Чтение онлайн

Я не могла видеть Нокса. Но чувствовала его присутствие.

— Нокс, — протянул Стеф.

— Стеф, — я открыла глаза, гадая, когда эти двое начали неохотно называть друг друга по именам.

— Привет, Уэй, — произнёс Нокс чуть более мягким тоном.

— Привет, — чирикнула она.

Я услышала приближение его ботинок, и каждая мышца в моём теле напряглась. Ни одна женщина не выглядела хорошо, сидя с мокрыми волосами в салонном кресле. Не то чтобы я стремилась к обольщению или что-то такое. Хотя на мне было то нижнее бельё, что он мне купил.

— Наоми, — прохрипел он.

Почему моё имя, произнесённое его голосом, вызывало в моих интимных органах ощущение сродни удару током? Только в супер сексуальной, приятной манере.

— Нокс, — сумела выдавить я.

— У тебя лицо красное, — заметил Джеремайя. — Вода слишком горячая?

Стеф захихикал.

Клянусь Богом, я слышала самодовольство в размеренном топоте ботинок, пока Нокс медленно удалялся в заднюю часть салона.

Вот и сохранила самообладание, ай да я.

Стеф тихо присвистнул с барберского кресла, которое он занимал.

— Ииииискры, — тихо пропел он.

Я подняла голову с раковины, отчего приливная волна воды выплеснулась за край.

— Что с тобой не так? — прошипела я. — Заткнись.

Он поднял руки в жесте капитуляции.

— Ладно. Извини.

Когда Джеремайя мягко уложил меня обратно на раковину, я мысленно кипела. Я не хотела искр, не нуждалась в них, и мне определённо не хотелось, чтобы кто-то привлекал к этому внимание.

Джеремайя обернул полотенцем мои абсолютно мокрые волосы и повёл обратно к своему рабочему месту. Уэйлей сидела на кресле позади меня, обсуждая варианты стрижки и стиля со Стейшей и Стефом.

— Итак. Как мы относимся к тому, чтобы избавиться от мёртвого груза? — поинтересовался Джеремайя, удерживая мой взгляд в зеркале. Он взял большую часть моих влажных волос одной ладонью и приподнял над плечами.

— Очень позитивно, — решила я.

***

Я была в разгаре мысленной паники, пока Джеремайя агрессивно отстригал мои длинные волосы, и тут Нокс вернулся с чашкой кофе и каким-то коротким кожаным фартуком поверх поношенных джинсов. С татуированными руками, безжалостно уложенной бородой и потёртыми мотоциклетными ботинками он выглядел как воплощение мужественности.

Наши взгляды встретились в зеркале, и моё дыхание застряло в горле.

Спустя одно слишком долгое мгновение Нокс свистнул и большим пальцем показал на клиента в зоне ожидания. Мужчина поднял своё высокое тело с кресла и неуклюже пошёл вперёд.

— Как идут дела, тётя Наоми? — окликнула Уэйлей позади меня. — Всё ещё выглядишь как мокрая крыса?

Все дети — засранцы.

— Она преображается в этот самый момент, — пообещал Джеремайя, проводя своими длинными пальцами по моим существенно укоротившимся волосам. Я подавила желание заурчать.

— Как твои волосы? — спросила я у своей племянницы.

— Синие. Мне нравится.

Она произнесла это со смесью благоговения и восторга, что заставило меня улыбнуться. Я отбросила тревоги из-за того, не перебарщиваю ли я, не превратится ли Уэйлей в избалованную засранку, и решила просто смириться.

— Насколько синие? Синие как Смурфетта?

— Кто такая Смурфетта? — спросила Уэйлей.

— Кто такая Смурфетта? — Стейша фыркнула. Я услышала, как она шарит по карманам, а затем из телефона послышалась узнаваемая заставка Смурфиков. — Вот это Смурфетта.

— Хотелось бы мне иметь такие же длинные волосы как у неё, — тоскливо сказала Уэйлей.

— Ты подстригла их довольно коротко до прихода сюда. Но отрастут, — уверенно сказала Стейша.

Уэйлей на мгновение притихла, и я выгнула шею, мельком увидев её в зеркале.

— Я их не стригла, — сказала она, встретившись взглядом со мной.

— Что такое, милая? — спросила Стейша.

— Я их не стригла, — повторила Уэйлей. — Это сделала моя мама. В наказание. Посадить меня под домашний арест не получалось, раз её вечно не было дома. Поэтому она обкромсала мои волосы.

— Вот е*аная с... ой!

Я пнула Стефа, затем развернула свое кресло.

Уэйлей пожала плечами, когда взрослые вокруг неё внезапно притихли.

— Да ничего страшного.

Так она твердила себе. Я вспомнила аккуратные корзинки с аксессуарами для волос в её старой спальне. Тина лишила её кое-чего, чем она гордилась.

Стеф и Стейша посмотрели на меня, а я подыскивала правильные слова, чтобы всё исправить.

Но кое-кто меня опередил.

Нокс с лязгом бросил бритву на металлический поднос и подошёл к Уэйлей.

— Ты же понимаешь, что это было мудацким поступком, верно?

— Нокс, следи за языком, — прошипела я.

Он меня проигнорировал.

— То, что сделала твоя мама, исходило из несчастья и злобы внутри неё. Это никак не связано с тобой. Ты это не вызвала и не заслужила. Она просто вела себя как засранка, да?

Уэйлей прищурилась, словно ждала подвоха.

— Да? — робко повторила она.

Он отрывисто кивнул.

— Вот и хорошо. Я не знаю, почему твоя мама совершает такие поступки. Да и не хочу знать. Что-то внутри неё сломалось, и это заставляет её так обращаться с другими людьми. Поняла?

Уэйлей снова кивнула.

— Твоя тётя Наоми не такая. Она не сломанная. Вероятно, она всё равно будет время от времени лажать, но это потому что она человек, а не сломанная. И поэтому когда ты налажаешь (а ты налажаешь, потому что ты тоже человек), у этого должны быть последствия. Но это не обрезание волос или лишение тебя ужина. Это будет скучное дерьмо типа дел по дому, домашнего ареста и лишения телика. Поняла?

— Поняла, — тихо ответила она.

— Отныне, если кто-то скажет, будто имеет право решать, что делать с твоим телом, пни этого кого-то по заднице, а потом найди меня, — сказал ей Нокс.

Ну чёрт возьми. Привлекательность этого мужчины только что возросла до уровня «здесь плавятся трусики».

— И меня, — согласился Стеф.

Джеремайя бросил на неё бесстрастный взгляд.

— И меня тоже.

Губы Уэйлей изогнулись, и ей сложно было скрыть улыбку. Я же, напротив, внезапно ощутила влагу в глазах и в трусиках.

— А потом, когда они закончат надирать задницы, приходи ко мне, — сказала Стейша.

— И ко мне. Но желательно сначала ко мне, чтобы никто не сел в тюрьму, — добавила я.