Чтение онлайн

На несколько ударов сердца в комнате снова стало тихо. После Суань Кун шепотом произнес:

— Я пойду медитировать. Может, небеса подскажут иной выход.

Цзян Тан закатил глаза:

— Я тоже все равно попробую придумать что-то.

— Придумывай, — пожала плечами я. — Я не запрещаю.

Лань Чжэ осталась последней. Во время наших приключений мы превратились не в подруг, но в приятельниц. И где-то глубоко в душе я догадывалась, что ее резкие фразы — не желание меня задеть, а боль от того, что у меня не будет иного пути.

— Если он вернется, — прошептала она, — и если из-за тебя будет страдать… я все равно никогда тебя не прощу.

— Я и не рассчитываю.

Она кивнула и ушла в дальнюю часть покоев, так резко отдернув занавесь, что та чуть не рухнула от собственного веса.

Я осталась одна. То есть не одна, конечно. За ширмой дышал Суань Кун. Где-то в стороне ходил Цзян Тан. Лань Чжэ, наверное, яростно снимала с себя доспехи, будто они были виноваты во всех бедах мира. Мао Сяо наконец вылез из сумки, потянулся, оглядел меня своими зелеными глазами и неожиданно промолчал. Просто прыгнул ко мне на ложе и свернулся теплым, худым клубком у бедра.

Я опустила ладонь на его спину.

— Даже ты меня осуждаешь? — спросила я.

Он дернул ухом.

— Нет, но что мне сказать? — проскрипел он. — Вы, большие существа, вечно находите самые мучительные способы любить друг друга. Я бы уже давно либо сбежал, либо кого-нибудь укусил.

Я невольно фыркнула.

— Какой подробный совет.

— Зато честный, — пробурчал маогуй и прикрыл глаза. — Разбуди, если принесут еду. Раз уж я понравился владыке, надо пользоваться.

Глава 18. Линь Юэ

Несмотря на тревогу, вся команда быстро заснула, утомившись в пути. Мне же такое искушение не было позволено. Они не ведали, что будет впереди, а я предполагала. К тому же меня предупредили, что Цзюнь Янь вновь позовет меня.

К часу рассвета, пусть в Диюе такого не было, я не спала и была полностью собрана. Едва Хэ Лянь постучался в дверь, как я сразу вышла, надеясь, что он не разбудит моих спутников. Я не заботилась об их сне, я не такая совестливая, но я не желала слушать новых увещеваний.

Предстала я перед Цзюнь Янем в полном одиночестве. Он опять сидел на своем троне и упивался своим положением.

Зал был пуст, но не тих. В воздухе чувствовалось движение: тени ползли по полу, как живые, свет фонарей дышал, будто вдыхал и выдыхал вместе с этим местом. Я остановилась на расстоянии, не склоняя головы.

— Ты звал, — сказала я ровно.

— Я? — он лениво приподнял бровь. — Я лишь позволил тебе прийти. Но я не звал, тебе же от меня что-то нужно.

Я не ответила. Игры слов — его любимая забава. Моя же, терпеть их до тех пор, пока они не начинают мешать делу. Он некоторое время разглядывал меня, будто приценивался.

— Ты изменилась, — протянул он. — Когда-то ты бы не стояла так прямо передо мной.

— Когда-то у меня не было причин стоять иначе.

Он усмехнулся.

— Посмотрим, останется ли у тебя эта причина. И прежде чем мы перейдем к нашему соглашению… — его голос стал мягче, почти ласковым. — Думаю, тебе стоит увидеть кое-кого.

У меня внутри что-то неприятно сжалось.

— Мне не нужно ничего видеть.

— О, — он тихо рассмеялся, — это не тебе решать.

Он поднял руку. Воздух вокруг нас дрогнул.

Сначала это было лишь легким искажением, как жар над камнем. Потом оно стало плотнее, гуще. Пространство словно раздвинулось, уступая место чужому присутствию. Я не поверила сразу своим глазам.

— Мама, — по-лисьи завыла я.

— …Юэ-эр… — голос посторонней женщины сорвался, как тонкая струна.

Моя матушка находилась в Бурлящих глубинах, выглядела как пленница, будто поменялась в размерах и уменьшилась. Она раболепно присела перед троном Цзюнь Яня.

— Владыка… — она дрожала. — Прошу… простите… простите наш род…

Я не сразу поняла, что слышу. Она ведь не ко мне обращалась. Она просила его. Цзюнь Янь наблюдал за этим с ленивым интересом, как за представлением театра.

— Продолжай, — мягко сказал он. — Мне нравится, люблю слушать, когда меня о чем-то просят.

Она кивнула, будто это был приказ, от которого зависела ее жизнь. Хотя, возможно, так и было.

— Мы… ошиблись, — слова давались ей тяжело, будто она вырывала их из себя. — Мы отдали нашу Линь Юэ ради равновесия, р ади союза, ради страха перед сильнейшими…

Ее голос сорвался. А я прошептала:

— Мамочка....

— Мы думали, — продолжила она, — что так правильно, что это сохранит наш клан, — она сжала пальцы, уткнувшись лбом в холодный пол. — Но мы потеряли все.

Я ощутила, как внутри поднимается гнев. Да, у меня есть обиды на свой клан, но не Цзюнь Яну вскрывать эти раны.

— Прекрати, — потребовала я.

— Нет, дослушай, — смеялся высший демон.

А матушка тем временем продолжала:

— Союзы с некоторых пор распались. Нас не спас Цзюнь Луо, а дочь, если она еще считает нас дочерью, мы потеряли сами.

Мне стало плохо:

— Матушка...

Я ужасалась ее положению, тому, что она кланяется демону. Мой клан был великим, известным. Мы, лисьи демоны, никогда не правили в Диюе, но имели собственную точку зрения.

Поступок матери мне казался жалким.

— Не отрицай, Юэ, — ответила мне мать. — Твой отец, Линь Цзюньхао, — она запнулась, — он никогда не признает своей ошибки. Но не он приводил тебя в этот свет. Если ты выбрала сторону Цзюнь Яня, я поддержу тебя, все женщины поддержат тебя, а слабости мы оставим мужчинам.

Мои губы чуть дернулись. Предлагая свою силу Цзюнь Яню, я не думала, что призовет к ответу весь мой клан. Довольно подлый поступок, но он же демон.

Обнимая собственную мать, которую я не видела несколько веков, я повернулась к Владыке.

— Это представление ты устроил для меня. Теперь ты видишь, что меня поддерживают. Собирай силы и выступай против Цзюнь Луо. Спаси Вэнь Чжэня.

Улыбка у демона стала чуть острее.

— Скоро, — сказал он. — Очень скоро, Линь Юэ.

И я впервые почувствовала, что это "скоро" — не обещание. Он точно планировал напасть.