Чтение онлайн

— Отпустите моего сына, Владыка! — прогремел голос герцога.

— Вашего никчёмного мальчишку? — уточнил Эрвинг, внимательно глядя на продолжающего хрипеть Ториона. Он точно специально медлил, продлевая его агонию. — Если вы не научили его уму-разуму, глядишь, Мортана на том свете научит.

— Владыка! — голос его светлости походил на истеричный вопль. — Молю, отпустите его! Прошу вас!

Норвинг молчал. На его лице заходили желваки, словно он сомневался в помиловании этого недоноска. Но в итоге, видимо, решил, что о него не стоит даже марать руки и отступил. Торион рухнул на пол, закашлявшись. А потом начал терять сознание. Эрклэм поморщился и отошёл в сторону, позволяя стражникам подхватить тело и вынести.

Эрклэм с ненавистью взглянул на герцога.

— Отныне он не ваш наследник, — произнёс он тихо, но угрожающе. — Вы обязаны от него отречься. Если не исполните мой приказ — я найду и убью его как мерзавца, что попытался обесчестить мою жену. Я поставлю на нём посмертное клеймо преступника, и Мортана в загробном мире примет его душу для испытаний, чтобы та очистилась. Вы меня услышали, ваша светлость? Я сохранил ему жизнь, вы можете заботиться о нём, но во главе этого герцогства он не встанет. Не желаю страданий бедным людям.

Эрклэм прав. Ведь я — лишь одна из многих девушек, которых мой бывший мог обесчестить. Герцогству не нужен такой наследник. Хотя где гарантия, что новый наследник будет лучше? У герцога единственный сын…

Я прикусила губу. У него были племянники, дети родной сестры, но жили в другой части Эренбела, и я видела их лишь однажды — на свадьбе… Что ж, значит, они сегодня здесь. Новость о наследовании определённо обрадует одного из них уже завтра.

— Владыка, смилуйтесь…

— Я и так проявил милость! — Эрклэм повысил голос, и в этот момент все втянули головы в плечи — и стражники и герцог, и я, настолько властно и угрожающе он звучал. — Неслыханное милосердие к тому, кто его недостоин. Вы сами виноваты в том, что взрастили такого монстра. Теперь расплачивайтесь. И помните, ваша светлость, — Эрклам медленно прошёл вперёд, к моему бывшему свёкру, — я не прощаю обмана. Попробуете обойти мой приказ — и расплата наступит незамедлительно.

Герцог внял. Он кивнул и склонил голову — я помнила, насколько это был жестокий и гордый человек, чего ему стоил этот поклон, я догадывалась. Но сына он любил больше.

— Ещё раз сожалею, Владыка. Мой сын просто потерял голову от любви…

— Любви? — теперь я не смогла сдержаться, позволив себе усмешку и получила грозный и колючий взгляд его светлости. — Ваш сын не способен на это чувство.

Я точно знала. За все три года я ни разу не увидела в нём этого. Он эгоистичный, безжалостный и жалкий.

— Доброй ночи, леди Даяна, — отозвался герцог, не ответив на мои слова, и покинул комнату.

За ним и стражники. Мы с наследником Дархана остались одни. Он медленно подошёл ко мне. Буквально навис. Но меня это больше не пугало. Я теперь поняла, что каким бы жестоким ни выглядел этот человек, он никогда не причинит мне вреда.

Или всё же?..

— О каких варварских традициях Эренбела я ещё должен знать?! — прогремел голос Норвинга.

— Почему вы кричите на меня, будто это я оставила молодую жену в логове врага?

— Врага? — хмыкнул он. — Я не ослышался? Клемент стал мне врагом только после моей женитьбы, до этого я присутствовал на вашей свадьбе, как почётный гость.

— Вы должны понять, к чему привёл бы исход нашей свадьбы, — парировала я и всё-таки прошептала: — Спасибо вам, Владыка. Я не знаю, что делала бы без вашей помощи.

Эрклэм застыл напротив меня. Его грудь тяжело вздымалась. В глазах продолжал полыхать огонь, но при этом он сам словно расслаблялся. Будто гнев и ярость уходили из него, уступая место чему-то другому, что я никак не могла разобрать. Он опустил взгляд на покрывало, за которым я пыталась хоть как-то спрятать то, что предназначалось взору лишь моего… мужа.

Эрклэма Норвинга.

Но я бы ни за что вот так не сбросила его, не обнажилась, ведь… мы никто. Мы друг от друга ничего не требуем и не просим.

— Вы меня сведёте с ума, Даяна, — прошептал он и глубоко вздохнул.

— Странно, но ваш брат сказал то же самое, — зачем-то призналась я.

Эрвинг взглянул на кровать.

— Ночевать будем вместе. Не хочу ещё каких-то сюрпризов наутро.

Три года назад я бы наверняка ужаснулась такой перспективе. Три года назад я бы стала возмущаться и говорить, что я — невинная девушка, и это неприлично, если он не желает консуммировать наш брак. Но то три года назад…

Сейчас я просто кивнула. Во-первых, так действительно будет безопаснее. Во-вторых, мы оба знаем, что между нами невозможен никакой физический контакт, ведь через месяц мы разведёмся. Никакой консуммации.

— Ещё раз благодарю вас, Владыка.

— Ты так и не сказала, какие ещё варварские традиции меня могут ожидать здесь. Вдруг я завтра что-то не так сделаю и в итоге герцог будет иметь право забрать тебя? Что, если они не обнаружат крови на простыне и попытаются расторгнуть наш союз прежде, чем мы прибудем в Дархан?

Последнее звучало более чем разумно.

— Я надрежу палец и оставлю пару капель крови на простыне, — заявила я.

Эрклэм открыл рот, словно он это говорил не всерьёз и не ожидал от меня такой реакции. А я же вспомнила ещё кое о чём…

— О, Шаардан, я совсем забыла! — воскликнула и опустилась на кровать, тяжело вздохнув.

— Только не говори, что твой дражайший бывший жених вызовет меня на дуэль или что-то вроде того, — едко протянул мужчина.

— Не время для иронии!

— Какая ирония, леди? Я действительно опасаюсь, что не сдержусь и убью его. А это пятно на моей репутации — всё-таки это будет бой почти с ребёнком, пусть и отвратительно мерзким.

— Он не самоубийца, Владыка, — вынуждена была признать я. — И прекрасно осознаёт, что против вас ему не выстоять и секунды. К тому же дуэли из-за женщин запрещены. Слишком ценятся мужские жизни, — я поморщилась. — Но опасаюсь я иного. Через месяц родители вновь получат надо мной контроль. По законам Эренбела, сохранив девственность, я вновь стану незамужней, они попытаются выгодно меня пристроить.

— Они ничего не добьются. Дархан не выдаст тебя, не волнуйся. Видишь ли, я имею кое-какое отношение к власти своей страны, — мужчина коротко улыбнулся, не надменно, а скорее смешливо.

— Я прекрасно осознаю это, Владыка, но они имеют и другие рычаги давления на меня.

— Ты о сестре?

— И о ней тоже. Проблема в том, что я не буду иметь статуса разведённой, — я едва не захныкала. — Мы не собираемся разводиться. Мы собираемся аннулировать наш брак, подтвердив мою невинность.