Чтение онлайн

– Послушай-ка, Мейер, – заявил своему соседу широкоплечий фукс, – ты здорово ударил меня по локтю своей спиной, свинья!

– Идиот! – отозвался Мейер.

– Ах, идиот? Хорошо!.. Через четверть часа извольте быть у Кейзерштуля! Э! Черт возьми! А где же тут будет у нас Кейзерштуль?

– Это уж из рук вон! Не знаешь даже, где здесь и подраться!

Трихтер и Фрессванст сказали в один голос:

– Выпить бы теперь хорошенько!

– Что за черт! – воскликнул какой-то студент. – Неужто мы пустим корни в этой скверной деревушке да так и будем стоять пнями, как дорожные столбы?

– Ведь Самуил должен был вести нас.

– Самуил, Самуил! Где же Самуил?

– Эй, Самуил, иди сюда, мы не знаем, куда нам деться! Смутьяны затевают ссору, начинается возмущение, весь беспорядок нарушен!

Самуил спокойно подошел к ним вместе с Юлиусом.

– В чем дело? – спросил он.

– А в том, что нет здесь ни черта, – огрызнулся Мейер.

– А что вам нужно?

– Самое главное, что необходимо каждому человеку: гостиница.

– Дети вы, дети! – с упреком заметил Самуил. – Дайте мне подумать минут пять, и у вас будет все необходимое. Мы с Юлиусом сходим к бургомистру, и, вернувшись, я займусь программой нашего бунта. А куда подевался Трихтер?

– Он все говорил, что хочет пить.

– Разыщите его где-нибудь в можжевельнике и пришлите ко мне, мне нужен секретарь. И прошу вас не галдеть, пока ваш король будет хлопотать о вас.

– Будь спокоен, Самуил! – прогремела толпа.

Самуил и Юлиус вошли в дом, на который им указали как на жилище бургомистра и куда вслед за ними явился и Трихтер. Едва за преданным фуксом захлопнулась дверь, как верные данному ими слову вести себя тихо студенты неистово заорали следующий куплет студенческой песни.

Дверь дома господина бургомистра открылась, Самуил, Юлиус и Трихтер предстали перед очень крупным человеком, очевидно, весьма смущенным.

– Бургомистр? – спросил Самуил.

– Зачем он вам? – пробормотал тучный человек.

– Затем, чтобы объясниться с ним.

– А вы ничего худого ему не сделаете? – робко осведомился толстяк.

– Напротив.

– Если так, то бургомистр – это я.

– Имею честь вас приветствовать! – сказал Самуил. – Но я полагаю, что у вас в доме, кроме передней, имеются другие помещения, поудобнее. Так не лучше ли нам устроиться там?

Бургомистр, дрожа от страха, провел их к себе в кабинет. Самуил сел.

– Так вот, – сказал он. – Мы принимаем Ландек под свое управление. Надеемся, что вы не окажете сопротивления и избавите нас от суровой необходимости брать дома приступом. Университет удостаивает чести ваше местечко – мы расположимся здесь на некоторое время. Вы сами понимаете, что у нас могут быть разные капризы, которым вам лучше не противиться. Вот я и пришел договориться с вами. Вы бургомистр Ландека, а я король университета. Обстоятельства требуют, чтобы вы уступили мне свою власть.

– Но, ради самого Господа, скажите, что вы намерены делать? – воскликнул тучный бургомистр.

– О, будьте покойны, почтеннейший…

– Пфаффендорф.

– Будьте покойны, почтеннейший Пфаффендорф. Мы явились сюда только учиться и развлекаться. Вы против этого ничего не имеете?

– Но вы не будете посягать на имущество?

– Ручаюсь вам в этом – даю слово короля.

– Ну что ж! – Пфаффендорф тяжело вздохнул.

– Значит, решено? – спросил Самуил.

– Решено.

