Чтение онлайн

Он протянул руку и коснулся моего подбородка, заставляя поднять голову. Его пальцы были холодными и пахли жасмином.

— У тебя красивые глаза, Лин И. Слишком умные для слуги. И руки... — он взял мою ладонь, испачканную лаком. — Тонкие пальцы. Чувствительные. Хань Шуо заставляет тебя таскать бревна и мешать ядовитый лак. Это расточительство, — он обернулся к Мастеру, не выпуская моей руки. — Я хочу выкупить его.

Мир вокруг меня замер.

— Что? — голос Хань Шуо упал на несколько тонов, став похожим на рокот далекого грома.

— Мальчишку, — пояснил Бай небрежно. — Сколько он стоит? Десять лянов золота? Пятьдесят? Я дам сто. Мне нужен такой слуга. Я одену его в шелк, научу разбираться в чае и ядах. Он будет жить в тепле и сытости. Ему не место в твоей грязной мастерской.

Паника захлестнула меня. Если я попаду к Баю, он раскроет меня в первый же день. И тогда — смерть. Я попыталась выдернуть руку, но Бай держал крепко.

— Отпустите его, — сказал Хань Шуо.

— Это предложение, от которого не отказываются, Мастер. Вы получите деньги на строительство, а мальчик — карьеру. Все выигрывают.

Повествование от лица Хань Шуо

Я смотрел на то, как длинные пальцы Советника сжимают запястье Лин И и чувствовал, как внутри меня поднимается волна, не имеющая ничего общего с логикой или расчетом.

Это была не просто злость на наглеца. Это было темное, древнее чувство собственника. Лин И — мой инструмент, мой ученик и моя находка.

Я вспомнил, как мы сидели ночью над ширмой. Как его голова клонилась от усталости, но он продолжал работать, боясь дрогнуть. Как он понимал меня с полуслова. Продать его этой напомаженной гадюке? Чтобы он превратил его в игрушку? В очередного сломанного человека в своей коллекции? Никогда.

Я медленно шагнул вперед, воздух вокруг меня стал плотным, прошли мелкие заряды молний. Чжао отшатнулся, побледнев. Он, как и все трусы, чувствовал ауру опасности кожей.

— Ты не слышишь, Бай, — произнес я тихо. — Я сказал — отпусти.

— Вы угрожаете мне во Дворце? — Бай приподнял бровь, но хватку ослабил. В его глазах мелькнул страх. Он увидел то, что я скрывал за человеческой маской. Тень Звездного Лорда.

— Я не торгую своими руками, — сказал я, глядя ему прямо в зрачки. — Лин И — не вещь и не раб. Он — продолжение моей воли. Без него я не построю Павильон Тысячи Осеней.

— Незаменимых нет, — фыркнул Бай, но руку Лин И выпустил. Мальчишка тут же отскочил ко мне за спину, дрожа как осиновый лист.

— Этот — незаменим, — отчеканил я. — Заберите свое золото, Советник и дайте нам пропуск на склады. Мы закончили здесь.

Бай молчал несколько секунд, обмахиваясь веером. На его лице играла злая улыбка.

— Хорошо. Забирайте своего... драгоценного ученика. Но помните, Хань Шуо — чем выше взлетаешь, тем больнее падать, а вы сейчас взлетели очень высоко. Я буду наблюдать за вами и за ним. Особенно за ним, — он хлопнул в ладоши. — Слуги! Унести ширму! Выдать Мастеру Ханю печать доступа к императорским лесопилкам!

— Идем, — бросил я Лин И и развернулся не прощаясь.

Мы вышли из душного, пахнущего интригами зала на свежий воздух. Солнце казалось слишком ярким после того мрака, что царил внутри. Я шел быстро, широкими шагами. Лин И почти бежал, чтобы не отставать. Шэнь тащился сзади с пустой телегой.

Только когда мы вышли за ворота Дворца и оказались на шумной улице, я позволил себе выдохнуть. Гнев уходил, оставляя после себя холодную пустоту и странное облегчение.

Я посмотрел на Лин И. Он был бледен, губы искусаны в кровь. Он потирал запястье, где остались красные следы от пальцев Бая.

— Больно? — спросил я резко. Он вздрогнул и спрятал руку за спину.

— Нет, Мастер. Пустяки.

— Дай сюда.

Я схватил его за руку грубее, чем хотел и осмотрел запястье. Синяки уже наливались. Кожа у него действительно была слишком нежной для мужчины. Любое касание оставляло след.

— Этот змей имеет сильную хватку, — пробормотал я. — В следующий раз не стой столбом. Если кто-то трогает тебя без спроса — бей, даже если это Советник.

Лин И посмотрел на меня огромными глазами.

— Но тогда меня казнят, Мастер.

— Тогда я защищу тебя, — слова вырвались прежде, чем я успел их обдумать. — Ты — мой ученик. Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне.

Лин И покраснел. Густой румянец залил его щеки и шею. Он быстро опустил глаза.

— Спасибо... Хань Шуо.

Он назвал меня по имени, без титула. Это прозвучало дерзко, но странно приятно.

— В повозку, — скомандовал я, отпуская его руку. — Мы потеряли полдня. У нас впереди много работы.

Повествование от лица Лин И

Обратная дорога казалась мне сном. Колеса стучали по брусчатке, выбивая ритм: «Мой ученик. Мой. Мой». Хань Шуо защитил меня. Он отказался от ста лянов золота ради меня (а ведь это огромное состояние!), ради безродного мальчишки-слуги.

Я сидела в повозке, глядя на его прямую спину, обтянутую черным шелком. Ветер развевал его серебряные волосы. Он казался мне сейчас стеной, а не демоном или богом. Каменной стеной, за которой можно спрятаться от всех бурь мира.

— Мастер, — решилась я подать голос, когда мы выехали за городские ворота и шум толпы стих.

— Что?

— Вы правда считаете, что я... незаменим?

Он долго молчал, я уже пожалела, что спросила. Наверное, он сказал это просто для красного словца, чтобы унизить Бая.

— В механизме часов есть много шестеренок, — произнес он наконец, глядя на дорогу. — Есть большие, латунные, есть маленькие и стальные. Если вынуть большую — часы встанут. Если вынуть самую маленькую, крошечную шпильку — часы рассыплются.

Он повернул голову и посмотрел на меня через плечо. В его взгляде не было привычного холода. Там была усталая, спокойная серьезность.

— Ты — шпилька, Лин И. Ты держишь то, что другие не видят. Без тебя моя работа потеряет... душу. Сегодня ты спас ширму, а значит, спас и меня от позора. Я не забываю долгов.

Мое сердце пропустило удар.

— А насчет Бая... — добавил он, и голос его потемнел. — Держись от него подальше. Он догадался, что ты непрост и будет копать. Если он узнает твой секрет... какой бы он ни был... он уничтожит тебя.