Чтение онлайн

Города с более квалифицированным населением отличаются более высо­кой стоимостью жилья (при том же его типе и качестве). Исследователи дела­ют вывод, что люди готовы больше платить за возможность жить и работать по соседству с другими высококвалифицированными людьми [14].

Исследование Всемирного банка обнаружило сходные закономерности при изучении провинций Бангладеш. Реальный уровень потребления в семьях, жи­вущих в бангладешском регионе Тангаил/Джамалпур, на 47 % ниже, чем в семь­ях с аналогичной квалификацией в Дхаке. Бангладешская женщина, переехав из Тангаила/Джамалпура в Дхаку, повышает свой уровень жизни.

Еще одно исследование выявило те же зависимости при изучении групп им­мигрантов в США. Одна из типичных особенностей таких групп состоит в том, что они отличаются высоким уровнем внутреннего соответствия среди отдель­ных своих представителей. Человек, принадлежащий к группе высокооплачива­емых иммигрантов, с большей вероятностью получит высокую зарплату, чем человек, принадлежащий к группе низкооплачиваемых иммигрантов. Не спе­шите упрекать меня в тавтологии. Индивидуум — слишком малая единица, что­бы повлиять на средний показатель группы иммигрантов. Если бы соответствие не приносило выгоды, можно было бы ожидать, что зарплата каждого человека определяется только его квалификацией. Вместо этого мы видим, что на его зар­плату влияет зарплата группы, к которой он принадлежит. Ученые подтвержда­ют, что возможность соответствия другим квалифицированным работникам зна­чит не меньше, чем личная квалификация человека.

А что происходит, когда квалифицированные работники могут преодоле­вать национальные границы? Принцип соответствия помогает объяснить утеч­ку мозгов некоторых специалистов из бедных стран в богатые. Лучший повар в Марокко знает, что он будет в большей степени соответствовать квалифици­рованным ресторанным работникам во Франции, чем в Марокко, и поэтому во Франции ему будут платить больше. Хирург из Индии будет зарабатывать боль­ше, если ему будут соответствовать более квалифицированные медсестры, анес­тезиологи, рентгенологи, медтехники, бухгалтеры и администраторы. Высо­коквалифицированный хирург из Индии предпочтет переехать в Соединен­ные Штаты, где можно найти других квалифицированных работников.

При убывающей отдаче неквалифицированные работники пожелают эмиг­рировать в богатые страны. Квалифицированные же работники останутся в бедных странах, где квалификация — редкость. По принципу соответствия ква­лифицированные работники из бедной страны захотят переехать в богатую, чтобы соответствовать квалифицированным работникам там. И в действитель­ности, как мы помним, образованный индиец эмигрирует в США в четырнад­цать раз чаще, чем индиец необразованный [15].

(Те же законы подсказывают, что финансовый капитал будет перетекать в наиболее богатые страны. Принцип возрастающей отдачи означает, что уро­вень доходности капитала выше там, где он уже в избытке. Мы видели в гла­ве 3, что самым богатым 20 % мирового населения и потому располагающим самым большим капиталом достаются 88 % частных потоков капитала, а са­мые бедные 20 % населения получают лишь 1 %.)

Конечно, существуют иммиграционные ограничения на передвижение лю­дей между странами. Может быть, более информативным окажется изучение того, как обстоят дела у тех многочисленных квалифицированных людей, ко­торые не могут уехать, в странах с высокой средней квалификацией и в странах с низкой. Огромные различия в оплате квалифицированного труда в разных странах тоже подтверждают принцип соответствия. Вспомните, о чем говори­лось в главе 4: в 1994 г. инженер в Нью-Йорке получал в среднем 55000 долла­ров в год, а в Бомбее — 6000 долларов [16].

Возникает вполне резонный вопрос. Как же получилось, что в бедной стра­не работники менее квалифицированны, чем в богатой?

Как не разбогатеть на недвижимости

Итак, возрастающая отдача повышает доходность индивидуальных инвес­тиций, если в обществе в среднем накоплен более высокий уровень знаний. Является ли это типичным условием нашей игры в соответствия? Безусловно.

