Чтение онлайн

And speaks not to himself but with a pride

That quarrels at self-breath: imagined worth

Holds in his blood such swoln and hot discourse

That 'twixt his mental and his active parts

Kingdom'd Achilles in commotion rages

And batters down himself: what should I say?

He is so plaguy proud that the death-tokens of it

Cry 'No recovery.'

AGAMEMNON

Let Ajax go to him.

Dear lord, go you and greet him in his tent:

'Tis said he holds you well, and will be led

At your request a little from himself.

ULYSSES

O Agamemnon, let it not be so!

We'll consecrate the steps that Ajax makes

When they go from Achilles: shall the proud lord

That bastes his arrogance with his own seam

And never suffers matter of the world

Enter his thoughts, save such as do revolve

And ruminate himself, shall he be worshipp'd

Of that we hold an idol more than he?

No, this thrice worthy and right valiant lord

Must not so stale his palm, nobly acquired;

Nor, by my will, assubjugate his merit,

As amply titled as Achilles is,

By going to Achilles:

That were to enlard his fat already pride

And add more coals to Cancer when he burns

With entertaining great Hyperion.

This lord go to him! Jupiter forbid,

And say in thunder 'Achilles go to him.'

NESTOR

(Aside to DIOMEDES) O, this is well; he rubs the

vein of him.

DIOMEDES

(Aside to NESTOR) And how his silence drinks up

this applause!

AJAX

If I go to him, with my armed fist I'll pash him o'er the face.

AGAMEMNON

O, no, you shall not go.

AJAX

An a' be proud with me, I'll pheeze his pride:

Let me go to him.

ULYSSES

Not for the worth that hangs upon our quarrel.

William Shakespeare «Troilus and Cressida» Act II. Scena III, line 1381—1430.

Акт 2. СЦЕНА 3. Греческий лагерь. Перед самым Ахилла шатром.

Входят АГАМЕМНОН, УЛИСС, НЕСТОР, ДИОМЕД и АЯКС

Со стороны

Возвратился УЛИСС

УЛИСС

Ахилл не выйдет на поле боя завтра.

АГАМЕМНОН

Какие у него будут оправдания?

УЛИСС

Он не может положиться ни на кого,

Только несётся на потоке своего распоряжения

Лишённый соблюдения или без уваженья ко всякому,

В своеобразном пребывании и на самонадеянности.

АГАМЕМНОН

Почему он не сделал этого по нашей справедливой просьбе

Помазанием его персоны и вдоволь на воздухе, проветрившись с нами?

УЛИСС

Вещи ничтожные, как пустое место, ради просьбы всего лишь,

Он делает важное: его одержимостью вместе с величием

И молвит не сам с собой, кроме как с гордостью

Что ссорится при самостоятельном вдохе воображаемой значимостью

Удерживая в своей крови такой раздутый и горячий дискурс

Что общего между его психикой и активными частями с

Королевством Ахилла, что в суматохе куда неистовее.

И само себя с ног сбивает: так, что же Я должен был сказать?

Он, как-чумный настоль надменен, что символы смерти из-за всего этого

Вопят: «Не поправляйся!».

АГАМЕМНОН

Пусть Аякс отправится к нему.

Дражайший милорд, пойдите вы и поприветствуйте его в собственном шатре:

Этим сказал, что он хорошо относится к вам и будет ведомым

По вашей просьбе, чуточку от самого себя.

УЛИСС

О Агамемнон, пусть оно не будет — так!

Мы освятим шаги, что совершает Аякс

Когда они уйти от Ахилла: должны гордый лорд

Что подорвёт его самонадеянность с помощью его собственного стыка

И не пострадает никогда материя этого мира

Проникни в его мысли, сохраняя такие, какие действительно вращаются

И размышляют сами по себе, вряд ли ему станут поклоняться

Ибо, что мы удерживаемся за идола больше, чем он за нас?

Нет, не этим трижды достойный и праведный доблестный милорд

Не должна быть настолько черствеющей его десница, благородно приобретённая;

Ни, по моей воле, были признаны его заслуги,

Настолько щедро титулованные, как у Ахилла,

Перейдя к Ахиллу:

Чтобы приумножить его и без того жирную гордыню

И добавить ещё углей в Червоточину, когда он запылает

Вместе с помощью развлечений великого Гипериона.

Этот милорд прийдёт к нему! Юпитер не воспрепятствует,

И воскликнет в раскатах грома: — «Ахилл, пойди к нему».

НЕСТОР

(В сторону ДИОМЕДА) О, как это хорошо; он потирает ему вену.

ДИОМЕД

(Обращаясь к НЕСТОРУ) И насколько его молчание упивалось этими аплодисментами!

АЯКС

Или Я подойду к нему в доспехах прежде, чем Я разобью ему лицо своим кулаком.

АГАМЕМНОН

О, нет, ты не пойдёшь.

АЯКС

И будь гордым вместе со мной, Я обязан задеть его гордость: Позволь мне подойти к нему

УЛИСС

Нет, не из-за его значимости, а всего зависящего от нашей ссоры.

Уильям Шекспир «Троил и Крессида», Акт II. Сцена III, 1381—1430.