Чтение онлайн

Губернатор и его заместитель, возглавлявшие Истлендскую компанию, избирались судом помощников, собравшимся в Лондоне и состоявшим из лондонских купцов. Олигархические тенденции, которые были даже сильнее, чем в купцах-авантюристах, привели к тому, что губернатор Истлендской компании избирался 24 помощниками, а не общим судом членов, как в случае с купцами-авантюристами и Левантской компанией. В конце XVI и начале XVII в. Лондонский суд помощников также избрал губернатора, проживающего в штаб-квартире компании в Эльбинге, а также дал согласие на учреждение местных судов в провинциальных городах (Йорк, Халл, Ньюкасл и т. д).

В уставе не были подробно определены сфера полномочий губернатора и его отношения с судом помощников. В документе используется довольно широкое определение «губернатор, помощники и товарищество купцов Истленда», называя помощников советниками и помощниками губернатора и оговаривая, что решения губернатора должны получать одобрение по крайней мере большинства суда. Однако губернатор мог созывать заседания суда помощников по своему усмотрению и исполнял обязанности председателя суда, что указывает на его решающую роль в управлении компанией. Это подтверждается и многими более поздними документами, из которых следует, что он избрался на длительный срок.

Хартия 1579 г. предоставляла лондонскому суду помощников право выбирать губернатора и его заместителя, который обычно был главой основного предприятия компании за рубежом, а также избирать новых помощников из числа всех членов компании. Суд также имел право уволить губернатора и его помощников, если они не оправдали оказанное им доверие. Выборы должны были проводиться один раз в год или чаще, если в этом возникнет необходимость. В случае смерти губернатора или его помощника должны были быть организованы дополнительные выборы. Теоретически губернатор и его заместитель избирались сроком на один год, но на практике уже упомянутые олигархические тенденции привели к тому, что губернатор занимал свой пост год за годом, а в некоторых случаях даже пожизненно. Но помощники избирались «на один год или дольше, до тех пор, пока они будут хорошо выполнять свои обязанности и пользоваться доверием губернатора или его заместителя и большинства помощников», что опять же свидетельствует о доминирующем положении губернатора в компании.

Губернатор вместе с судом помощников имел право «время от времени» созывать общие собрания всех членов компании в Лондоне или в каком-либо другом месте, в Англии или в Истленде, по своему усмотрению. В уставе не уточнялось, какие вопросы должны были рассматриваться этим общим собранием, а также в какой степени принятые им решения были обязательными для губернатора. Там сказано лишь, что для того, чтобы решение было действительным, должны присутствовать не менее 20 членов компании, из них не менее 13 помощников.

Хартия также не урегулировала более точно вопрос взаимоотношений между лондонским центральным органом и местными филиалами компании, созданными в некоторых городах на севере и востоке Англии, которые уже давно имели активные торговые отношения со странами Балтии, таких как Йорк, Халл, Ньюкасл и Ипсвич. Когда была учреждена Истлендская компания, эти города независимо вели балтийскую торговлю, во многих случаях равную Лондону. Учреждение Истлендской компании предполагало доминирование в администрации лондонских оптовиков, а купцы провинциальных городов были исключены из влияния в ней. Йорк, в частности, возглавил оппозицию северных городов Лондону, он по-прежнему сохранял значительную долю в балтийской торговле, хотя в Елизаветинскую эпоху утратил свое былое значение. В 1579 г. через Зунд прошло, по крайней мере, 66 йоркских купцов, йоркские торговцы сыграли важную роль в усилиях по созданию Истлендской компании и сразу же после ее основания стали решительно протестовать против пренебрежения правления компании северо-восточными городами. Купцы Йорка, Халла и Ньюкасла не были готовы согласиться с тем, что лондонские оптовые торговцы одни должны решать все вопросы, и они часто обращались с жалобами в Тайный совет, заявляя, что их торговля пришла в упадок в результате эгоистической монополистической политики лондонских купцов. Мнимая уступка была сделана северо-восточным портам, когда им было предоставлено разрешение иметь свои собственные местные суды. Но они не оказывали серьезного влияния и не имели значения внутри компании хотя бы потому, что у них не было местных помощников, без участия которых не могло быть принято ни одно важное решение.

