Чёрный зев открыт прямо в воздухе. Маг загоняет в это отверстие остатки тьмы, и зев схлопывается.

Теперь перед моими глазами светлый солнечный день и чудесный пейзаж с горами на горизонте. Я плавно, словно бы плывя по воздуху, придвигаюсь к краю пропасти. Внизу в ущелье течёт река.

— Этого хватает на пару месяцев, — раздаётся за моей спиной смутно знакомый голос.

Меня разворачивает. И я заранее знаю, чьё лицо увижу. Смотрю в знакомые синие глаза.

— Арон, надеюсь, на этот раз мой посланник до тебя доберётся, и наши маги не сожгут его при переходе. Вы не сможете закрыть разлом с той стороны. Они будут множиться. Мне нужна помощь здесь.

— Мр-р-р, — заявляет Клыкастик, когда я открываю глаза.

— Так это не сон?

Кот молчит.

— Но как я передам Арону, если его уже нет в живых?

Недовольное урчание в ответ.

— Хорошо, я попробую рассказать магистрам.

— Мр-р-р, — удовлетворённо «отвечает» Сажик, одним прыжком перелетая на подоконник.

Он исчезает, но я чувствую, что теперь между нами появилась прочная связь. Я не сомневаюсь, что Сажик-Клыкастик появится по первому моему зову.

Я ещё долго лежу с широко раскрытыми глазами, следя за подрагивающими на потолке тенями, которые отбрасывают ветви дерева, растущего под окном.

Он жив, мой отец жив. Я теперь в этом уверена. Но неужели он уже много лет живёт там, по ту сторону разлома? Что мешает ему выйти обратно и привести помощь самому?

— Возможно, именно для этого и нужна связь с напарником, — говорит задумчиво Айленгор, когда я рассказываю ему о своём последнем видении.

— Связь разрывается, если один из напарников умирает, — напоминает нам Мардего.

Мы снова в той же самой лаборатории, что и вчера: оба магистра, Кестер и я. Фергус и Джериан уже отправились на места, обозначенные Айленгором. А мы собрались тут, чтобы уточнить последние детали, ну и снабдить меня артефактами.

— Мы были уверены, что Алекс погиб на той стороне, иначе как объяснить, что у Арона возникла новая привязка?

Тишина. И я знаю, что сейчас мы все думаем об одном и том же — о зельях. И Мардего продолжает так, словно кто-то из нас уже произнёс это вслух:

— Получается, первым зельем он разорвал связь Арона и Алекса, а вторым привязал Арона к себе.

Кто «он», произносить необязательно.

Мне больно смотреть в лицо Кестеру. Врагу не пожелаешь узнать, что всеми твоими близкими и тобой в том числе манипулировали, и не кто-то посторонний, а тот, кому ты доверял.

— Я против того, чтобы отпускать Мели одну.

Айленгор тяжело вздыхает.

— Я не могу тебя заставить, Амелия. То, что ты сегодня рассказала, не менее важно, чем поймать преступника. Возможно, нам следует подумать о том, чтобы отправить добровольцев внутрь разлома. Один напарник там, второй здесь.

— А разве это не риск? — спрашиваю я.

— Риск, — соглашается Айленгор. — У нас ни одного опыта вытаскивания. Поэтому я пойду за грань вместе с добровольцами.

— А я всё-таки за первоначальный план, — говорит Мардего. — Есть у меня ощущение, что лорд Варгус знает обо всём больше, чем мы.