Тихоня на боевом факультете
Шрифт:
— Устала, — утвердительно говорит Кестер. — А значит, сил напрягаться у тебя уже не осталось. Иди ко мне.
Его большая ладонь обхватывает мою кисть, держащую меч. И кажется вовремя. Ещё мгновение и рукоять могла бы выскользнуть из моих рук. Как тогда, в одну из первых моих тренировок в нашей Академии, Кестер обнимает меня сзади и прижимает к себе.
— Расслабься. Почувствуй меня.
Легко сказать. В смысле, почувствовать-то как раз легко, а вот не выдать себя, ой как сложно.
За эти дни мы стали ближе, чем прежде. Я больше не выворачиваюсь из объятий Кеса. С каждым днём наши поцелуи становятся чувственнее, а я чувствительнее к его прикосновениям.
Огненные сполохи разлетаются по всему телу. Только что мне казалось, что вся моя магия ушла на создание огненных шаров и щитов, но сейчас в солнечном сплетении разгорается костёр, а в груди расцветает знакомый огненный цветок.
Моя магия не истощилась, она с готовностью откликается на близость Кестера.
— Дыши, — шепчет Кес.
И я повинуюсь. Снова дышу в одном ритме с ним.
— Доверься своей магии, позволь ей следовать за моей.
Обжигающий вихрь, закрутившись, распространяется на всё моё тело, и я чувствую, как моя огненная воронка соприкасается с другой, более мощной. Они замирают на миг, не прекращая вращения, а затем на очередном витке соединяются в единое целое.
— Дыши, — звучит уже глубоко внутри меня.
И я растворяюсь в огненном смерче. Остальное уже от меня не зависит. Сжатие, выплеск, снова плавное вращение. Огненный шар слетает с клинка. И такой же летит навстречу. Щит появляется сам собой всего на миг, принимает удар извне и исчезает.
Я перестаю чувствовать время. Нет никакой усталости.
— Отлично! — раздаётся голос Айленгора. — Достаточно.
И моя стихия снова оказывается в одиночестве, оставив ощущение жесточайшего разочарования. Я не хочу быть одна.
С трудом прихожу в себя.
— Вот теперь вы по-настоящему стали напарниками, — с удовлетворением говорит магистр. — Молодец, Кес, и ты, Амелия, умничка. На сегодня всё. Завтра покажу вам ещё одну стандартную технику для укрепления связи. Хотя есть ещё один способ…
Айленгор обрывает себя и хмыкнув отходит в сторону.
Мы покидаем полигон. Идём молча, переплетя пальцы. Сейчас дойдем до наших комнат и разойдёмся, как обычно. Дверь Кестера соседняя.
Как оказалось, в этой Академии учатся только мужчины. Женского общежития не предусмотрено, и нам обоим выделили спальни в преподавательском крыле. Мы будем очень близко и одновременно очень далеко.
Внутри меня всё сжимается от непонятной тоски. После недавней тренировки я чувствую пустоту.
Открыв дверь, поворачиваюсь к Кесу, ожидая поцелуя, после которого мне станет ещё хуже, и встречаюсь с его потемневшим взглядом.
— Мел-ли, — хрипло говорит он, наклоняясь ко мне и накрывая мои губы своими.
И я теряю опору, слышу только как захлопывается за нами дверь моей комнаты.
Мели
Это не первый наш поцелуй, но то, что я чувствую сейчас, несравнимо ни с чем.
Меня захлёстывает волна мучительно-сладких ощущений. Пустота, которую я мгновение назад ощущала внутри себя, заполняется взметнувшимися языками пламени.
Руки Кестера проникают под мою рубашку, поглаживая, стискивая, ослабляя нажим, вырисовывая узоры на обнажённой коже спины. В местах прикосновений вспыхивают и разлетаются фейерверками внутри моего тела обжигающие огненные искры.
Я больше не контролирую собственную стихию. Она помнит о недавней близости во время занятий магией и требует большего.
— Кес, — вырывается у меня со стоном, когда он на мгновение разрывает поцелуй.
— Мел-ли, — хрипло выдыхает Кес, проводя носом по моей скуле. — Не бойся я удержусь, если… если ты скажешь.
При этом его руки и не думают останавливаться. Они продолжают блуждать по моей спине, в то время как губы прокладывают дорожку из поцелуев по шее вниз к ключицам.
Каждое прикосновение отзывается сладкой дрожью.
Черта, из-за которой уже будет не вернуться, близко. А возможно, я её уже пересекла.
Верю Кесу, верю, что он сможет остановиться. Он сильный. Но я уже не могу… и не хочу.
— Не скажу… — шёпотом говорю я.
И отвечаю стоном, когда большая шероховатая ладонь ложится на мою грудь и мягко сжимает её, задевая окаменевшую вершинку.
Сознание мечется между желанием продлить прикосновение и последней разумной мыслью… Какой?
Кисти Кестера скользят вверх по бокам, и я послушно поднимаю руки, позволяя ему избавить меня от рубашки. Когда он успевает снять свою, заметить не успеваю.
Судорожно выдыхаю от острого ощущения прикосновения кожа к коже.
— Ты уверена? — зачем-то спрашивает Кес.
А я, привстав на цыпочки, обхватываю его шею и добираюсь до губ, не желая больше слышать ни единого слова, которое может меня образумить.
Зной прерывистого дыхания, аромат сандала, проникающий в мои лёгкие… Мир переворачивается. Прохладные простыни под спиной, рука, скользнувшая между моих бёдер и неожиданное прикосновение к горящей огнём чувствительной точке.
Кестер
Глотаю стон, не выпуская из рук своё сокровище. Моя, только моя. Горит, трепещет от каждого прикосновения, отвечает на поцелуи. Впитываю каждой клеточкой вкус и запах земляники. Моя!
Подхватываю на руки. Невесомая как пушинка. Вжимаю её в постель. Охает, почувствовав моё возбуждение. Снова впиваюсь в губы. Отвечает. Коготками проходится по моей спине, провоцируя такую волну огня, что я едва не срываюсь.
Разорвав поцелуй, до крови прикусываю свою губу, чтобы удержаться, чтобы не наброситься диким зверем.
Нельзя, рано, ей будет больно. У меня получается не сорваться. Чуть смещаю вес. Дую на разгорячённое лицо. Требую:
— Посмотри на меня, Мели.
Бездонные синие глаза открываются и тут же расширяются, когда мои пальцы добираются до напряжённого узелка плоти.
Терзаю, вырисовываю узоры подушечками пальцев, пока бессистемные вздрагивания её тела не превращаются в непрерывную вибрацию, а затем не замирают на миг перед взрывом. Успеваю накрыть её губы своими, поглощая крик. Чувствую, как удовольствие раскатывается у неё внутри затухающими спазмами. А сам зависаю над пропастью.