Чтение онлайн

Ведь стоит ей лишь выпустить бразды -

Все связи вмиг расторгнутся, и вскоре

Наш мир погибнет в распрях и раздоре.

По воле всемогущего Творца

Ты нами правишь, о Любовь благая,

Без спросу и разбору на сердца

Незримые оковы налагая,

К своим стопам строптивцев повергая,

Чтоб души их, познавши благодать,

Навыкли бы несчастным сострадать".

Так пел царевич. Впрочем, и с врагами

Сражался он изрядно той порой

И после Гектора во всем Пергаме

Он первый, несомненно, был герой.

Любовь ( так уверяет автор мой),

Придав счастливцу воинского пыла,

И дух его, и тело укрепила.

В дни замирений он в лесах близ Трои

Травил медведя, льва иль кабана -

Помельче дичь он оставлял в покое;

Когда ж обратно ехал, из окна,

Как юный сокол, трепета полна,

Глядела госпожа его Крессида,

Приветствуя улыбкой Приамида.

О благотворных качествах любви

Он рассуждал и с толком, и помногу,

Всегда был рад - лишь только позови -

Прийти ко всем страдальцам на подмогу

И восклицал, довольный: "Слава Богу!",

Едва прознав, что некто преуспел

На славном поприще любовных дел.

В те времена пропащим горемыкой

Считал он всякого, кто не влюблен.

Столь мастерски, с горячностью великой

Живописал перед друзьями он

Любви природу, свойства и закон

И о служенье толковал высоком, -

Что стал для многих чуть ли не пророком.

При этом, несмотря на царский род,

В нем спеси не водилось и в помине:

И знать его любила, и народ;

Никто сыскать не смог бы в царском сыне

Ни алчности, ни злобы, ни гордыни,

Ни прочей скверны, - и за то хвала

Любви, что отвращает нас от зла!

О госпожа моя! о дщерь Дионы!

И ты, мой сребролукий господин,

И девять дев, что населяют склоны

Парнасские! Ваш верный челядин,

Теперь остаться должен я один,

Покинут вами посреди дороги;

Но век я буду славить вас, о боги!

Кто, как не вы, поведать мне помог

О переменчивой судьбе Троила:

И сколько прежде вынес он тревог,

И как любовь его преобразила,

И прочее, что в летописи было.

Теперь он счастлив; то же и она.

И третья книга мной завершена.

У вы, не вечно длиться их отрадам,

Хоть мнилось, что не будет им конца.

Изменница-Фортуна кротким взглядом

И сладким пеньем усыпит глупца -

И тут-то, как бескрылого птенца,

С вершины колеса во прах низринет

Да вслед и поглумиться не преминет.

Так и от принца отвратив свой лик,

Судьба другого отличила следом,

И милостей Крессидиных достиг

Счастливец тот (он звался Диомедом).

Увы! к великим горестям и бедам

Подходит мой рассказ; перо дрожит

В руке моей. Несчастный Приамид!

Мне предстоит поведать, как вдовица

Троилу оказалась неверна:

Так в хронике старинной говорится;

Я ж предпочел бы верить, что она

Ошибочно была осуждена

Людской молвой иль вражеским наветом, -

Да устыдится, кто повинен в этом.

Теперь зову трех фурий, трех сестер:

Алекто, Тисифону и Мегеру,

И да поможет их печальный хор

Мне соблюсти в рассказе смысл и меру.

И ты, свирепый Марс, по их примеру,

Дай сил поведать мне, сдержавши стон,

Как принц любви и жизни был лишен.

В те времена, как сказано в начале,

Был осажден ахейцами Пергам:

Те лагерем у стен его стояли;

Троянцы же, и Гектор с ними сам,

Урон желая причинить врагам,

Напасть на них решили как-то летом

(Лучистый Феб у Льва гостил при этом).

И вот, едва лишь проблески зари

Ахейские шатры позолотили,

Уж Гектор и его богатыри

Пред войском греков стали в полной силе:

Мечи и копья их не тяготили

И не терпелось каждому бойцу

С противником сойтись лицом к лицу.

В тот раз до ночи не стихала сеча:

Мелькали стрелы, палицы, щиты,

Вонзались копья, всадников калеча,

Трещали перебитые хребты...

Пред самым наступленьем темноты

Троянцы промах допустили в схватке -

И в город отступили в беспорядке.

Однако греки в плен успели взять

Полита, Сарпедона, Антенора,

Ксантиппа, да и прочих, им под стать,

Рифея также, знатного сеньора,

И горожан попроще, без разбора.

В Пергаме приуныли: как теперь

Оправиться им от таких потерь?

Приам же царь надумал той порою

С врагами замиренье произвесть,

Плененных воротив обратно в Трою:

Тех обменять, за прочих выкуп внесть.

В обоих станах мигом эта весть

Распространилась; не прошло и часа,

Как слух о том достиг ушей Калхаса.

10 Уверившись, что здесь обмана нет

И речь идет о верном договоре,

Отправился он тотчас на совет,

Где все вожди ахейцев были в сборе,

И в круг старейшин протолкался вскоре.

Тут, время выждав и набравшись сил,

Поднялся он и слова попросил.

11 "Достойные мужи! Скажу вам прямо

(Так начал он, дождавшись тишины) -

Я жрец Калхас, тот самый, из Пергама,

Что первый вам предрек исход войны.

Сомненья нет: враги обречены,

По воле Неба предстоит вам Трою

Предать пожару и сровнять с землею.

Притом я разъяснял вам, и не раз,

Какие для того потребны средства: