Чтение онлайн

Эрклэм кивнул, признавая правдивость моих слов. Посмотрел на кровать, а затем… резко навис надо мной. Сердце забилось чаще. Этот мужчина не вызывал у меня отвращения, и пусть ещё не привлекал ввиду моих исковерканных души и тела, он был мне симпатичен как человек. Особенно после того как защитил. Да, по своим мотивам, но всё же…

До этого я знала лишь боль и унижение от мужчин. Не зря же даже обе богини нашего мира — женщины. Только женщины способны к состраданию. Раньше я так думала.

— Мы можем решить сразу две проблемы, — протянул Владыка. — Во-первых, консуммировать брак сегодня ночью так, что завтра никто не посмеет нас ни в чём упрекнуть, а вам не придётся резать свои прекрасные пальчики, — Эрклэм взял мою руку и поцеловал… пальцы. Так, что у меня всё тело затрепетало. Я испугалась реакции своего тела и почувствовала себя неуютно, незащищённо. — Во-вторых, через месяц никто не посмеет вас потревожить, ведь мы разведёмся по-настоящему. Правда, — тут он хмыкнул, — в Дархане разрешены разводы лишь через год совместной жизни… Придётся потерпеть друг друга немного дольше, чем предполагалось.

— План прекрасный, но, — я прикусила губу, — мне бы всё-таки хотелось сохранить свою невинность для того, кому я действительно буду нужна. Того, кто захочет сделать меня счастливой.

И кого я полюблю. Но этого я не сказала. Возможно, потому что уже обожглась в браке с Торионом. Там я всецело любила, а мной пользовались, причём без особого желания, из чувства долга. Так может, лучше просто быть любимой?

— Правильно ли я понимаю, что ты хочешь использовать свою невинность в меркантильных целях? — изумился Эрклэм. — Считаешь, что ею сможешь привязать к себе мужчину? Вряд ли тот, кому важны такие мелочи, действительно хороший человек.

Он был прав, а я слегка лукавила. Правда заключалась ещё и в том, что я вовсе не уверена, что готова сейчас к близости с каким бы то ни было мужчиной. Мне хотелось сначала наладить контакт со своей искалеченной душой и уже потом думать о теле.

— И всё же, разве мужчине не приятно осознавать, что тело любимой женщины всегда принадлежало и будет принадлежать лишь ему? — спросила осторожно.

Эрклэм открыл рот, словно желал возразить. А затем опустил взор на зону декольте, и сглотнул. Вновь посмотрел мне в глаза.

— Может, в этом и есть смысл. Однако причины, по которым ты хочешь сохранить невинность, всё равно видятся мне весьма корыстными.

— Если бы я прикрыла их романтичностью, вы бы отреагировали иначе?

Да, романтичность по-прежнему теплится где-то внутри меня, но она была загнана так далеко Торионом, что мне страшно звать её обратно, пока я не имею твёрдой почвы под ногами.

— Почему меня не покидает чувство, что ты старше, чем хочешь показаться? Может, ты сестра-близнец настоящей Даяны?

— Если бы, — покачала головой. — Я — Даяна Россавель, и все мои беды от моей наивности. Но я учусь на своих ошибках.

Он бы почувствовал ложь. Но я говорила чистую правду.

— Значит, первая брачная ночь откладывается, — заключил Эрклэм и выпрямился. — Женщина полностью во власти своих родителей… Это прискорбно.

— В Эренбеле много ужасных традиций, из-за которых у женщин совсем нет прав. Шаг в сторону — новое правило. Шаг в другую — очередная подлость. Везде, где женщины пытались найти выход из своего бесправного положения, придумывались новые традиции — законы, из-за которых любой суд будет не на стороне женщин.

— Но не в Дархане.

— Едва мы разведёмся, я потеряю покровительство Дархана, — озвучила простую истину.

Владыка поджал губы. Он хотел что-то сказать, но передумал. Вместо этого бросил:

— Тогда у тебя есть месяц, чтобы найти себе покровителя.

Месяц… всего лишь месяц.

Эрклэм посмотрел на меня как-то странно, а затем отступил и зашёл в ванную. Это дало мне передышку. Когда он вернулся, я уже лежала под одеялом на самом краю кровати. Тревожить меня Владыка не стал. Лёг с другой стороны, погасив все магические светильники.

Неужели этот сумасшедший день подошёл к концу?

Эрклэм Норвинг

Как я сдержался и не прикончил этого ублюдка на месте? Я смотрел на спящую девушку, борясь с желанием прикоснуться к ней. Я определённо злился на неё, и всё же… всё же вспоминал момент, когда впервые увидел её. Когда на краткий миг вдруг возжелал обладать ею.

Шаардан — шутница. Вот она, моя законная жена, к которой я имею полное право прикоснуться, но тогда… тогда я действительно могу стать заложником неизвестных мне планов.

Она спала, а я ещё несколько мгновений смотрел на неё и не мог оторвать взгляд. Затем услышал ментальный зов и покинул спальню, набросив на плечи халат. Наставник и брат, расположившиеся в гостиной, немало удивились тому, из какой двери я вышел.

— Неужели брак становится не фиктивным? — изумился Саден. — Если так, то мы бы ни в коем случае не ввалились столь бесцеремонно в покои новобрачных.

Брат всё веселился, а вот Таргис хмурился. Мне тоже было не до шуток. Я прошёл к столику, плеснул в стакан воды и сделал пару глотков, следя в окно за сгующающимися сумерками.

— Что ещё удалось узнать о Даяне Россавель? — спросил у Таргиса.

Он пропустил свадебный пир, чтобы раздобыть всю информацию. Частично я уже успел понять её, когда мы собирались лететь в горы — хорошо, что я вовремя почувствовал подвох и вернулся, иначе…

Я сжал стакан сильнее, тот едва не треснул, поэтому я поставил ни в чём не повинную утварь на стол и глубоко вздохнул. Ещё утром я не совсем понимал, почему Даяна так резко передумала. Не мог поверить в бескорыстность её действий. Да, Торион был трусом с гнильцой, но вот так резко разрывать отношения, подставлять всю семью под удар… Для этого нужно иметь веские причины.

Но теперь, когда я своими глазами убедился, какими могут быть её родственники — и нынешние, и несостоявшиеся — вопросы отпали. Родители просто продали её, чтобы рассчитаться с герцогом, а собственный жених готов был надругаться над невинной девой.

— Ничего особенного, мой Владыка. Даяна — второй ребёнок в семье обнищавшего барона. Её дед был азартным человеком и проиграл почти всё своё состояние. Ещё с тех времён, когда Даяна была младенцем, семья живёт весьма скромно. Барон не слишком умён, не смог поднять доставшееся ему разорённое хозяйство. Они весьма обрадовались предложению герцога, но и сама девушка, по слухам, проявляла немалый интерес и даже была влюблена в жениха. Все недоумевали, с чего вдруг Торион Верио решил жениться — всё-таки он считается завидным женихом. А Даяне, кроме красоты, похвастаться нечем.