Толкуя слово: Опыт герменевтики по-русски
Шрифт:
Иное является в знамениях, об ином гадают по приметам, его знаки толкуют. Детское чувство иного и стремление к нему в главе Особенное воспоминаний Флоренского Детям моим (5):
Всё особенное, всё необыкновенное мне казалось вестником иногомира и приковывало мою мысль, — вернее, мое воображение.
Необычное, невиданное, странное по формам, цветам, запахам или звукам, всё очень большое или очень малое, всё далекое, всё разрушающее замкнутые границы привычного, всё вторгающееся в предвиденное было магнитом моего — не скажу ума, ибо дело гораздо глубже. — моего всего существа. Ибо всё существо мое, как только я почувствую это особенное, бывало, ринется навстречу ему, и тут уж ни уговоры, ни трудности, ни страх не способны были удержать меняЙЙЙ Услышишь, бывало, о чем-нибудь, в чем почуется отверстой тайна бытия, или увидишь изображение — и сердце забьется так сильно, что, кажется, вот сейчас выскочит из груди, — забьется мучительно сильно: и тогда весь обращаешься в мучительно властное желание увидеть или услышать до конца, приникнуть к тайне и остаться так в сладостном, самозабвенном слиянии. Повторяю, это было не возгоревшееся любопытство, которое всё же поверхностно, а стремление гораздо более глубокое и сильное, потрясение всего существа, плен и порыв в неведомое. И страшно, и сладко, и истомно — хочется.
И я с жадностью спрашивал об исключениях. Исключения из законов, разрывы закономерности были моим умственным стимулом. Если наука борется с явлениями, покоряя их закону, то я втайне боролся с законами, бунтуя против них действительные явления.
Дальше (6): «На самом же деле меня волновали отнюдь не законы природы, а исключения из них. Законы были только фоном, выгодно оттенявшим исключения.» (V1: Верностъ Флоренского своему имени. — 2: Розанов об ином.)
Как хорошо иногда «не понимать»…. заметка Розанова ( Среди художников ), написавшего книгу О понимании . Петрушке из Мертвых душ (1.2) «нравилось не то, о чем читал он, но больше самое чтение, или, лучше сказать, процесс самого чтения, что вот-де из букв вечно выходит какое-нибудь слово, которое иной раз черт знает что и значит.» Мельников-Печерский: «Городские и деревенские грамотеи читали те книги» — мистические — «с большой охотой, нравилось им ломать голову над „неудобь понимаемыми речами“, судить и рядить об них в дружеских беседах, толковать вкривь и вкось.» ( На Горах , 2.18), сюда же разговор о «мудреных словах» в пьесе Островского с упоминанием ставших крылатыми металлаи жупела( Тяжелые дни , 2.2). В чеховских Мужиках (3) при чтении Евангелия одна слушательница «не удержалась и заплакала» на темном слове дондеже.Наконец, у Гончарова замечательный разговор о понимании со слугой Валентином ( Слуги старого века , 1) и заключение:
Я тут убедился в том, что наблюдал и прежде: что простой русский человек не всегда любит понимать, чтб читает. Я видел, как простые люди зачитываются до слез священных книг на славянском языке, ничего не понимая или понимая только «иные слова», как мой Валентин. Помню, как матросы на корабле слушали такую книгу, не шевелясь по целым часам, глядя в рот чтецу, лишь бы он читал звонко и с чувством. Простые люди не любят простоты.
(V1: Читать непонятное. — 2: К «Простые люди не любят простоты».)