Устав 1579 г. в самых общих чертах рассматривает вопрос организации основной деятельности компании. Как уже говорилось, суду помощников под председательством губернатора было предоставлено право избирать заместителя губернатора «в заморских краях», то есть в городе, где создано главное предприятие, на неопределенный срок. Этот главный директор, имевший титул заместителя губернатора, или заморского губернатора, должен был сам по своему усмотрению выбрать суд, состоящий из 12 помощников из членов Истлендской компании, проживающих в городе, где был основан главный местный филиал компании. В принципе ему не были предоставлены законодательные полномочия, тем не менее центральное лондонское правление могло наделить его обширными полномочиями. Во всяком случае, очевидно, что директор Балтийского предприятия и местный суд помощников пользовались значительным авторитетом и имели гораздо более широкие привилегии, чем, например, провинциальные филиалы компании в северо-восточных портах Англии. Устав 1579 г. предоставил заморскому губернатору компании полную юрисдикцию не только над членами компании, но и над всеми английскими купцами в районе восточных заморских стран. Значительный авторитет и независимость губернатора Эльбинга объяснялись прежде всего его большой удаленностью от Лондона и частой необходимостью принимать быстрые решения. Это было особенно актуально в то время, когда компания предпринимала длительные попытки получить при польском дворе утверждение своей резиденции в Эльбинге, как мы уже обсуждали. О том, что Эльбингский суд помощников действовал очень активно, свидетельствует количество проведенных им заседаний – в 1600–1601 гг. он собирался 30 раз, более двух раз в месяц.

Первым директором английского филиала в Эльбинге был Томас Рассел. За ним последовал Уильям Салкинс, который фигурирует в актах Тайного совета как «заместитель компании восточных коммерсантов в Эльбинге». Салкинс ранее ничего не знал о Польше, никогда не был в Пруссии и, по мнению доктора Джона Роджерса, английского посла, который вел переговоры при дворе короля Стефана Батория, чтобы получить подтверждение наличия эльбингского главного филиала для Истлендской компании, обнаружил полное непонимание обсуждаемых вопросов. Из всех английских купцов в Данциге Роджерс наиболее уважал Джона Лэнгтона, который, как мы уже заметили, прожил в Речи Посполитой 34 года и совершенно спокойно относился к местным проблемам. Из актов и постановлений Истлендской компании в начале XVII в. можно сделать вывод, что она осуществляла весьма эффективную юрисдикцию над своими членами, проживающими в Эльбинге, и наделяла местного губернатора полномочиями немедленно отправлять обратно в Англию любых купеческих сыновей, а также учеников и слуг, которые проявили непокорность и нарушили правила. Это особенно относилось к сыновьям английских купцов, время от времени посылаемых в Истлендскую компанию для изучения иностранных языков, которые им понадобятся позже, и для практического ознакомления, часто в качестве агентов, с организацией торговли на Балтике. Другие вопросы, связанные с функционированием Эльбингского филиала, уже обсуждались в главе 3, когда мы рассматривали ход англо-эльбингских переговоров в 1581–1585 гг. Фактически эти переговоры не привели к тому, что Эльбинг принял все английские предложения, однако английским купцам были обеспечены весьма выгодные условия для проживания и торговли в этом порту.

Юрисдикция лондонского губернатора и суда помощников компании, которая лишь в общих чертах указана в уставе 1579 г., была широкой и разнообразной. Прежде всего, королева предоставила компании право издавать «хартии, законы, уставы и постановления», а также прибегать к подзаконным актам для расширения и развития структуры компании, которая была лишь в общих чертах определена в уставе. Единственным ограничением этих полномочий было условие 1579 г., согласно которому они должны были не противоречить парламентскому законодательству и не нарушать договоры Англии с зарубежными странами или ее международные обязательства.

