Требую развода! Что значит- вы отказываетесь?
Шрифт:
— Торион случайно задел ночью печаткой, в порыве страсти, — откликнулась нервно.
Вот только это было не случайно. Видите ли, у него были особые предпочтения в постели. А мне сейчас кажется, что он просто ненавидел меня и не мог по-другому, без принуждения.
— Дорогая… — прошептала мама изумлённо. Её глаза забегали, словно она решала, что делать. В итоге выбрала собственное счастье и нервно откликнулась: — Богиня даёт нам лишь один шанс выбрать мужа, и жена должна любить и почитать мужа, каким бы суровым он ни был. Ты — достойная дочь, мы тобой очень гордимся. Кроме того Тэнат стал так дружен с Торионом! А у Милли своя гувернантка, представляешь? Она говорит, что Милисента очень смышлёный ребёнок!
Что-то кольнуло моё сердце и я потянулась к бежевому крему, которым часто замазывала следы от синяков.
— Милли чудесна, — кивнула я, всматриваясь в своё отражение.
— Чудесна! Торион к нам всем очень добр и щедр. О лучшем муже и мечтать нельзя!
— Нельзя…
Вынырнула из воспоминаний так же быстро, как и погрузилась в них. Какое счастье, что то падение с балкона быстро расставило мои приоритеты и выбило эту чёрную любовь из моего сердца. Заодно выжгло и остальные чувства, но их я потихоньку соберу. Нужно лишь время.
— Рад слышать, — произнёс так, словно рад не был. — Даяна Россавель… за что же меня так наказала тобой богиня?
— Может, вы грешили?
— Достаточно часто. — В глазах мужчины зажёгся непонятный огонь, и его взгляд упал на мои губы. — Многие ночи, должен признаться. — Последняя фраза зеркалила мою и оттого звучала насмешливо. — Значит, ты — моё наказание?
— Не хотелось бы, — ответила честно. — Мой вчерашний поступок уже стал наказанием для слишком многих… Сегодня я чувствую вину.
Вину перед родителями за их несбывшиеся надежды. Перед герцогом, которого наверняка накажет король. Перед моими сёстрами, чьи судьбы теперь не будут столь радужными. Я разрушила их счастье.
Мерзко было не столько от того, что любимые родители меня предали, причём давно — три года назад в моей прошлой жизни, а от того, что я предала их сама. Их мечты, стремления и планы. Я должна была принести себя в жертву во имя благополучия родных. Но в итоге три года мучений ожесточили меня, и я эгоистично выбрала своё счастье. Имела ли я на это право?
Как хорошая дочь, я должна была подчиниться воле родителей. Как хорошие родители, они должны были заботиться о моём счастье. Мы все попрали устои, и никто не выглядел от этого лучше в глазах другого.
Удастся ли мне встать на ноги, чтобы искупить своё своеволие? Чтобы позже помочь им материально. Не ради них, ради себя — чтобы заглушить чувство вины.
— Надеюсь, передо мной?
Я смутилась. Да, перед ним тоже, но в меньшей степени. Я украла у него месяц жизни и доставила немало проблем, а родителям и сёстрам… я отняла у них больше. Он прочитал всё по моему лицу.
— Даяна, ты невыносима! — воскликнул он и нахмурился.
— Просто я верю, что смогу загладить свою вину перед вами, — ответила честно. — Пока не знаю, как, но я находчивая. А вот как извиниться перед родителями и подарить счастье младшим сёстрам — я не знаю. Их судьбы слишком зависят от милости герцога.
— На этот счёт не волнуйся, — хмыкнул Эрклэм. — По традициям Дархана за невесту принято платить выкуп. Часть денег остаётся невесте, часть — семье.
— Вы не обязаны, — прошептала, не веря, что он действительно готов заплатить за жену, которая ему даже не нужна. Более того, за ту, что сама его женила. — Мы расторгнем брак. Это ни к чему. Вы не несёте ответственности…
— Не тебе определять мои обязанности, Даяна. Я делаю так, как должно.
Эрклэм поднялся. Теперь я смогла увидеть мужчину в полный рост и полюбоваться мощным торсом, взглядов на который до этого старалась избегать. Просто Владыка был слишком красив: развитая мускулатура, широкая грудь и шесть кубиков пресса с узкой дорожкой светлых волос. Мужчина был привлекателен даже чисто с эстетической точки зрения, не говоря уже о том, какой харизмой обладал.
— Тогда я всё верну позже, когда смогу, — я прикусила губу, ощущая смущение, — но не сочтёте ли вы за грубость, если я попрошу ещё об одной услуге…
— Младшая сестра? — быстро догадался дарханец, и я кивнула.
— Мне жаль её. Она мягкосердечная и доверчивая. Родители задурят ей голову долгом, продадут повыгоднее замуж, а после она всю жизнь будет несчастна. Они не умеют выбирать женихов.
— Даяна, — вздохнул мужчина и посмотрел на меня прямо, — где ты видела ребёнка, что не желал бы жить с родителями? Каждый считает своих маму и папу лучшими. Даже если сестра говорит, что хочет улететь с тобой и любит тебя — поверь, через день или неделю она начнёт тосковать. Что ты тогда будешь делать? Из спасительницы ты превратишься во врага.
Я прикусила губу. Скорее всего, он прав. У него больше жизненного опыта. Милли действительно любила родителей. И меня, разумеется, но что для ребёнка главное? Несомненно, мама. Я видела достаточно ужасных людей, пьяниц, чьи дети их просто обожали, пытались вытащить и помогали до последнего.
Детская любовь — наивная и безусловная.
— Я помог твоим родителям в том числе из-за Милисенты, хотя это, конечно, не прекрасная кукла, — губы наездника изогнулись в подобии усмешки. — Лучше просто навещай её, рассказывай о другой реальности. Помогай. Пусть она всю жизнь тянется к независимости и свободе. Стань для неё примером. Но не отрезай от родителей. Они её любят и не обидят. По крайней мере, до восемнадцати. А вот потом — заберёшь её. Я обещаю тебе помочь, какие бы отношения нас ни связывали в будущем. Даже впишу этот пункт в своё завещание, если со мной что-то случится.
— С вами ничего не случится, — уверенно произнесла я и чуть не дополнила, что по крайней мере в ближайшие три года, но вовремя прикусила язык.
Помнится, однажды Эрклэма пытались отравить, но какой-то целитель спас его. Я плохо помню ту историю, лишь по слухам.
— Спасибо, что веришь в меня, — усмехнулся он. — В любом случае, твоя сестра будет учиться в лучшем пансионе вашего Эренбела — я уже оплатил весь период обучения. Когда мы разведёмся, — он сделал паузу, бросив мимолётный взгляд на мои губы, — у тебя будет возможность навещать её.
При условии, если я найду нового покровителя. Так, никаких «если»! Потом вновь фиктивно выйду замуж, устроюсь на работу и стану жить самостоятельно. Картина маслом!
— Спасибо, Владыка. Не представляю, когда вы всё успели и как мне теперь с вами расплатиться. Я обрушила на вас свои проблемы, хотя не была достойна даже вашей жалости.
Он не ответил.
— Собирайся. Наряд наездницы сейчас принесут. В нём будет удобно передвигаться на драконе.
— На драконе?.. — с запинкой спросила я.