Ходасевич про самоубийцу — счастлив, кто падает вниз головой:| мир для него хоть на миг— а иной.( Было на улице полутемноЙЙЙ ), ср. перевернутое и непонятное на миг лицо матери в рассказе Набокова Ужас . Сюда же Цветаева ( Стихи сироте , 7): В мыслях об ином, инаком,| и ненайденном, как кладЙЙЙ К ахматовскому Нос любопытством иностранкиЙЙЙ из Серебряного Бора Вяч. Иванова (1):
Край исконный мой и кровный, Серединный, подмосковный, Мне причудливо ты нов. Словно отзвук детских снов Об Индее баснословной.Эту игру Набоков описал в лекции Искусство литературы и здравый смысл . Еще примеры: «ЙЙЙостался только бессмысленный облик. — как получается бессмысленный звук, если долго повторять, вникая в него, одно и то же обыкновеннейшее слово.» — Ужас ; «„Путешествие“. — вполголоса произнес Мартын и долго повторял это слово, пока из него не выжал всякий смысл, и тогда он отложил длинную, пушистую словесную шкурку, и глядь, — через минуту слово было опять живое. „Звезда. Туман. Бархат, бархат“, — отчетливо произносил он и всё удивлялся, как непрочно смысл держится в слове.» — Подвиг (12);
ЙЙЙ не понимаю, отчего это происходит, — пишешь, пишешь адрес, множество раз, машинально и правильно, а потом вдруг спохватишься, посмотришь на него сознательно и видишь, что не уверен в нем, что он незнакомый, — очень странно… Знаешь: потолок, па-та-лок, pas ta loque, патолог. — и так далее. — пока «потолок» не становится совершенно чужим и одичалым, как «локотоп» или «покотол». Я думаю, что когда-нибудьсо всей жизнью так будет.
— Дар (5). Это «Я думаюЙЙЙ» напоминает концовку Ужаса «И я знаю, что обречен, что пережитый однажды ужас, беспомощная боязнь существования когда-нибудь снова охватит меня, и тогда мне спасения не будет.» и «ЙЙЙбеспредельному ужасу, который, говорят, испытывает даже столетний старик перед положительной кончиноЙЙЙ» в том же Даре (1). Ср. О. Ронен. Заумь , с. 52 сл./43. (11: «Слову противопоказана остановка».)
Как в человеке душа не видна, так в слове значение, оно душа слова. Слово имеетзначение: внешняя часть имеет внутреннюю, потом целое имеет (внутреннюю) часть. Целое называют по его внешней части. Сначала говорят, что у слова есть значение или у человека душа, а потом, что у слова есть и звучание, у человека и тело; сначала слово это звук, человек это тело — другойчеловек, чужоеслово. И как душа-огонь появляется только при столкновении человека-кремня с кем-то другим, так «сияние, возникающее» по Вагинову ( Козлиная песнь , 4) «от сопоставления слов», их столкновения,о котором см. В. Топоров в предисловии к Подступам , с. 8—10, это сияние смысла, толка.Если слово подобно человеку, то язык подобен народу — чужой язык чужому народу, отсюда язычник«иноплеменник-иноверец», ср. сложение ино-язычник.А свой, родной язык тот, на котором говоришь со своими и думаешь, говоришь с собою. Значимое слово похоже на другого человека, а мысль, мое слово, на меня самого. О тексте как человеке см. Л. Карасев в ВФ , 2001. № 9. (V1: Целое и часть. — 2: Слово как сам говорящий. — 3: Родной язык.)
Внешне простое слово имеет смысл, внутреннюю часть, и звучание, внешнюю, а внешне сложное, составное слово состоит из внешне простых слов; смысл составного слова не внутринего, а междуего частями. Толкуемое слово внешне просто и внутренне сложно, смысловая сложность проявляется при толковании через род и отличие во внешней сложности значения, чей род внутренне проще слова. Последовательное толкование приводит к простейшим внутренне, не-толкуемым первичным словам, у Анны Вежбицкой это «семантические первоэлементы», составляющие «естественный семантический метаязык», см. теперь в Семантике. О внешней и внутренней простоте и сложности — Я. Линцбах, Принципы филос. яз., с. 44. (V1: Внешняя простота и сложность.)