В соответствии с уставом юрисдикция компании над ее членами не подлежала обжалованию, что было дополнительно подтверждено Тайным советом в сентябре 1580 г. Однако из-за противодействия северо-восточных городов, которые нападали на эти первоначально широкие полномочия губернатора и лондонского суда помощников, в начале XVII в. они были значительно ограничены. Самые старые из сохранившихся актов компании указывают на то, что с 1616 г. не только губернатор с судом помощников, но и ежегодное общее собрание членов вместе с представителями провинциальных отделений должны были принимать решения об уставах и постановлениях компании, и, кроме того, они отныне подлежали утверждению Тайным советом. Акты Тайного совета также показывают, что в 1616 г. Совет постановил, что заседания общего суда членов должны проводиться один раз в год с участием северо-восточных городов, каждый из которых должен был присылать по крайней мере одного делегата.

Среди других полномочий, предоставленных центральным органам компании, в уставе 1579 г. указано право взимать финансовые сборы и платежи с ведущих торговлю со странами Балтии английских купцов на их товары и на суда, их перевозящие. Полученные таким образом деньги должны были быть использованы на нужды всей компании. Компании также было предоставлено право лишать членства купцов, нарушающих устав, право налагать различные наказания, вплоть до тюремного заключения за особо тяжкие правонарушения. Юрисдикция и дисциплинарные полномочия компании были фактически распространены на всех английских купцов, занимавшихся балтийской торговлей. В связи с этим устав гарантировал компании помощь английских чиновников и таможенников различных рангов, длинный список которых приводился в начале текста. Здесь, возможно, стоит отметить, что для обеспечения напоминания всем членам компании об их обязательствах устав, а также последующие акты и постановления зачитывались на общем собрании участников в Лондоне два раза в год, а также на главных 4-дневных собраниях раз в год.

Как уже было сказано, хартия 1579 г. уполномочила Истлендскую компанию принимать меры против любых английских купцов, которые, хотя и не были ее членами, пытались вести нелегальную торговлю на территории, зарезервированной исключительно для компании. Это разрешение возникло из-за проблемы так называемых «нарушителей», которая была острой в тогдашней торговле.

Быстрое развитие английской торговли в Елизаветинскую эпоху привело к образованию ряда торговых компаний, члены которых пользовались в Англии монополией торговли, при этом территории были закреплены за различными компаниями. К концу XVI в. неорганизованные английские купцы могли вести торговлю только с Францией и Италией из наиболее важных экономических областей Европы, не охваченных монополией той или иной компании. В этих условиях во 2-й половине столетия английские купцы, не организованные в компании, – нарушители, – развернули крупномасштабную нелегальную торговлю. Различные компании издали против них строгие предписания (например, Московская компания – в 1555 г., купцы-авантюристы – в 1564 г., Испанская компания – в 1577 г. и Истлендская компания – в 1579 г.), которые предусматривали штрафы, конфискацию товаров и судов и даже арест правонарушителей. Значительный свет на проблему нарушителей и трудности, с которыми столкнулась Истлендская компания в попытке сохранить контроль над английскими купцами, торгующими с Балтией, проливает петиция, представленная ею Уолсингему, вероятно, в 1580 г. Из нее мы узнаем, что открытие филиала в Эльбинге поначалу не принесло таких хороших результатов, как ожидалось, в частности, потому, что многие английские купцы отправляли свои товары не в Эльбинг, а в другие балтийские порты (как мы уже говорили, английская основная продукция была полностью перенесена из Данцига в Эльбинг только в 1583 г.). Поэтому Истлендская компания потребовала издать специальные предписания, требующие, чтобы английские товары, экспортируемые в Польшу, Пруссию и Кашуб, доставлялись только в Эльбинг, и экспорт из Польши в Англию также проходил только через Эльбинг. В 1580 г. Тайный совет заверил Истлендскую компанию в помощи в борьбе с нарушителями и дал английским чиновникам соответствующие указания. Привилегия фактически предоставила компании довольно широкие полномочия для решения этой проблемы, поскольку ее право на задержание, арест и наложение штрафа не могло быть оспорено в суде.