Чтение онлайн

Таблица 8.17

Соответствующие доли различных английских портов в импорте вара и дегтя из Эльбинга, 1594 и 1599 гг.

Взяв за основу английские портовые книги и сравнив соответствующие доли лондонских и ньюкаслских купцов в импорте вара и дегтя из Балтики, мы видим, что в Лондоне торговля сосредоточилась в руках сравнительно небольшого числа купцов, которые, имея в своем распоряжении крупный капитал, ввозили большие объемы.

В случае с Ньюкаслом ситуация была обратной: большое количество торговцев импортировали небольшие объемы. В 1568 г. среднее количество вара на одного лондонского импортера составляло 24,3 ласта, а дегтя – 13,5 ласта. Но в 1594 г. в среднем на одного купца из Ньюкасла приходилось 4,6 ласта вара и дегтя, вместе взятых.

В лондонской портовой книге 1568 г. указано, что в тот год город получил 401,7 ласта смолы, из которых английские купцы привезли 78,9 %, а иностранные купцы, главным образом данцигские, – 21,1 %.

Большая часть этих грузов перевозилась на иностранных судах, и поэтому в регистрах за 1568 г. указано, что общий объем импорта балтийского вара в Англию составляет всего 95 ластов. Тот же лондонский портовый справочник показывает, что в том же году иностранные суда доставили из Данцига и Кёнигсберга 93,1 % от общего объема импорта балтийского вара в Лондон. Суда Данцига перевозят 42,7 % вара, суда Кёнигсберга – 21,5 %, голландские суда – 17 %. 75,9 % вара, отправленного из Данцига и Кёнигсберга в 1568 г., было отправлено иностранными купцами, и только 24,1 % – английскими купцами. На долю иностранных судов приходилось 100 % этого импорта. Данные за 1588 г. также свидетельствуют о преобладании в импорте вара иностранного транспорта, на долю которого приходилось 90 %.

Таблица 8.18

Лондонские импортеры вара и дегтя из Прибалтики, 1565 г.

Столь большая роль иностранных купцов и иностранных судов в импорте в Англию балтийского вара и дегтя не позволяет сделать какие-либо выводы из анализа регистров таможенных пошлин в Зунде. Как и древесина, смола была товаром, для перевозки которого требовались достаточно большие корабли. Если мы рассмотрим импорт английского вара на английских кораблях, то можем указать на его увеличение с 1578 по 1585 г., то есть в первые годы существования Истлендской компании. Опять же к концу века в транспортировке вара английские корабли участвовали в большей степени.

A. Зерно. Детальные исследования Ноде и Граса убедительно продемонстрировали, что в Средние века и в эпоху Тюдоров Англия была в основном самодостаточной в поставках зерна, которое доставлялось в ее города из богатых сельскохозяйственных внутренних районов страны. Отсутствие развитого рынка означало, что правила не позволяли перевозить зерно из одной страны в другую без специального разрешения, будь то по морю или по суше, а несколько лицензий, выданных на такую транспортировку, свидетельствовали о медленно растущей интеграции страны в создание общего рынка зерна.

Лишь в периоды неурожаев и недородов зерно ввозилось из-за границы. В такие времена Англия уже давно импортировала зерно, в основном из Голландии и Германии – например, во время эпидемии 1258 г., – или из Франции, Испании и даже Сицилии, как это произошло в 1315 г. В XV в. в такие периоды Польша также поставляла довольно большие количества зерна через рыцарей Креста и Ганзу. Во время Столетней войны Англия держала свои гарнизоны во Франции, снабжая их в значительной степени зерном из Прибалтики.

Следует решительно подчеркнуть, что Англия импортировала рожь и пшеницу в больших количествах только тогда, когда наблюдался спад ее собственного производства, в годы неурожаев, войн и т. д. Влиял на вопрос и рост населения. И Данциг играл важную роль в поставках зерна в Англию даже в XV в. Некоторую интересную информацию по этому вопросу можно найти в трудах историка XVII в. Томаса Фуллера. Он отмечал, что «одним из первых торговцев, которые, испытывая недостаток зерна, указали лондонцам путь к двери амбара – я имею в виду в Еловую страну», был Стивен Браун, лорд-мэр Лондона. Посредством импорта из Данцига он способствовал падению цен на пшеницу во время голода 1439 г. Другим крупным импортером балтийской пшеницы в XV в. был Уильям Канингс, бристольский купец, у которого были свои торговые агенты в Данциге.

Помимо ганзейских портов, особенно Данцига, важную роль в импорте зерна в Англию играла Франция, а также, в возрастающей степени, Голландия. Согласно расчетам Унгера и Постумуса для Амстердама, в XVI в. 80 % импорта зерна в Голландию шло из Данцига. Лишь с 1630-х гг. русское зерно вступило в конкуренцию с прибалтийским зерном в импорте Англии (см. ниже).

Несмотря на увеличение импорта иностранного зерна – особенно в Лондон – в XVI в., Англия была самодостаточной по ржи и пшенице, кроме многих лет неурожаев. В своем описании Англии в 1577 г. Уильям Харрисон писал: «Хлеб на всей нашей земле сделан из такого зерна, какое дает земля, тем не менее дворянство обычно обеспечивает себя достаточным количеством пшеницы для собственного стола, в то время как их дворня и бедные соседи в некоторых графствах вынуждены довольствоваться рожью или ячменем…» Путешественник Файнс Морисон, который во 2-й половине XVI в. посетил большинство стран Европы, включая Польшу, сообщил, что в его время во всех частях Англии выращивались различные виды зерна. «Английские земледельцы едят ячменный и ржаной черный хлеб и предпочитают его белому хлебу, поскольку он дольше сохраняется в желудке и не так быстро переваривается при их труде, но горожане и джентльмены едят самый чистый белый хлеб, поскольку Англия в изобилии дает все виды зерна».

