Уильям Шекспир — алхимия образного языка
Шрифт:
(Литературный перевод Свами Ранинанда 22.01.2025).
(Примечание от автора эссе: исследователям творчества великого драматурга не следует путать характерные для «елизаветинской» эпохи особенности авторского почерка при написании Шекспиром таких сокращений слов, как «o'er», которое является сокращением слова «over», «слишком» «излишне»; также часто применяемым в пьесах словом «ere» — «прежде», «прежде чем». Например: «And sable curls or silver'd (o'er = over) o'er with white», «И собольи локоны или серебристым излишне с белого (в опал)» (12, 4) текста оригинала первого издания Quarto 1609. (Shakespeare, William (1609). (Shake-speares Sonnets: Never Before Imprinted. London: Thomas Thorpe).
Или же, при использовании жаргонных выражений пьесы Уильяма Шекспира «Троил и Крессида», Акт 2. Сцена 3: «If I go to him, with my armed fist I'll pash him o'er (o'er = over) the face», «Или Я подойду к нему в доспехах прежде, чем Я разобью ему лицо своим кулаком».
Относительно строки, предоставляющей «аллюзию» со ссылкой на средневековый религиозный ритуал в христианстве: «Untent his person and share the air with us?», «Помазанием его персоны и вдоволь на воздухе проветрившись с нами?»
* «Помазание на царство — в православии, католицизме и англиканстве обряд, в котором вступающий на трон монарх (император, царь, король) помазывается мирой или елеем с целью преподнести ему дары Святого Духа, так необходимые для успешного правления королевством). (William Shakespeare «Troilus and Cressida», Act II. Scena III).
Давайте возвратимся к семантическому анализу сонета 114, в поиске новых открытий и находок во вселенной поэта и драматурга.
«Or whether shall I say, mine eye saith true,
And that your love taught it this Alchemy?» (114, 3-4).
«Либо Я должен был сказать, что мои глаза молвили правду,
И то, что ваша любовь научила ей, этой Алхимии? (по праву)» (114, 3-4).
В строках 3-4, повествующий поэт задал юноше второй риторический вопрос: «Or whether shall I say, mine eye saith true, and that your love taught it this Alchemy?», «Либо Я должен был сказать, что мои глаза молвили правду, и то, что ваша любовь научила ей, этой Алхимии? (по праву)».
Конечная цезура строки 4 была мной заполнена словосочетанием в скобках «по праву», установившим рифму строки.
Дело в том, что словосочетание, заполнившее конечную цезуру строки 4 по смыслу, соотносится к строке 5 и поэтому не входит в состав предложения строк 3-4 со вторым риторическим вопросом.
Фраза конца строки 4: «taught it this Alchemy?», «научила ей, этой Алхимии?» означает, что бард уже получил первые навыки написания пьес, но терзаемый сомнениями недоумённо вопрошает, обращаясь к юноше, адресату сонета.
Следуя логике вещей, во время публичной похвалы королевы, глаза барда, на сам деле, говорили правду, но эта правда, были сказаны немыми мыслями «во взгляде его глаз», что «не будь помощи и поддержки юноши при написании пьесы, то не было бы столь великолепной пьесы», это — во-первых.
Во-вторых, когда по завершению действа пьесы, бурных оваций королева взяла слово для похвалы, то эти похвалы прежде всего предназначались юному графу Саутгемптону за его посильную помощь в написании пьесы, а также поддержку в постановке её на королевских подмостках.
«And that your love taught it this Alchemy?
To make of monsters and things indigest,
Such cherubins as your sweet self resemble,
Creating every bad a perfect best
As fast as objects to his beams assemble» (114, 4-8).
«И то, что ваша любовь научила ей, этой Алхимии? (по праву)
Составлять из монстров и вещей неудобоваримых (спустя),
Подобных херувимов, так напоминающих ваше сладкое Я,
Сотворивши из любого плохого безупречно лучшее (во всём),
Так скоро, как объекты собрали бы их лучи — пучком» (114, 4-8).
В строках 5-6, повествующий бард, продолжая сюжетную линию сонета описал черты творческой «алхимии» юноши: «To make of monsters and things indigest, such cherubins as your sweet self resemble», «… (по праву) Составлять из монстров и вещей неудобоваримых (спустя), подобных херувимов, так напоминающих ваше сладкое Я». Конечная цезура строки 5 была мной заполнена предлогом в скобках «спустя», который разрешил проблему рифмы строки.
Но в одной из пьесе Шекспира можно встретить образ «cherubins», «херувимов» строки 6 сонета 114, если обратиться к мизансцене «обращения Просперо к Миранде» пьесы Шекспира «Буря», Акт I. Сцена II, 182—183 (William Shakespeare «The Tempest» Act I, Scene II, line 182—183): «O, a cherubin thou wast that did preserve me», «О, херувимчиком ты была дабы, действительно, уберечь меня».
Чтобы указанную фразу не вырывать из контекста пьесы, любезно предлагаю для сопоставления и сравнения фрагмент диалогов пьесы Шекспира «Буря», Акт I. Сцена II, 180—200.
— Confer!
________________
________________
Original text by William Shakespeare «The Tempest» Act I, Scena II, line 180—200
This text is distributed for nonprofit and educational use only.
ACT I. SCENE II. The Island. Before PROSPERO'S cell.
Enter PROSPERO and MIRANDA
MIRANDA
Alack, what trouble
Was I then to you!
PROSPERO
O, a cherubin
Thou wast that did preserve me. Thou didst smile,
Infused with a fortitude from heaven,
When I have deck'd the sea with drops full salt,
Under my burden groan'd; which raised in me
An undergoing stomach to bear up
Against what should ensue.
MIRANDA
How come we ashore?
PROSPERO
By Providence divine.
Some food we had, and some fresh water that