Чтение онлайн

В воздухе ожил таймер. Начался отсчёт пяти минут.

Человеку номер один предстояло объявить трёхсотлетие Хаба Аровск и дать салют в честь города.

"Я буду мудрее на тысячу лет и никогда не умру", - вспомнил он её слова.

Креветка сделал шаг вперёд и гордо прокричал во вселенную перед собой:

– Я, БОЧ-1, барон Кузьма и Креветка, объявляю салют в честь Хаба Аровск и заявляю, что эта планета занята!

Он направил ПП в сторону Китай-Острова и нажал на спусковой крючок. Отдача неприятно ударила в плечо. Одновременно с этим роботы почётного караула дали залп из своих орудий. Разноцветные взрывы обрушились на Утёс, Исконную и самого Креветку. Нанослой надёжно защитил его от синяков и ожогов.

Полностью удовлетворённый таким приземлённым, но оглушительным салютом, Креветка удалился. Ему предстояло подготовиться к завтрашней встрече с новым БОЧ-2, предстояло так много рассказать ему и столь многому научить. Предстояло передать ему планету... и угостить мороженкой.

Глава 8. ПП

– ПП! Фёдор, это ПП! Там был мой ПП!

Амурский услышал вопли друга из соседней комнаты ещё не успев открыть глаз. Через секунду Лихой ворвался в комнату, размахивая пистолетом.

– Смотри! Вот! Всё правда!

Матвей сунул ему под нос табельную рукоять, но вокруг было слишком темно. В возбуждении он рванулся обратно к выключателю, запнулся, упал, потом всё же дотянулся включить свет и вернулся, чтобы опять предъявить оружие. На золотой пластинке, действительно было выгравировано "ПП".

– Пистолет-пулемёт?

– Можно и так, - согласился полковник, - а можно и Пистолет Пустоты. Только об этом единицы знают - нам нельзя разглашать. Кузьма стрелял из моего табельного!

Амурский сел на кровати, разглядывая причудливую гравировку волка, пытающегося укусить условное солнце.

– Точь-в-точь как мой, - ещё раз воскликнул Лихой внезапно успокаиваясь.

Разговор резко смолк. До них обоих наконец дошло, что история клонированных людей была явлена им одновременно, получив этим свойство неоспоримости. А значит у них больше не было выбора - судьба смотрела в них из несбыточного. Только в них.

– Будущее, Обязательная вахта, Утёс?
– все же попытался свериться Амурский.

Полковник рассеянно кивнул.

– Круг замкнулся, - пробормотал наконец он, избегая смотреть в глаза Амурскому.

Он встал и открыл дверь балкона. В комнату скользнул ночной отрезвляющий сквозняк. Лихой остался у двери, сделав вид, что интересуется многоквартирными окнами напротив.

– Кузьма стрелял в Китай-Остров. А потом уничтожил будущую Изольду. Значит, ты должен выстрелить в меня, а потом в Изольду, - подвёл за него итог бывший Ставрогин.

– Но я не Кузьма, - усмехнулся полковник.

– Ты не Кузьма. Из этого тоже следует вывод. "Сыны сражаются и смертью искупают", - процитировал он Великого.

Полковник мрачно кивнул. Повисла долгая пауза, примиряющая мужчин с приближающейся неизбежной смертью.

– На Утёсе!
– вдруг торжественно решился оборотень, обернувшись к другу.

– На Утёсе, - согласился рептилоид.

– На Утёсе, - прошептала в темной пещере полупрозрачная Изольда.

Глава 9. Другой полковник

Полковник пропал без предупреждения.

Ещё ночью, привычно проснувшись между сновидениями, Катя не обнаружила его у своей кровати, хотя на протяжении всех последних недель каждый раз выныривая из безопасности сна, она холодела от ужаса, натыкаясь на его невидящий взгляд фанатика.

Как ни странно, отсутствие полковника не успокоило, а ещё больше растревожило её.

Лихой не появился и утром. Проведя полдня в уединении и засобиравшись в салон, Катя позвонила ему сама. Трубку никто не взял.

Раньше при звонке на его номер после пяти гудков вместо автоответчика в разговор вступал служебный голос, обозначавший себя школьно-институтским "Дежурный". Этот диссонанс между серьёзностью государственной машины и легкомысленностью учебной поры всякий раз вводил Катю в ступор. Выслушав с полминуты её робкое сопение, голос бесстрастно сообщал "Принято" и клал трубку. Обычно после этого сразу перезванивал полковник.

В этот раз длинные гудки никто не прервал.

Еще с час помыкавшись по пентхаусу, Катя решила ехать сама, но входная дверь оказалась заблокирована. Электронный замок не реагировал ни на кнопку открывания, ни на ключ-карту, ни на прямой ввод пароля. Даже экран домофона транслировал темноту, а подойдя к глазку, Катя обнаружила напротив двери пару автоматчиков в масках. После просьбы разобраться с дверью они передернули затворы и прицелились на голос. Проверять прочность дверной стали Катя побоялась и решила обойтись на сегодня без салона.

Благодаря откровениям полковника она была теперь в курсе существования вампиров и рептилоидов под общим великодушным кураторством волчьего братства. Но ни о пророчествах, ни об Утёсе в тот момент знать конечно не могла. Она лишь интуитивно поняла, что зловещие шестерни, управляющие железной пятой Братского Круга в очередной раз пришли в движение, готовясь перемалывать кровавый фарш.

Через три дня в пентхаусе отключили свет и воду, но блокировка с двери так и не исчезла. Автоматчики тоже остались на месте.

По многолетнему правилу Катя не держала в доме провоцирующих калорий, поэтому к моменту ужесточения блокады съестных припасов осталось всего дня на четыре. Из питья, кроме французских коньяков Лихого, обнаружилась лишь 20-литровая бутыль с освещенной афонскими старцами водой из гренландского экологичного айсберга.

Чтобы не растрачивать энергию, Катя решила меньше двигаться. Она обустроилась в гостиной на диване, коротая время в наблюдениях за причудливым танцем лазерных точек на противоположной стене. Её не страшил этот смертельный танец. После столь близкого общения с полковником она гораздо лучше понимала логику происходящего. Снайперы с соседней высотки, выцеливая ее силуэт сквозь панорамные окна, на самом деле не желали ей зла или смерти - просто кровавые шестерни еще не порешали "её вопрос" и выжидали, ясно давая понять о своих раздумьях.