Чтение онлайн

Где-то очень близко, прямо над моей головой уже знакомо хлопнули крылья, и Дидан грациозно опустился на землю рядом с нами. Окинул меня цепким взглядом, и только после отвесил мне короткий поклон.

— Рад видеть вас с добром здравии.

Голова больше не кружилась, тело не болело, — или же я просто перестала все это чувствовать, — но теперь я могла вблизи полюбоваться тем, как красиво были сложены за его спиной крылья.

Большие. Сильные.

Сколько же боли он вытерпел, скрывая их целых полтора года.

Как далеко и в какие глухие места ему приходилось бежать ночами, чтобы ненадолго расправить их.

Сколько вынесла бедная Полли, сколько дней провела, обмирая от страха за него. От того, что будет, если люди о нем узнают…

И все же они не сбежали. Поняв, что не хотят и не могут жить друг без друга, они остались здесь, — в городе, где и Дидану, и их ребенку всегда грозила бы опасность.

Мог ли Эстебан ни о чем не догадываться?

Разумеется, нет.

Он превосходно знал, за кого отдал дочь.

Поэтому Дидан знал, где меня искать, — мчавшийся на пожар мельник видел, как меня ударили и забросили в повозку.

Видел и не стал звать караульных или ждать лорда губернатора. Он просто рассказал об этом тому, кого никто в общей суете не хватится. Тому, кто совершенно точно способен меня защитить, даже если против него окажется десяток вооруженных головорезов.

Человек с крыльями дракона.

Полукровка, не задумываясь пожертвовавший своим секретом ради моего спасения.

— Спасибо, — я сказала это, глядя Дидану в глаза, а потом повернулась и повторила Альберту. — Спасибо.

— Не стоит благодарности, леди Стефания. В этом есть и моя вина, — последний ответил мне еще одной шальной полуулыбкой, кивком указал на замок за своей спиной. — Мы даже получили некоторое удовольствие, разбираясь с этим.

В очередной раз за эту ночь и утро меня пробрала дрожь, потому что только теперь я поняла: они и правда пришли сюда вдвоем.

Альберт знал об истинной природе Дидана, и потому так добро посмеивался, спрашивая меня, хочу ли я, чтобы он оказался на исключительном положении, нанявшись на работу в замке.

И все же напугало меня отнюдь не это.

— Вернон?..

Я не могла заставить себя закончить фразу, задать свой вопрос как положено.

Мгновенно ставший серьезным Альберт отрицательно качнул головой:

— С ним все в порядке. Почти. Меня и людей, что были со мной, задержали на дороге. Эти мерзавцы взбаламутили толпу, на нас устроили засаду, так что пришлось хорошо подраться.

Вообразив, как его когти вспарывали шеи перепуганных крестьянских дураков, я ощутила новый приступ дурноты, но на этот раз моего локтя коснулся Дидан:

— Не тревожьтесь, все живы. Господин Альберт был не один, ему не пришлось убивать.

Новость была хорошей, но я все еще не услышала главного, и потому бросила испытующий взгляд и на него тоже:

— Что с графом? Патрик сказал, что разъяренная из-за пожара толпа отправилась ко Дворцу Правосудия…

— Это так, — Альберт вернул себе мое внимание, но, когда я развернулась, он сам задумчиво смотрел куда-то вдаль, вправо. — Люди подожгли Дворец Правосудия. В отместку за свое поле. Господину губернатору пришлось несколько раз пройти через огонь, чтобы никто из тех, кто был внутри не пострадал. К счастью, он вывел всех, и мертвецов в Мейвене не прибавится…

— Он пострадал, — теперь уже я сама вцепилась в его плечо, вынуждая посмотреть себе в лицо. — Он сильно ранен?!

Рискнуть собой, спасая из пожара людей, с которыми нес службу… Людей, которые, вероятно, даже не скажут ему спасибо…

Это было настолько в духе Вернона Рейвена, что меня затрясло сильнее.

Если Альберт скажет, что он при смерти…

Драконы выносливы, огонь — их стихия, но сколько нужно, чтобы по-настоящему навредить одному и них?!

— Не сильно, но достаточно, — Альберт все-таки поморщился, всего на мгновение, но демонстрируя свою досаду, испуг, презрение к самому себе за то, что не предотвратил, не успел вовремя. — К вечеру он уже будет здоров, с ним верные ему люди. Я пообещал ему, что мы с Диданом позаботимся о вас.

Мне показалось, что сама Игла качнулась.

Вернон был жив, ему ничто не угрожало.

Он знал правду о Дидане. Узнал, когда тот стоял во дворе вместе с остальной семьей пришедшего просить за моих родителей мельника. Когда он сам пришел просить, — молчаливо, в тайне, но склоняя голову перед Черным драконом, который должен был почувствовать его и мог выдать.

Когда я прибежала к лорду губернатору, он был превосходно осведомлен о том, что за моей спиной есть некто сильный. Полудракон.

Знал и не верил, что не знаю и не намерена этим воспользоваться я сама. Хотел разгадать, что я из себя представляю, если стою, по мнению скрывающегося полукровки, таких рисков.

Полукровки, которого могли убить за саму его природу…

Почему?

Хотела бы и я узнать ответ на этот вопрос.

С большой долей вероятности, исток этой верности лежал там же, где и причины, побудившие меня принести ключи от своего бывшего дома именно Полли.

Нечто неуловимое, необъяснимое, тайное. То притяжение близких по духу людей друг к другу, которое не получится понять умом, но можно почувствовать. Не зависящее ни от происхождения, ни от положения, ни от разума.

И почти сразу же меня стрелой пронзила еще одна догадка.

Крики. Кровь на одежде Альберта. Ужас, который намеренно наводил на людей Дидан…

— Леди Лорьен?..

— Цела, что ей сделается, — мельник хмыкнул чуть слышно.

Альберт же улыбнулся куда выразительнее:

— Даже я не стал бы убивать даму в ее положении. Какой бы дрянью она ни была.

Он снова повернулся, кивнул мне в том направлении, куда только что был устремлен его взгляд:

— На деле решительно не понятливыми оказались только трое. Все остальные, включая леди Кларису бегут. Спасаются как могут. Дидан доставит вас к графу, а я на этот раз позабочусь о том, чтобы прибежали они прямиком в комендатуру.

Я коротко, дергано, некрасиво закивала, не зная, чего хочу больше, — засмеяться, заплакать или сесть прямо на землю.

Альберт продолжал смотреть на меня, и постепенно улыбка его смягчилась.

— Не тревожьтесь, леди Стефания. Все…

Он не успел договорить, потому что на нас опустилась тень, — огромная, неровная, страшная. Как будто само небо и правда накренилось и падало на землю.

Альберт стиснул зубы, а Дидан за моей спиной прошептал что-то восхищенно и неразборчиво.