Чтение онлайн

Кроме того, относительно жертвы всесожжения мы читаем: "Сожжёт священник всели жертвеннике"; в мирной же жертве сжигалась только часть приношения, а именно сжигались "тук, почки и сальник, который на печени". Это понятно. На жертвенник Господень возлагалась лучшая часть жертвы. Все внутреннее существо Иисуса, - сокровенные силы Его души, Его нежная привязанность, все это существовало только для Бога, и Один Бог мог полностью оценить их. Аарону и сынам его отдавались грудь потрясения и плечо возношения. ["Грудь" и "плечо" суть эмблемы любви и могущества, силы и благосклонности.] (Прочтите внимательно Лев. 7,28-36). Все члены священнического рода вместе со своим главою имели каждый свою часть в мирной жертве И теперь все истинно верующие, милостью Божией соделанные священниками Бога, (1 Пётр. 2,5) могут питаться любовью и силою истинной мирной жертвы, могут жить блаженной уверенностью, что любящее сердце Господа Иисуса и крепкие Его рамена будут вечными источниками утешения и поддержки для них. [Силою и красотою дышит стих 31-й: "Грудь принадлежит Аарону и сынам его " Все истинно верующие обладают преимуществом питаться любовью Христа, неизменною любовью сердца, бьющегося для них любовью неиссякаемой, вечной.] "Вот участок Аарону и участок сынам Его из жертв Господних со дня, когда они предстанут пред Господа для священнодействия, который повелел Господь давать им со дня помазания их от сынов Израилевых. Это вечное постановление в роды их" (гл. 7,35-36).

Все эти особенности составляют существенную разницу между жертвою всесожжения и мирной жертвой. Соединённые вместе, они проливают пред нашими духовными очами яркий свет на оба эти жертвоприношения. В мирной жертве существует нечто большее, чем полное подчинение Христа воле Божией. Приступает к ней и человек, и не только в качестве зрителя, но и чтобы питаться от неё. Это служит отличительным признаком этой жертвы. Смотря на Господа Иисуса в жертве всесожжения, я вижу в Нем только Существо, сердце Которого имеет в виду лишь славу Божию и выполнение воли Отца. Но, взирая на Него в мирной жертве, я обретаю в Нем Друга, в любящем сердце и на могучих раменах Которого находит себе место недостойный погибший грешник. В жертве всесожжения грудь и плечо, ноги и внутренности, голова и тук - все сожигалось на жертвеннике, все становилось приятным благоуханием Господу. Но в мирной жертве мне отдаётся наиболее нужная часть жертвы. И мне не приходится в полном одиночестве питаться тем, что полностью соответствует моим личным нуждам. Нет, я вкушаю это в общении с Богом и вместе с другими служителями Божиими. Я питаюсь этой трапезой с полной и блаженной уверенностью, что жертва, насыщающая мою душу, уже обрадовала сердце Божие, что трапеза, насыщающая меня, насыщает и всех остальных служителей Божиих. Здесь изображается общение с Богом и общение с освящёнными Им. При принесении мирной жертвы одиночества не было: Бог имел Свою часть, священнический род - свою.

