Чтение онлайн

Удар сбросил миллион десантников с нашего корпуса, не меньше.

С той стороны что протерлась всей длинной по «Трупоеду» всех некродесантников сорвало как крупной проволочной щеткой. Иоланту я под удар не подставил, но на нашем корпусе с ее стороны осталось тысяч десять паразитов, не больше. С этим мы разберемся!

А сейчас главное блюдо дня!

— Огонь из всех орудий по всем направлениям! — прорычал я.

«Геркулес» словно взорвался внутри вражеского строя, стреляли из всего что могло стрелять. Ракеты, курсовые рельсотроны, болты, лазеры, вольфрамовая дробь, всё пошло в ход, взламывая борта кораблей вокруг, взрывая весь мир вместе с собой…

Вражеские годзиллы тоже палили в нас из всего, что у них ещё оставалось, но попадали в основном друг в друга или даже мимо. Изувеченный «Трупоед-Затейник» в состоянии грогги врезался в корабль поменьше, то ли в «Опарыша-Милаша» то ли в транспортного «Карапуза-Калеку», раздолбав и его в полумертвый хлам. Здоровенная «Марабу-Тамаду» сбоку от нас полыхнула всеми реакторами разом, выбросив за пределы корпуса смертоносную плазму, уцелел, но не надолго, этот тоже уже не жилец, «Яков Перельман» сосредоточил на нем огонь всех своих квадробалстерных батарей.

А теперь десерт. Сладкое на третье!

— Приготовиться к тарану! — проорал я. — Двигатели на полную мощность!

— Опять?! — задушено прохрипела Иоланта. — Да я лучше сдохну…

— Держись, ученица! — выкрикнул я. — Памятник поставлю! Планету куплю! Держись!

— Ох ты ж, блин, — сдавленно проговорила Иоланта, когда мы врезались в следующий корабль.

Проговорила Иоланта конечно нечто менее гламурное и менее подобающее ребёнку, и, но не отнять весьма изысканное, я даже и не знал, что она так умеет. Талантливый человек талантлив во всем! Вот что с человеком искусства флот делает, а?

А мы воткнули наш могучий пенетратор прямо в гнусные кишки гигантской «Косатки-Улыбаки», ту аж горобом перекосило, аж клочья полетели по закоулочкам. Наш конец, это вам реально конец, никакого там нового начала!

Мимо нас в далекий океан внизу, кувыркаясь, падал «Трупоед-Затейник», а за ним вращаясь как парящий лист планировал «Опарыш-Милаш». Об воду долбанется, как об бетон, и разлетится нахрен, это у него без шансов.

Теперь главное нам самим к ним не присоединиться!

— Выход из пике, — прорычал я. — Всю мощь на маневровые!

Медленно, очень медленно мы выходили из отвесного падения к океану. Вокруг корпуса заполыхала мгновенно раскалившаяся от бешеного трения атмосфера.

А потом мне на внутренний экран упало системное сообщение:

«Ваша ученица освоила технику имперского дома „Расщепленное силовое копье“. Ранг вашей ученицы в Системе Наследования повышен до 996-го».

— Ура… — слабо, еле живым голосом, произнесла Иоланта.

И тут же упало второе сообщение:

Ранг вашего ученика в Системе Наследования понижен до 997-го'. Приложите больше усилий, и верните утраченное положение, тогда, вы будете вознаграждены!'

— Вот же падла! — галантно высказался по этому поводу мой оруженосец Владимир Крестовский, только что потерявший добытый в тяжелейшем соперничестве уровень. И я его понимаю, это обидно, еще как.

— Ничего, Владимир! — захохотал я. — Это ничего! Тренироваться надо лучше! Всё в твоих руках как видишь!

В ответ Володя только нечленораздельно зарычал.

Мы уже вышли из смертельного пике, выровняли крен и теперь медленно набирали потерянную высоту. Я знал что наверху все прошло удачно, краем сознания считывал, что враги теряют корабли, а наши нет, а чего еще желать в такой переделке то?

Но теперь я взглянул на итоги столкновения внимательнее. Верхний ордынский дивизион в бою с «Песцом», «Принцем Евгением», «Герцогом Игнатьиным» и тремя Сиротами, потерял ещё два корабля, они уже успели попадать в океан, и уходил от планеты не жалея новеньких двигателей и топлива.

Флот их не преследовал, и я понимал почему и соглашался этим решением. Повреждения кораблей по подсчетам оперативной Октавии составляли от двадцати пяти до семидесяти пяти процентов совокупной мощи. И теперь они крутились над местом сражения, зачищая поле боя, добивая еще не попадавших подранков из нижнего дивизиона, чистя броню друг у друга от москитного десанта.

Чистая победа.

Четверо ушли, в том числе «Полоумная Химера», но двенадцать ордынских кораблей уничтожено. У нас повреждения на всех судах, от средних до тяжелых, но никого не потеряли. Чудом, но не потеряли. Мы молодцы.

— Мы молодцы, — проговорил я. — Мы все молодцы. Это победа.

Восторженный вопль со всех кораблей донесла до меня общая флотская связь.

Ещё шли бои у нас на корпусе, противоабораджные группы зачищали уцелевших в свистопляске некродеснатников, сервы вели срочный ремонт, разворочненный нос «Геркулеса» укоротился вдвое, горничный спецназ наконец прорвался к своей госпоже и просто вырезал всех вокруг обожаемой эрц-герцогини в диаметре двухсот метров. Не ожидал от хрупких горничных такой неистовости. Видимо сильно переживали, что не пришли на помощь вовремя.

А потом мне в канал связи стукнулся «Принц Евгений»:

— Ваше Высокопревосходительство, поздравляю вас с победой!

— Молодцом. Прогиб защитан, — усмехнулся я. — Чего хотел-то?

— Я вижу, что противник, уходя сбросил с одного из кораблей, с того, что вы наименовали «Полоумной Химерой», капсулу, — доложил Евгений. — Я просканировал её, это типовая почтовая имперская капсула, в таких обычно передают приятные материальные послания, вроде указов губернаторов провинций на пергаменте с красной печатью, ну, вы знаете. На нем стоит маяк и подает сигнал на стандартной почтовой частоте. Могу подобрать.

Ого как. Значит убегающий в панике враг сбросил нам послание напоследок.

Прям аж интересно стало, что это там такое может быть!

Капсула. Почтовая. С ордынского корабля, который недавно был человеческим, класса «Знаменосец», да.

Во блин. Даже интересно, что это там такое может быть. Если там, конечно, не ядерный фугас приготовленный для меня лично. Без таких посылок я как-нибудь и обойдусь.

— Изучите капсулу дистанционно, на случай внезапных сюрпризов, если всё хорошо — подберите и доставьте мне, — приказал я. — На «Геркулес».

— Будет сделано, адмирал! — браво отозвался Принц Евгений

Тем временем «Геркулес», теряя обломки с носом, развороченным несколькими столкновениями вподряд, медленно и мучительно набирал потерянную высоту. Мда. Этот пенетратор теперь только под замену. Погнут безнадежно.

— Ха! — еще безжалостно пророкотал Песецъ наблюдая наши эволюции в околопланетном пространстве с высоты своей орбиты. — А я смотрю, тебе от души так рыло начистили, малец! Весь клюв на бок, хе-хе!