Чтение онлайн

Это предположение несколько смутило доктора.

– Женщина? Честно говоря, мне не приходило в голову, что женщина может совершить такое преступление. Но действительно, это возможно.., вполне возможно. Только, с психологической точки зрения, это едва ли женское преступление.

Пуаро энергично кивнул в знак согласия.

– Конечно, конечно. На первый взгляд это в высшей степени невероятно. Но следует принимать в расчет все возможности. Как было расположено тело?

Доктор дал аккуратное описание того, как лежала жертва. По его мнению, в момент нанесения удара она стояла спиной к прилавку, а следовательно, и к убийце. Как подкошенная, она упала за прилавок, так что покупатель, зайдя на минуту в лавку, не мог ее заметить.

Поблагодарив доктора Керра, мы двинулись дальше. Пуаро сказал:

– Вы заметили, Гастингс, что у нас появилось еще одно доказательство невиновности Эшера. Если бы он оскорблял жену и угрожал ей, она бы стояла за прилавком лицом к нему. Между тем она стояла к преступнику спиной очевидно, она повернулась, чтобы снять с полки табак или сигареты и вручить их покупателю.

Меня передернуло.

– Чудовищно.

Пуаро задумчиво покачал головой.

– Pauvre femme <Бедняжка (фр.).>, - прошептал он. Затем он посмотрел на часы.

– Овертон, кажется, недалеко отсюда. Может быть, съездим туда и побеседуем с племянницей покойной?

– Разве не стоит сперва зайти в лавку и осмотреть место преступления?

– Я хотел бы сделать это позже. На это есть свои причины.

Пуаро воздержался от дальнейших объяснений, и несколько минут спустя мы уже ехали по лондонскому шоссе в направлении Овертона.

Руководствуясь адресом, данным нам инспектором, мы миновали Овертон и, проехав еще милю, остановились перед большим домом.

На наш звонок вышла хорошенькая темноволосая девушка, с глазами, красными от слез.

Пуаро ласково спросил:

– Если не ошибаюсь, вы мисс Мэри Дроуер и служите здесь горничной?

– Да, сэр, верно. Это я, сэр.

– Я бы хотел несколько минут поговорить с вами, если ваша хозяйка не возражает. Это касается вашей тетушки, миссис Эшер.

– Хозяйки нет дома, сэр. Она бы, конечно, не стала возражать. Пройдите сюда.

Она отворила дверь маленькой гостиной. Мы вошли, и Пуаро, усевшись на стул у окна, пытливо вгляделся в лицо девушки.

– Вы, конечно, уже знаете о смерти вашей тетушки?

Девушка кивнула, и на ее глазах выступили слезы.

– Утром сообщили, сэр. Приходила полиция. Это ужасно! Бедная тетя! И жилось-то ей несладко. А теперь вот это.., слов нет...

– Полиция не предлагала вам приехать в Эндовер?

– Они сказали, что я должна явиться на предварительное следствие в понедельник, сэр. Но мне там жить негде.., о том, чтобы у тети поселиться, я теперь и подумать не могу.., да и потом, вторая служанка сейчас в отъезде - не могу же я так подвести хозяйку.

– Вы любили вашу тетушку, Мэри?
– мягко спросил Пуаро.

– Очень любила, сэр. Тетушка со мной всегда хорошо обращалась. Когда мне было одиннадцать лет и мама моя умерла, я приехала к тете в Лондон. Как исполнилось мне шестнадцать, я поступила в прислуги, но в выходной обычно выбиралась к тете. Как же она намучилась со своим немцем - бывало, называла его "мой старый чертяка". Нигде он не давал ей покоя - все деньги вымогал, попрошайничал, надоеда противный.

Девушка рассказывала об этом с негодованием.

– Вашей тетушке никогда не приходило в голову, что от этих преследований можно освободиться юридическим путем?

– Понимаете, сэр, он же ей муж - куда от этого уйдешь?

Девушка говорила просто, но твердо.

– Скажите, Мэри, он ей угрожал?

– Уж так угрожал, сэр, слышали бы вы, что он ей говорил. И горло он ей перережет, и все такое прочее. Ругался да чертыхался - и по-английски, и по-немецки. А тетя все же говорила, что, когда они поженились, он был молодец молодцом. Страшно подумать, сэр, до чего может докатиться человек.

– Вы правы. Итак, я полагаю, Мэри, что, зная об этих угрозах, вы не слишком удивились, когда услыхали о том, что произошло?

– Удивилась, да еще как, сэр. Признаться, сэр, я ни на минуту не верила, что он всерьез грозится. Я думала, это так - ругань, и все. Да и тетя вроде бы его не боялась. Случалось, она на него накинется - он и удирает, поджав хвост, как побитый пес. Пожалуй, это он ее боялся.

– И все же она давала ему деньги.

– Так ведь он ей муж, сэр.

– Да-да, вы уже это говорили.

Пуаро помолчал минуту-другую и сказал:

– Предположим, что он ее не убивал...

– Не убивал?
– удивилась девушка.

– Да, предположим. Предположим, убийца - кто-то другой. Не приходит ли вам в голову, кто бы это мог быть?

Девушка с изумлением посмотрела на Пуаро.

– Вообразить себе не могу, сэр. Да могло ли быть такое?

– Ваша тетушка кого-нибудь опасалась? Мэри покачала головой.

– Тетя людей не боялась. Язычок у нее был острый, и она спуску никому не давала.

– Она при вас не называла никого, кто затаил бы на нее злобу?

– Нет, не было такого, сэр.

– Ей случалось получать анонимные письма?

– Какие письма, сэр?

– Неподписанные письма.., или, например, с подписью вроде "Эй-би-си".

Пуаро пристально вглядывался в девушку, но ясно было, что она ничего не знает. Мэри лишь удивленно покачала головой.

– У вашей тетушки кроме вас были другие родственники?

– Родни больше не осталось, сэр. У нее было девять братьев и сестер, но почти все умерли детьми, только трое осталось. Дядя Том погиб на войне, а дядя Гарри уехал в Южную Америку, и след его затерялся, а мама у меня умерла, так что я одна осталась.

– У вашей тетушки были сбережения? Деньги?

– Было у нее маленько в сберегательном банке - на приличные похороны хватило бы, как она сама говорила. А так она едва сводила концы с концами куда же денешься при ее-то старом негодяе?

Пуаро задумчиво кивнул. Он сказал - скорее самому себе, чем девушке:

– Пока мы блуждаем во тьме.., пути не видно.., но если кое-что прояснится... Он встал.

– Если вы мне еще понадобитесь, Мэри, я напишу вам сюда.

– Да я-то собираюсь уйти с этого места. Не нравится мне деревня. И поступила я сюда, потому что считала, что лучше мне быть поближе к чете. А теперь...
– снова слезы показались у нее на глазах, - незачем мне здесь оставаться. Я переберусь в Лондон, там девушке жить веселее.