Чтение онлайн

– С такими парнями, как наши, бояться нечего. Тот, кто решил победить, победы всегда добьется.

– А вот мне не раз доводилось слышать другое: тот, кто презирает противника, будет разбит им, - возразил капитан Перси.

– Так, верно, принято говорить в Старом Свете. У нас же есть поговорка получше: Коли ты уважаешь себя, то тебя будет уважать и противник. Впрочем, капитан, мы живем в свободной стране, а посему можете злословить, сколько вам вздумается. Но мой вам совет: если хотите ладить с нашими людьми, не ставьте себя выше других.

– Может, мне пойти в ученье к сквайру Коупленду?
– усмехнулся капитан.

– А почему бы и нет? Вы славный малый, и господь простит тех, кто, вместо того, чтобы воспитать вас настоящим гражданином, которым все мы могли бы гордиться, отослал вас в Англию, где вы нахватались заморских манер. Впрочем, вы прекрасно зарекомендовали себя в сражениях на озерах, и лишь поэтому я решил вступиться за вас...

– Капитан Перси не нуждается в вашем заступничестве!

– Капитан, не забывайтесь, когда говорите со старшим по званию, сказал майор.
– Завтра мы выступаем. Двести человек пока останутся в лагере, и вы сможете на деле доказать, что вам дороже - благо отечества или ваше английское чванство. И могу вас заверить, что, если вы выпьете стаканчик виски за одним столом с рядовыми, это ничуть не унизит вашего достоинства, ибо всем этим людям не раз доводилось иметь дело и с куда более важными персонами.

Майор вышел из гостиной. Молодой человек, побледнев, хотел было кинуться следом, но его удержал полковник Паркер.

– Что вы намерены предпринять, капитан?

– Потребовать объяснений у этого грубияна.

– Успокойтесь! Я дам вам все необходимые объяснения. Известно ли вам о том, что наши ополченцы, глубоко возмущенные вашим поведением на собрании, а также вашими оскорбительными высказываниями, избрали офицерский комитет, который вынес решение доложить обо всем главнокомандующему, а пока отстранить вас от командования лагерем?

Капитан Перси обескураженно поглядел на полковника.

– Но тут поднялся с места майор Коупленд и наполнил всем о ваших заслугах перед страной, о храбрости, проявленной вами под Питтсбургом. Майор говорил так убедительно, что в конце концов, несколько охладил гнев наших офицеров. Решение комитета было временно приостановлено. Понимаете, капитан? Временно!

– Но я действовал согласно приказу главнокомандующего, и если порой у меня вырывались слова...

– Подобные слова никогда не должны срываться с уст человека, на которого возложена высокая миссия командовать другими людьми. Вы, верно, полагали, что если главнокомандующий ни во что не ставит мнение креолов, то сними можно и вовсе не считаться. Но главнокомандующий куда лучше вас разбирается в людях. Направив вас сюда метать громы и молнии, он тем временем прислал весьма любезное послание майору Коупленду, прося его поскорее прибыть с батальоном на юг, где он самолично подыскал для майора квартиру.

Капитан взволнованно вышагивал туда и сюда по гостиной.

– Генерал догадывался о ваших замыслах и поручил мне сделать все возможное, чтобы помешать вам.

– И вы решили, что сумеете запугать нас? Поверьте мне, капитан Перси, в отличие от вас, главнокомандующий преспокойно проглотит вашу горькую пилюлю и постарается с самой любезной улыбкой выслушать предъявленные ему обвинения. Итак, утром мы выступаем, а вы останетесь в лагере, чтобы обучать прибывающих ополченцев.

Ранним утром, когда над рекой еще висел густой туман, грохот пушек возвестил о прибытии пароходов. На берегу собрались ополченцы, которых пришли проводить женщины и дети. Слышался приглушенный гул голосов, лица людей были серьезны и спокойны. Полковник Паркер в последний раз поцеловал жену и дочерей и отдал приказ к построению.

Послышалась барабанная дробь, зазвучали трубы, на пароходах вновь прогрохотали пушки. Один батальон следовал за другим. Раздались поначалу тихие, а потом уже громкие рыдания женщин.

– Храни вас господь!
– кричали провожающие.

– Матушка, спаси меня!
– вдруг вскрикнула стоявшая подле миссис Паркер Роза.
– Ради бога, спаси меня!

– Что случилось, дитя мое?

Но Роза, помертвев от ужаса, не в силах была вымолвить ни слова. И тут к девушке подбежал высокий старик-индеец и оттащил ее в сторону.

– Что тут происходит?
– воскликнул капитан Перси, выхватив из ножен шпагу.

Но индеец лишь молча глядел на него безумным взором, судорожно прижимая к себе Розу.

Наконец девушка подняла голову и посмотрела по сторонам.

– Мико, - сказала она индейцу, - вождь Соленого моря ушел. Убийцы Канонды тут уже нет.

Глаза индейца потухли, он отпустил девушку и, пошатываясь, побрел прочь.

– Дитя мое, в чем дело?
– испуганно спросила Розу Миссис Паркер.

– Пират, - все еще дрожа от страха, прошептала девушка.

– Ты, верно, обозналась. Как здесь мог очутиться пират?

– Нет, я не обозналась. Токеа тоже видел его.

Из труб пароходов повалили клубы дыма, они отчалили и вскоре исчезли в туманной дали. "Храни вас господь!" - неслось им вслед.

31

Пока провожающие молча прислушивались к шуму удаляющихся судов, к берегу пристала лодка с пятью мужчинами. Двое из них были местными жителями, в третьем все признали беглого негра, на четвертого поглядели без особого интереса, зато пятый привлек всеобщее внимание.

– Шпион!
– послышались крики из толпы.

– Господи Иисусе! Ну и дела, мистер Джеймс! Стоило нам выйти на берег, и сразу поднялся переполох, - воскликнул четвертый из прибывших мужчин, судя по говору, ирландец.

Джеймс Ходж ничего ему не ответил.

– Шпион!
– еще громче прокричал кто-то.

– Шпион?
– оглядев себя и обоих спутников с головы до ног, весело спросил ирландец.
– Кто тут, по-вашему, шпион? Сын моего отца? Или мистер Джеймс? Или вот этот черномазый господин? Да вы не в своем уме! В семействе Мэрфи висельников никогда не водилось!
– И он оглушительно расхохотался.

– А твой братец из Дублина? Разве он не повенчался с конопляной невестой?
– спросил весельчака ополченец.

– Нечего молоть всякий вздор! То был мой сводный брат.

– А твой почтенный папаша, Дейви Мэрфи?
– спросил другой ополченец.

– Да его пристрелил констебль за бочонок виски. Ты и мечтать не можешь о столь славной гибели.

– А разве твою сестрицу не упекли в тюрьму в Корке за кражу овец? подхватил шутку третий.

– За кражу овец? Да во всем Корке вы не сыщите ни единой овцы!

Эту веселую перепалку прервали два ополченца, приказавшие всем троим следовать за ними. Ирландец удивленно поглядел на ополченцев, а потом снова расхохотался.

– Эй, мистер Джеймс! Кто бы мог подумать, что нас будут встречать с почетным караулом!

– Экий наглец, - заметил кто-то из толпы.

– Да он просто веселый малый, - сказали другие.

– Где ты повстречался с англичанином?
– спросил ирландца офицер.

– Ума не приложу, как вам ответить! Язык у меня совсем пересох от жажды и едва ворочается!