В начале XVII в. Фрэнсис Бэкон заметил, что, хотя раньше при его жизни Англию «кормили другие страны», в конце Елизаветинской и начале эпохи Стюартов «она кормила другие страны». Несомненно, в этом утверждении было некоторое преувеличение, тем не менее можно сказать, что в конце XVI и начале XVII в. Англия еще не имела серьезных продовольственных проблем. Осушение болот, широко распространенное в XVI и XVII вв., а затем обработка пустошей эффективно компенсировали – по крайней мере на тот момент – различные проблемы, которые могли возникнуть в результате огораживания и бурного развития животноводства. Даже Лондон с его значительной концентрацией населения снабжался зерном преимущественно из соседних графств, особенно из Кента, Сассекса, Эссекса и Саффолка. Конечно, около 1564 г. Уильям Сесил был обеспокоен тем, что «в отличие от прежних времен, королевство необходимо снабжать иностранным зерном, особенно город Лондон», но это замечание было сделано во время неурожая. Расследования Фишера показали, что в Елизаветинскую эпоху Лондон был в значительной степени независим от импорта иностранного зерна. Столица получала продовольствие из соседних графств, особенно из Кента, который удовлетворял около 75 % ее потребностей. Если не считать периодов неурожая, Англия еще не импортировала больших объемов зерна. Ее города имели хорошо организованные сельскохозяйственные районы или импортировали продукты питания из графств, специализировавшихся в различных отраслях сельского хозяйства. В годы неурожая с помощью импорта зерна из стран Северного моря и Польши неоднократно удалось избегать высоких цен и трудностей со снабжением продовольствием.

Можно ясно продемонстрировать связь между увеличением импорта польского зерна и годами неурожая в Англии в разное время во 2-й половине XVI в. Еще в 1546 г., когда возникла нехватка продовольствия и не удалось закупить необходимое количество зерна в Нидерландах, Гамбурге и Любеке, Уильяму Уотсону было поручено приобрести большое его количество в Данциге. Письмо Уильяма Дэмселла Тайному совету от 20 марта 1546 г. показывает, что Уотсон заказал около 300 ластов ржи и 50 ластов пшеницы у двух данцигских торговцев, Адриана и Михала Кошлеров. В 1551 г. Тайный совет поручил Уильяму Уотсону, который был агентом короны в Данциге, закупить в Польше 1200 ластов ржи и 333 ластов пшеницы. Показательно письмо Томаса Смита от 8 ноября 1562 г. Елизавете, в котором он выражает опасение, что из-за высоких цен на зерно могут возникнуть волнения со стороны папистов. Чтобы этого избежать, он посоветовал закупить в Данциге большое количество ржи и пшеницы. Фактически, регистры пошлин за 1563 г. сообщают о крупнейших за все 1560-е и 1570-е гг. поставках балтийского зерна на английских судах: 1884 ласта ржи, 94,8 % которой происходили из Данцига. Акты Тайного совета за 1576 г. показывают, что и в это время импорт зерна из Данцига способствовал снижению цен на пшеницу.

В 1586–1587 гг., когда Англия переживала серьезнейший неурожай, имел место крупнейший во 2-й половине XVI в. импорт польского зерна. Акты Тайного совета показывают, что 2-я половина 1586 г. и особенно 1-я половина 1587 г. были временем больших затруднений с продовольствием. В Актах мы читаем, что в Сомерсете и Глостершире подданным ее королевского величества угрожал голод и что в результате в этих графствах даже в 1586 г. происходили беспорядки. Тяжелая ситуация с продовольствием сложилась и в Бристоле. В письмах лорд-мэра Лондона от того же года говорится о «тяжелом положении города из-за нехватки хлеба… а также из-за плохой поставки продовольствия, вызванной задержкой движения транспорта из-за сильных морозов, случившихся в этом году…». В ноябре 1586 г. Джорджу Бонду, лондонскому олдермену и члену Истлендской компании, было поручено изучить возможность снабжения Лондона пшеницей из любой точки страны. В апреле 1587 г. состоялась встреча лондонских олдерменов с несколькими представителями Истлендской компании, чтобы обсудить возможность импорта зерна из Данцига «для нужд города». Было заявлено, что необходимо получить около 2000 ластов ржи и пшеницы из Польши. Следует добавить, что в 1586–1587 гг. от острой нехватки продовольствия также страдал Уэльс. Трудности того времени усугублялись политикой двора, который больше заботился о снабжении хлебом армии. Например, в 1586 г. Англия отправила значительное количество зерна и другого продовольствия в Нидерланды для снабжения расквартированных там войск, а также в Ирландию, где английские гарнизоны страдали от нехватки зерна. Самым верным доказательством трудностей, переживаемых Англией в те годы, является рост цен: в 1586 г. пшеница стоила более чем в 2 раза дороже, чем в 1584 г., а рожь – втрое дороже. В Лондоне рост цен на зерно был еще большим.