То же можно сказать и о Господе Иисусе, прообразно изображённом в мирной жертве. Иисус, на Котором покоится все благоволение неба, является в то же время и источником радости, силы и утешения для всякого верующего сердца; и не только для всякого сердца в отдельности, но и для всей Церкви Божией. В великой милости Своей Господь дал Своему народу тот же дар, которым живёт и Его сердце (1 Иоан. 1). Конечно, наши мысли об Иисусе никогда не могут достичь возвышенного уровня мыслей Божиих. Наша оценка сущности Господа Иисуса должна будет всегда быть несравненно ниже Божией оценки; вот почему в прообразе никто из семейства Ааронова не мог есть тука. Но хотя мы и не способны по достоинству оценить Личность и жертву Христа, мы заняты Личностью Святого Божия; и вот почему сыны Аароновы получали "грудь потрясения и плечо возношения". Во всем этом для нашего сердца заключается много утешительного и радостного. Господь Иисус Христос, Тот, "Кто был мёртв, и се, жив во веки веков" (Откр. 1,18), сосредоточивает один теперь на Себе все взоры, все мысли Божий; и по великой благости Своей Бог даровал и нам часть в том же славном Спасителе. Христос есть и наш удел - радость нашего сердца и предмет прославления наших уст. Примирив нас с Отцом кровью Своего креста, Он восшел на небеса и послал Духа Святого, этого "другого Утешителя", чрез посредство Которого мы можем опираться на "грудь и рамена" нашей Божественной "мирной Жертвы". Он действительно есть "мир наш", и мы имеем радостную уверенность, что Бог имеет Свою часть в Том, Кто есть наш мир, что благоухание нашей жертвы всесожжения радует и Его сердце. Это сообщает особенную привлекательность рассматриваемому нами прообразу. Христос в качестве жертвы всесожжения приводит в умиление наши сердца; Христос как мирная жертва умиротворяет совесть и удовлетворяет великие и многочисленные запросы души. Сынам Аароновым дозволялось стоять пред жертвенником всесожжения; они видели, как фимиам жертвы возносился к престолу Бога Израилева; они видели пепел от сожжённой жертвы; при виде всего этого они могли, преклоня голову, поклониться Господу, но для них самих от жертвы не оставалось ничего. Не то случалось при принесении мирной жертвы. В ней они видели не только жертву приятного благоухания Господу; они сами получали от неё существенную часть, питаться которою им было дано всем вместе в духе святости и радости.

Всякий истинный служитель Божий искренне радуется, узнавая (выражаясь прообразным языком), что прежде, чем он получил грудь и плечо, Бог уже получил Свою часть от этой жертвы. Эта мысль придаёт особенную значительность и силу, благоговение и возвышенность как нашему служению, так и нашему общению друг с другом. Она являет нам непостижимую благость Господа, дарующего нам блаженство и радость из того же Источника, из Которого черпает радость Он Сам. Ничто иное, ничто меньшее не могло удовлетворить Его. Отец желает, чтобы блудный сын разделил Его трапезу; Он не жалеет для него откормленного телёнка. Он желает видеть его именно за Своим столом, желает, чтобы он вкушал то, что составляет пищу его Отца. Мирная жертва есть осуществление слов: "Нам надобно радоваться и веселиться". Такова драгоценная милость Божия! Мы не можем, конечно, не радоваться тому, что мы соделались причастниками такой благодати; когда же мы слышим голос Бога, говорящий: "Будем радоваться и веселиться", наши сердца до избытка преисполняются хвалою и славословием Ему. Радость, испытываемая Богом при спасении грешников, и радость, даруемая Им нам в общении друг с другом, достойны вечного проникновенного поклонения Богу людей и ангелов.

Сопоставив теперь мирную жертву с жертвою всесожжения, сравним её также и с хлебным приношением Главная разница между ними заключается в том, что в мирной жертве проливалась кровь, чего не случается при принесении жертвы хлебного приношения. Но тем не менее обе эти жертвы были жертвами приятного благоухания и тесно связаны между собою, как мы это видим из Лев. 7,12. Сходство и разница, существующие между двумя этими жертвами, исполнены для нас глубокого значения.

Только пребывая в общении с Богом, душа может радоваться, созерцая совершенство человеческого естества Господа Иисуса Христа. Дух святой должен сообщить нам, а затем и управлять чрез посредство Слова Божия нашею способностью вглядываться в личность "Человека Христа Иисуса". Он мог явиться "в подобии плоти греховной"; Он мог жить и трудиться на этой земле; мог сиять среди мрака этого мира всем небесным блеском, присущим Ему; мог, подобно блестящему метеору, быстро пронестись чрез горизонт этого мира и при всем этом остаться, однако, недоступным человеческому взору.

