Чтение онлайн

— Думаешь, он знает? — спросила Даша, серьезно обдумав мои слова.

И, конечно, я понял, о чем она. Знает ли Император, что я тот самый.

Что я, тот кто я есть.

— Конечно, он знает, — решительно ответил я. — Иначе никто не стал бы приглашать меня в Дворец раньше, чем я достигну положения в сотне Принцев-Претендентов, а мне до неё ещё весьма такое нехилое расстояние нужно преодолеть.

— Это будет опасно? — уточнила Даша.

— Можешь быть уверена, что опасно, — подтвердил я. — Нужно запастись неприятными сюрпризами. Компактными, но разрушительными. Чтобы, если что, кровью умылись.

Надо бы взять с собой заветную бомбу, что Октавия носит с собой металлическом чемоданчике, но, боюсь императорскую панцер-инфантерию не удастся убедить, что это скромный дар его Величеству в ознаменование долгожданного воссоединения после стольких лет. Не пустят нас просто в Дворец с бабулиной заначкой, придется другие менее броские инструменты доставать из сундука…

Кстати! А подарки? И то верно, ко Двору — и без подарков! При дворе подарки любят, жить без них не могут. Там вообще без этой пошлины самые простейшие дела не решаются. Воздуха на самый короткий вдох, зажмут, без мзды не напросишься. Нас там самый распоследний лакей не поймет. Блин, придется потрошить городскую заначку на предмет извлечения, драгоценных камней, редких металлов и экзотических произведений искусства.

Ненавижу. Заранее ненавижу. Всё нажитое непосильным трудом… Моя ростовая статуя из палладия на главной площади города перед моим дворцом. Даже две статуи. Все рассуют по карманам придворные чинуши. А иначе-то никак. Знаем, плавали уже.

Ну, вот я и составлял списки того, что нужно погрузить на «Принца Евгения». А потом и на «Скотинку», в котором нас и перебросят к Лунному Дворцу. А Даша тем временем примеряла гардероб в окружении горничных, под чутким, но жестким руководством Иоланты.

— Подтянуть ботфорты, — мрачно командовала Иоланта указуя грозным пальцем с черным маникюром и горничные бросались подтягивать и надаривать платиновую кожу изысканнейших сапог. — Складки расположите повыразительнее. Выразительнее, я говорю! Ну вот, что вы творите?!

Кажется, моя придворная кутюрье неистовствовала, охваченная лихорадкой стремительных приготовлений.

— Что они у вас сейчас выражают, я спрашиваю? — лютовала Иоланта. — Какое такое послание они у вас сейчас транслируют всему миру? Простите, я здесь проездом? А они должны орать! Кричать! Доносить свою мысль, как удар в зубы длинным каблуком. Это повелительница мира попирает ваш убогий дворцовый паркет! Стоять! Всем стоять ровно, недвижимо! Пока она шествует к своей великой цели! Я ясно выражаюсь? Ну так действуйте!

— По-моему, так уже достаточно вызывающе, — с ноткой легкого протеста в голосе произнесла Даша, замерев с поднятыми руками в позе напуганного манекена.

Мелкая Иоланта сумрачно и несколько свысока покосилась на высоченную красотку Дашу, чем сильно её засмущала.

— Достаточно будет, когда я скажу, — буркнула Иоланта, мелкая дьяволица.

Я даже на мгновение отвлекся от списков, заметив явно расстроенную физиономию ученицы.

Ух ты, оказывается у нас тут кое-кто реально в депрессии!

— А ты чего так печалишься, Иоланта? — прищурился я. — Обидел, что ли, кто? Так мы этого гостя дорогого, непрошенного и сами сильно обидеть можем.

Иоланта только дернула плечом раздраженно, мол пусть только попробует этот кто. Посмотрим еще кто-кого в конце-концов обидит…

— Я, наверное не полечу с вами, — буркнула наконец Иоланта. — И на церемонии закрытия биатлона не буду. Тётушка Епифания сообщила, что уже летит за мной. Скоро будет тут.

Ну, да, я об этом даже заранее знал, потому что корабль тёти Епифании ещё два дня назад запрашивал коды на проход в охраняемую орбитальными крепостями зону в окрестностях Герберы. И я их ей выдал. Всё я уже знал.

— Ладно, не расстраивайся так, мичман, — усмехнулся я. — Успеешь ещё ко двору явиться.

— Да вот ещё, — хмыкнула Иоланта. — Чего мне тот двор? На прошлогодние обноски, что ли, любоваться? Я за вас беспокоюсь. Пропадете вы там без моего присмотра, с балбесом Вовой заодно. Заклюют вас там придворные курицы.

Надо же. Как неожиданно в такие моменты азарт соперничества с Вовой меняется на сестринскую заботу…

— Ничего, — улыбнулся я. — Мы себя в обиду не дадим. Но если что, мы тебе пожалуемся.

— Добавьте больше платиновой вышивки на воротник, — мрачно приказала Иоланта своим горничным, указывая на впечатляюще облегающий тело Даши гарнитур. — Пусть придворным клушам глазки повышибает.

Она готовила нас к грядущему испытанию как могла. Старалась изо всех сил.

А с бравой тёткой Иоланты, младшей сестрой её матери, мы пообщались уже через пару часов в моем громадном кабинете с видом на Великую Герберскую Пустыню. На закате просто незабываемое зрелище, как всегда, заставляющее задуматься о вечном и мимолетном.

— Епифания, — улыбнулся я, встречая тетку Иоланты на пороге кабинета.

— Кого я вижу! — воскликнула Епифания, как обычно, в вызывающей форме командира Сирот Войны, она тюкнула меня увесистым, как молоток кулаком в плечо с адмиральским аксельбантом. — Роскошный мужчина! Я слышала, ты себя в адмиралы уже произвел? И в Великие Князья?

— Произвёл, а как же, — улыбнулся я, провожая её к креслу перед моим невероятного размаха столом — из цельной плиты лунного янтаря, между прочим — и усаживаясь в свое губернаторское кресло, немногим скромнее официального трона. — От других же не дождешься, чтобы они меня сами произвели.

— Ну и правильно, чего там, — махнула рукой Епифания и сразу перешла к делу. — Я за Иолантой. У нас дома дворянчики вконец распустились. Требуют от папы Иоланты указа о вольностях дворянских. Служба их тяготит видете ли. Желают процветать в своих поместьях невозбранно. И ведь добьются своего. Папа Иоланты во многих отношениях приятный человек, но недалекий, он такой может и дать. Вот понятия не имею, что сестра в нем нашла. Потом эти вольности из них назад уже не выковыряешь. К тому же — нездоровится ему. Так что я забираю племяшку и мы несемся на всех парах на Коварол, проецировать силу, разделять и властвовать, ну ты в курсе.

— Вам, может помочь? — практически от чистого сердца предложил я. — Я буду некоторым родом в отъезде, но есть у меня тут в загашнике один запасной адмирал…

— Не-не! — всполошилась Епифания. — Не надо! Это дело тихое, семейное. Там тяжелая артиллерия ни к чему. Если я с собой Разрушителя Планет притащу, они же там все так разбегутся, что назад в жизни не соберешь. А мне надо, чтобы в сейме был кворум, мне ещё Иоланту в право полного наследования вводить! Так что спасибо, пока не надо!