– Вашу руку, благороднейший бургомистр! И, пожалуйста, не бойтесь, что я намерен каким бы то ни было образом унизить или затмить вашу почетную должность. Я оставлю за вами достойное вас место, которое вы и будете занимать во всех предстоящих развлечениях и церемониях.

– Вы очень добры, – ответил тронутый Пфаффендорф. – Но мне пришло в голову, что вам, быть может, понадобится наша деревенская полиция? Так я ее предоставлю в ваше распоряжение.

– А велика она у вас?

– Да всего один человек.

– Давайте его нам, – со смехом сказал Самуил. – Он будет под нашим покровительством.

– Уж вы его не обижайте. Я сейчас его позову. – И бургомистр вышел, совершенно очарованный Самуилом.

В кабинете стоял стол с письменными принадлежностями.

– Садись сюда, – велел Самуил Трихтеру.

– Но, послушай, – сказал Юлиус Самуилу, – как ты ухитришься разместить Гейдельберг в Ландеке? Правда, я могу отдать в твое распоряжение весь свой замок, но ведь и его не хватит.

– Прежде всего, – возразил Самуил, – к замку будет запрещено приближаться кому бы то ни было. Мы здесь не для того, чтобы стеснять графиню Гермелинфельд, а для того, чтобы служить ей. Мы будем счастливы, если она удостоит своим присутствием некоторые из наших праздников. Полагаю, она победит свою робость и решится на это. Но право выбора сохраняется, разумеется, за ней, и мы никоим образом не будем ее беспокоить своим соседством.

– Прекрасно, но где ты разместишь всю эту толпу?

– Э, черт возьми! Что может быть привлекательнее отдыха под открытым небом в эти прелестные летние ночи. Спальней нашей будет зеленый лес. На случай дождя у меня есть пещеры, в которых я могу разместить четыреста человек. Ты не бойся, эти пещеры совсем не там, где находятся известные тебе. Что касается съестных припасов, то они будут в изобилии доставлены из соседних местечек. Да притом и местные жители не так глупы, чтобы не воспользоваться ливнем из гульденов, который польется на них с неба. Они, несомненно, и сами запасутся провизией, и мы будем утопать во всяческих излишествах. – Затем, повернувшись к Трихтеру, он сказал: – А ты напиши распоряжения.

Спустя четверть часа Трихтер, встав на стул, читал толпившимся вокруг него студентам следующий декрет:

– «Мы, Самуил Первый, император фуксов, покровитель академической конфедерации и проч., и проч., и проч., повелеваем и приказываем нижеследующее:

РАСПОРЯЖЕНИЯ ОБЩИЕ

Статья 1. Принимая во внимание, что в Ландеке гостиниц не имеется, все жилые дома оного обращаются в гостиницы.

Статья 2. Принимая во внимание, что жилых домов Ландека недостаточно для нашей компании, в лесу, под сводом небесным, будет раскинут лагерь, снабженный всеми удобствами для жизни, как то: палатками из древесных ветвей, постелями из травы, кушетками из соломы и диванами из сена. Одни только женщины, дети и больные, признанные таковыми медицинским советом, будут обитать в презренных домах со штукатуркой и полами.

Статья 3. Плата за аренду помещений и деньги за всякого рода покупки будут выдаваться, смотря по обстоятельствам, либо из общественной кассы, либо из личных средств, за исключением товаров, которые обыватели Ландека приобретут в Гейдельберге, – они будут конфискованы. За этим единственным исключением всякое покушение на частную собственность, равно как и на личность, будет сурово караемо дисциплинарными мерами, принятыми в студенческом общежитии.

РАСПОРЯЖЕНИЯ ВРЕМЕННЫЕ

Конец сего первого дня мы проведем за изучением местности и водворением в ней. Завтра будут вывешены две афиши: одна – с программой занятий, другая – с программой развлечений, которые будут устроены на обетованной Ландекской земле, дабы скрасить студентам горести жизни. Сегодня вечером Юлиус Эбербах предложит своим бывшим товарищам пунш в лесу.