Человек не мог вкусить глубокую радость общения со Христом по той простой причине, что не существовало основания, на котором общение это могло бы держаться. В мирной жертве устанавливается, очевидно и ясно, необходимое для этого основание. "И возложит руку свою на голову жертвы своей, и заколет её у дверей скинии собрания; сыны же Аароновы, священники, покропят кровью на жертвенник со всех сторон" (гл. 3,2). Здесь мы находим то, чего не было в жертве хлебного приношения, а именно: твёрдое основание для общения приносящего жертву со Христом во всей его полноте, во всем Его могуществе и Его красоте настолько, насколько человек пользуется силою Духа Святого, дающего ему способность входить в это общение. Стоя на высоте, на которую нас возводит "драгоценная кровь Христа", с сердцем, преисполненным миром Божиим, и с благоговением в душе, мы можем углубляться в чудесные события, связанные с земной жизнью Господа Иисуса Христа. Если бы мы могли видеть Христа только таким, каким нам представляет Его хлебное приношение, мы не имели бы ни права, ни основания углубляться в блаженное созерцание Личности Господа Иисуса. Лишь пролитие крови дарует грешнику и право, и основание для этого. В Лев. 7,12 жертва хлебного приношения представляется нам в связи с жертвою мирною, и из этого мы заключаем, что наши души нашли мир, что мы можем наслаждаться общением с Тем, Кто "принёс мир", Кто соделался "нашим миром".

Но необходимо хорошо понять, что хотя в мирной жертве и совершается пролитие крови, кропление кровью, все это не обозначает подъятия Христом греха. Смотря на Христа в мирной жертве, мы не видим Его несущим на Себе бремя наших грехов, как это выражается в жертве за грех и в жертве за преступление; Он является здесь (уже после подъятия греха) основанием нашего блаженного и мирного общения с Богом. Если бы речь шла о самом подъятии греха, не было бы сказано: "Эта жертва, благоухание, приятное Господу" (сравн. 3,5 с 4,10-12). Но хотя здесь и не идёт речи о подъятии греха, эта жертва имеет прямое отношение к тому, кто почитает себя грешником; иначе эта жертва не имела бы для него никакого значения. Чтобы иметь общение с Богом, мы должны "быть во свете"; но как мы можем пребывать во свете? Только в силу драгоценной истины: "Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха" (1 Иоан. 1). Чем более мы пребудем во свете, тем более мы осознаем и почувствуем все, что противоположно этому свету, тем более мы также оценим значение этой крови, вводящей нас в присутствие света. Чем ближе мы будем ходить с Богом, тем более мы познаем "неисследимые богатства Христовы".

Очень важно твёрдо держаться этой истины: мы имеем доступ в присутствие Божие только как участники Божественной жизни и Божественной правды. Отец мог допустить блудного сына к Своей трапезе только в "лучшей одежде" и во всей полноте усыновления, восстановленного Им. Если бы блудный сын оставался одетым в лохмотья и получил бы место наёмника в доме, о нем никогда не пришлось бы нам услыхать трогательные слова: "Станем есть и веселиться, ибо этот сын Мой был мёртв и ожил, пропадал и нашёлся" (Лук. 15,23-24). То же случается и со всеми истинно верующими душами. Существование их ветхого человека больше не признается Богом. Бог почитает его мёртвым; так следует поступать и им самим. Ветхий человек умер для Бога, умер для веры. С ним следует обращаться как с мёртвым, отводя ему место, подобающее ему. Не улучшение нашего ветхого человека приводит нас в присутствие Божие - лишь как обладатели обновлённого человека мы получаем доступ к Богу. Не исправлением своей ветхой одежды получил блудный сын место за трапезой своего отца; нет, он сел за неё в одежде, дотоле им не виданной и о которой он прежде и не мечтал. Он не принёс с собой этой одежды из "дальней стороны"; не приобрёл он её себе также и на пути в отчий дом. Блудный сын не сделал её сам и даже не помог кому-либо приготовить её для себя; отец одел его в эту одежду и радовался, видя его так роскошно одетым. А затем уже они вместе сели за стол, чтобы есть "откормленного телёнка".