К сближению то лки толкать/толочь: толкают от себя (к себе тянут), а толкование — от– вет, ср. армянское meknel«отбыть» и «толковать», кривотолкикак кривой путьили читатьпо толкам,т. е. бегло (уже не по складам): толкнутьзначит и «продать», а даваемое толкованием значение похоже на цену; армянское manracnelзначит «размельчить, разменять» и «разъяснить». а при толковании слово разлагается на род и отличие, рас-толковатькак рас-толочь,но еще ср. разменятьили пустить в расходв смысле «расстрелять» (на тему раз- естьстихотворение Игоря Чиннова). Поговорка толк-то есть, да не втолкан весьможет иметь другой смысл — «о хуе» ( Завет ., с. 504), ср. тожач «пест», сюда же Ну что, слазил на жену, узнал глубину?из сказки (с. 300), притом что хорошее толкование/понимание — глубокое,и греческие гермы, каменные столбы-путеуказатели с головой Гермеса и фаллом в качестве стрелки. У Добычина встретилось отрицательное сближение Толчея была и бестолочь.( Город Эн , 8), а антигерменевтический стих Толкуют, толкают, толкут…принадлежит филологу Александру Страхову. Единое праслав. *tъlk-/*tьlk-по своим значениям было бы корнем типа индоевр. *^gеп-(отсюда знатьи значить)или индоиран. *rad-(ср. роди рад),о которых см. О. Трубачев. Слав. терм, родства , с. 148 слл., и Топоров, Случай *^GEN- и Вед. RAD-.Толкатьсогласно В. Иллич-Свитычу в Этим . '65 (1967), с. 369, ностратическое слово.
Толкование не пере-вод чужого слова своим, ис-толкование — из-влечение смысла, вы-вод внутреннего слова наружу. Если брать не отдельные слова, а предложения, таким толкуемым словам будут соответствовать: толкование как вывод «А; значит. Б», правило замены слова значением как modus ponens и герменевтика как теория логического вывода. Толкуя, мы говорим, а говоря, толкуем, ср. толковать очем «рассуждать, переговариваться, беседовать, разбирать дело: советоваться, условливаться» и толковатьчто «объяснять, изъяснять, давать чему-либо толк, смысл, значенье: выводить догадки и заключенья свои: толмить, толмачить» (Даль, СВРЯ ), потому вводное значити стало сорным словечком. Сюда же старослав. съказати «(ис)толковать», съказание «толкование» и этимологизация имени Гермеса как ведающего словом и толкователя, . через «говорить» у Платона ( Кратил , 407е—08b), эллинистический эпитет Гермеса Логийили из Деяний апостолов (14.12): жители Листры называли Павла Гермесом, «потому что он начальствовал в слове», был . Толкование-ответ, правильно воссоздающее смысл, — образцовое слово. В предисловии Топорова к Подступам , с. 26. «сказать» названо главным «герменевтическим» предикатом: герменевтическую «тему о говорящем человеке и его слове» выделил М. Бахтин. Слово в романе , 4 (с. 150— 67).
вII
Вместо сказалсказки мы бы сказали сказал себеили, собственно, подумал.Но не всё то, что хочется и даже можно сказать взамен, есть значение слова. Слово сказал,конечно, не может служить значением самого себя, но не годится и толкование через отличие в сочетании с самим толкуемым словом. Сказалнесводимо к сказал себе.Безадресатное внешне, а внутренне иноадресатное сказалне успело смениться внешне иноадресатным сказал себе,отличие себене опущено. Во фразе из Достоевского такое отличие уже вышло на поверхность: ЙЙЙ целые ночи прохаживал взад и вперед по комнатеи всё что-то думал, а иногда и говорил сам с собою( Записки из Мертвого дома , 1.0. то же самое у Гоголя — Гетьман, 4 [10] ). Именно несводимость сказатьк более позднему сказать себеделает неприятным повтор слова сказки во втором ответе, сам по себе повтор толкуемого слова в толковании еще не есть порочный круг. Толкование производного читательчерез исходное читатьтоже содержит повтор, но сводит производное к исходному; ср. И. Бар-Хиллел, Рекурс, эмпир . А третий ответ хочет свести несобственное, переносное сказатьк собственному, прямому подумать.
10
Приведено в д211.