Чтение онлайн

– Слова мико могут омрачить лик Великого Духа, - сказал Эль Золь.

– Тогда пусть Великий Дух покарает мико. Токеа лишь возрадуется, если Великий Дух испепелит его молнией.

Эль Золь в ужасе отпрянул от старика.

– Великий Дух похож на красивую скво, - продолжал мико, - ему нравится гладкая кожа бледнолицых. А краснокожих он прогоняет прочь. Его ветры сдувают их с лица земли.

– Токеа, не хули Великого Духа!
– вскричал Эль Золь.

– Но разве Великий Дух не преследует Токеа с самого его рождения? За что он наказывает мико? За что карает его детей? Почему он наделил бледнолицых хитростью лисы, а краснокожих слепотой совы, которая ничего не видит при свете дня?

– Краснокожие воины прозревают, когда окажутся на просторах Мексики.

Лицо старика озарил луч надежды.

– Сын мой говорит мудрые слова, - сказал он.

Когда маневры были закончены, офицеры во главе с генералом Биллоу направились к гостинице. Они вошли, и старик поглядел на них с такой тоской, что все невольно прониклись к нему сочувствием. Офицеры сели в кресла, а индейцы на свой манер устроились на устланном коврами полу.

– Желают ли краснокожие братья говорить на своем языке или предпочтут язык бледнолицых?
– спросил Коупленд.

– Токеа находится в вигваме бледнолицых и будет говорить на их языке, - помолчав, ответил мико.

– Мы пригласили наших краснокожих братьев, чтобы спросить, нет ли у них в чем нужды и зачем они пришли в эти края, - приветливо заговорил генерал Биллоу.

Губы старика скривились в едва заметной усмешке.

– Разве Токеа не может пойти туда, куда захочет? Неужто бледнолицые стали так боязливы, что пугаются при виде шести краснокожих воинов?

– Бледнолицые не боятся краснокожих воинов, - возразил генерал.
– Но Токеа - мудрый вождь, и он знает, что когда подняты томагавки, нужно держать глаза открытыми, чтобы вовремя заметить врага.

– Бледнолицый вождь поднял томагавк против краснокожих?

– Нет, он поднял его против сыновей Великого отца Канады.

Индеец долго молчал.

– Краснокожие не берут с собой скво, когда собираются издать боевой клич, - наконец сказал он.
– Токеа с миром пришел к бледнолицым братьям.

– Тогда и бледнолицые с радостью протянут ему свои открытые ладони, заверил его генерал Биллоу.
– Бледнолицым известно, что краснокожие воины любят свои вигвамы и охотничьи угодья. Так для чего же они отправились в столь долгий путь? Быть может, Великий отец Канады что-то нашептал Токеа устами своего молодого сына?

– Разве сын Великого отца Канады известен моим братьям?
– удивленно спросил мико.

– Да, наши люди изловили его.

– И что бледнолицые братья сделали с ним?

– А как обходятся со шпионом краснокожие?

– Разве юный сын Великого отца Канады шпион?

– Но ведь он пришел к нам от Токеа?
– сурово сказал генерал Биллоу.

– Юный сын Великого отца Канады сказал, что пришел от Токеа? равнодушно спросил мико.

– Неужели Токеа считает нас глупцами, неспособными отличить врага от друга?

– Пусть бледнолицые спросят Розу. Белая Роза и та, кого уже нет в живых, привели сына Великого отца Канады в Вигвам мико. Токеа был на охоте, лишь потом он настиг его в лесу.

– Но почему дочь мико наложила печать на уста англичанина?

– Токеа тоже запечатал его уста, - сказал старик.
– Краснокожие воины окони стерегут свои вигвамы от воров, которые могут прийти за их скотом. Окони желают жить в мире и покое.

Похоже, слова старика убедили офицеров. Немного посовещавшись с ними, генерал Биллоу сказал:

– Краснокожие братья - желанные гости в вигваме бледнолицых. Мы позаботимся о том, чтобы у краснокожих братьев было вдоволь дичи и огненной воды. Но пока наши братья должны оставаться тут. Мико знает, что ему нечего страшиться, если он пришел к нам с миром.

– Да будет так, - помолчав, ответил Токеа.

30

– Присаживайтесь, капитан, - сказала миссис Паркер.
– Дочери наверху с Розой. Я очень признательна вам за то, что вы привели ее к нам. Мне порой чудится, будто эта девушка ниспослана всем нам небесами, чтобы принести мир и покой. А как трогательно она рассказывала про свою жизнь среди индейцев и про гибель дочери Токеа! Капитан Перси, вы был на совещании?

Молодой офицер сел на диван и раздраженно пригладил волнистые темные волосы.

– Как мне ненавистны их тупые, самодовольные физиономии!
– воскликнул он.
– Все они - грубые, чванливые провинциалы!

– Капитан, вы глядите на все предвзято, покачав головой, сказала миссис Паркер.

– Предвзято?! Когда я сегодня вошел к майору, он беседовал с офицерами. Заметив меня, все они отвернулись.

Капитан вскочил и зашагал взад и вперед.

– И как поступили вы?
– спросила миссис Паркер.

– А как бы поступили вы после подобного оскорбления?

– Я спокойно спросила бы их, что все это означает.

– Ну, а я повернулся и вышел.

– Капитан, все весьма недовольны тем, что вчера вы осмелились прервать собрание.

– Осмелился прервать собрание?
– побагровел от ярости молодой человек.
– Да они все заслуживают того, чтобы предстать перед трибуналом! Сбежал шпион. С момента побега не прошло и часа. Я спешу к генералу, прошу, даже умоляю его дать мне хотя бы человек двенадцать, а они стоят и, разинув рты, слушают дурацкую болтовню.

– Вы считаете себя вправе осуждать наших граждан и идти против воли народа?

– Я не ополченец, а капитан линейных войск.

– А кому служат линейные войска?
– спросила миссис Паркер.
– Вы слишком долго жили вдали от родины. Вы не знаете нашего народа и не понимаете его величия. Та власть, которой в Англии обладают лишь немногие, здесь принадлежит всему народу.

– О чем я могу только сожалеть, - язвительно парировал капитан Перси.

Тут дверь отворилась, и в гостиную вошли полковник Паркер и майор Коупленд, который весьма сухо кивнул капитану.

– Совещание уже закончилось?
– спросила хозяйка.

– Да, дорогая, - ответил полковник.
– И все благодаря майору. Коупленд великолепный оратор. Решение было принято единогласно. Поначалу кое-кто возражал, но потом они согласились с нами.

– Просто эти ребята из Теннеси еще не привыкли к нашим порядкам, сказал майор.
– Впрочем, в бою они будут держаться молодцами.

– Похоже, майор несколько недооценивает силы противника, - насмешливо заметил капитан Перси.
– Подобная самоуверенность до добра не доведет.