Я подхожу теперь к рассмотрению "закона о мирной жертве", в котором мы встречаем нечто новое и исполненное великого значения. Приведу целиком весь этот закон: "Вот закон о жертве мирной, которую приносят Господу. Если кто в благодарность приносит её, то при жертве благодарности он должен принести пресные хлебы, смешанные с елеем, и пресные лепёшки, помазанные елеем, и пшеничную муку, напитанную елеем, хлебы, смешанные с елеем. Кроме лепёшек пусть он приносит в приношение своё квасной хлеб, при мирной жертве благодарной. Одно что-нибудь из всего приношения своего пусть принесёт он в возношение Господу; это принадлежит священнику, кропящему кровью мирной жертвы. Мясо мирной жертвы благодарности должно съесть в день приношения её; не должно оставлять от него до утра. Если же кто приносит жертву по обету, или от усердия, то жертву его должно есть в день приношения, и на другой день оставшееся от неё есть можно. А оставшееся от жертвенного мяса к третьему дню должно сжечь на огне. Если же будут есть мясо мирной жертвы на третий день, то она не будет благоприятна. Кто её принесёт, тому ни во что не вменится; это осквернение, и кто будет есть её, тот понесёт на себе грех. Мяса сего, если оно прикоснётся к чему-либо нечистому, не должно есть, но должно сжечь его на огне, а мясо чистое может есть всякий чистый. Если же какая душа, имея на себе нечистоту, будет есть мясо мирной жертвы Господней, то истребится душа та из народа своего. И если какая душа, прикоснувшись к чему-нибудь нечистому, к нечистоте человеческой, или к нечистому скоту, или к какому-нибудь нечистому гаду, будет есть мясо мирной жертвы Господней, то истребится душа та из народа своего" (Лев. 7,11-21).

Очень важно усвоить себе разницу между грехом во плоти, и грехом на совести. Смешивая два этих понятия, мы лишаемся душевного мира и силы для служения Богу. Внимательное изучение 1 Иоан. 1,8-10 прольёт много света на этот вопрос, понять который так необходимо для составления себе ясного представления как о всем учении о мирной жертве, так и о её особенностях, рассматриваемых нами. Никто так хорошо не осознает живущего в нем греха, как человек, ходящий во свете. "Если говорим, что не имеем греха, - обманываем самих себя, и истины нет в нас." В предыдущем стихе мы читаем: "Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха" (1 Иоан. 1,7-8). Здесь отмечена и установлена разница между грехом в нас и грехом на нашей совести. Предполагать, что грех ещё лежит на верующем в присутствии Божием - значит сомневаться в силе крови Иисуса и отрицать истину Слова Божия. Если кровь Иисуса Христа может полностью очищать от греха, совесть верующего полностью от него очищена. Так нам представлен этот вопрос в Слове Божием, и мы всегда должны помнить, что от Самого Бога нам надлежит познавать, какими глазами Он смотрит на верующую душу. Мы более расположены исповедовать Богу, что мы из себя представляем сами по себе, чем узнавать от Него, чем Он соделал нас во Христе. Мы, другими словами, более заняты собственными мнениями о себе, чем откровением Бога о Себе Самом. Бог основывает Своё откровение на том, что Он есть Сам по Себе и что Он совершил во Христе. Это откровение воспринимается верою и становится для души источником глубокого мира. Откровение Божие - это одно, чувства же мои относительно меня самого - нечто совсем другое.

Но то же Слово, которое говорит нам, что на нас более не лежит грех, с не меньшей силой и ясностью также говорит нам, что грех, однако, живёт в нас. "Если говорим, что не имеем греха, - обманываем самих себя, и истины нет в нас." Каждый человек, имеющий "истину в себе", познает, что он имеет в себе и "грех"; потому что истина открывает все так, как оно есть на самом деле. К чему же мы призваны? В могуществе обновлённого естества мы получаем преимущество жить таким образом, чтобы грех, живущий в нас, не проявлялся в виде грехов. Положение верующего - положение победы и свободы. Он не только избавлен от вины греха, но и освобождён от преобладания греха в его жизни. "Зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху. Ибо умерший освободился от греха. Итак да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его... Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью" (Рим. 6,6-14). Грех со всем присущим ему безобразием кроется во плоти, но верующий "умер для греха". Каким образом? Он умер во Христе. По своему природному естеству он был мёртв во грехе. Благодатью он умер для греха. Какое право можно иметь на умершего? Никакого. Христос "умер однажды для греха", и верующий умер в Нем. "Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним, зная, что Христос, воскресши из мёртвых, уже не умирает; смерть уже не имеет над Ним власти. Ибо если Он умер, то умер однажды для греха; а что живёт, то живёт для Бога" (Рим. 6^9-10). К чему же это приводит верующих? "Так и вы почитайте себя мёртвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем." Таково неизменное положение верующего в очах Божиих. Он получает, таким образом, святое преимущество господствовать над грехом и освобождаться от него, хотя грех ещё и живёт в нем.