Наглядным примером для игры в соответствия, взятым из повседневной жизни и позволяющим проследить за индивидуальными инвестициями, мо­жет послужить недвижимость. Никто не строит красивые особняки в город­ских гетто, где дешевая земля. И, разбогатев, человек обычно не ремонтирует свое старое жилье, а уезжает из гетто. Рынок недвижимости создает мощные стимулы для соответствий. Стоимость красивого особняка снизится из-за низ­кой стоимости жилища его бедных соседей. Такое соседство без слов предуп­реждает о недостатках данного квартала — таких, как высокая преступность и плохое качество школ. Эти свойства района тоже создают мощные стимулы для соответствия. Новый дом, который здесь строят, обычно принадлежит к тому же типу и отличается таким же качеством, что и уже существующие.

В этой ситуации есть свои плюсы и минусы. Предположим, мои соседи не очень озабочены наведением внешнего блеска. Они оставляют перед подъез­дом ржавые старые «Форды» и предпочитают естественный вид шелушащейся краски и голой серой древесины. Но поскольку большинство покупателей до­мов не разделяют вкусы моих соседей, стоимость моего дома снижается из-за неприглядной картины поблизости. В итоге мои стимулы к поддержанию по­рядка в собственном доме тоже ослабевают.

В недвижимости есть свои благодетельные и порочные круги. Ветхие квар­талы остаются ветхими, потому что никому не выгодно производить там ре­монт. Дорогие кварталы остаются дорогими, потому что никому не выгодно снижать стоимость собственного жилья (поэтому соседи оказывают косвен­ное давление друг на друга).

Повышение квалификации и соответствия

Давайте вернемся к более серьезной проблеме квалификации в разных стра­нах. Люди, совершенствующие свои навыки в национальной игре в соответ­ствия, похожи на домовладельцев, ремонтирующих свои дома в ходе город­ской игры в недвижимость. Хорошо, если соседи (коллеги) обладают домами (квалификацией) высокого качества.

Предположим, однако, что страна изначально бедна и у всех работников низкая квалификация. Мисс Н. решает, стоит ли ей идти на определенные жерт­вы и учиться на врача. Если она решится получать медицинское образование, ей придется отказаться от неквалифицированной работы, которую она может найти уже сейчас. Во все время учебы она уже не сможет поддерживать своих пожилых родителей и младших братьев и сестер. Зато, став высококвалифи­цированным врачом, она сможет зарабатывать. И после нескольких лет лише­ний она сможет больше помогать своим близким. Но насколько увеличатся ее заработки после того, как она получит диплом врача?

Мы вернулись к тому, с чего начали. Насколько увеличится ее заработок, за­висит от того, насколько успешно она будет соответствовать другим квалифи­цированным работникам — например, медсестрам, фармацевтам, бухгалтерам. Возможность выгодного соответствия зависит от того, какое образование у всех остальных. После получения образования задача мисс Н. будет заключаться в том, чтобы найти людей с квалификацией, сопоставимой с ее собственной.

Она может сделать попытку заранее скоординировать свои усилия с други­ми людьми, чтобы после выпуска соответствовать другим квалифицирован­ным специалистам. Но тогда ей необходимо будет знать больше, чем реально возможно, и идти на соглашения, которые невозможно выполнить. Очевидно, лучшее, что она может сделать, — это проверить, сколько в среднем людей по­лучает образование в ее сфере. Если в здравоохранении много образованных людей, то ее шансы соответствовать другим квалифицированным специалис­там будут намного выше. Она знает, что идти в медицинский институт целесо­образно в стране, где уже есть множество образованных медсестер, фармацев­тов и бухгалтеров. Но это нецелесообразно там, где такие квалифицированные работники — редкость.

Вывод, который она может сделать, заключается в том, что идти в институт стоит в том случае, если квалификация в среднем по стране высока, и не идти, если она все еще низка. Такое решение окажется разумно для самой девушки, но катастрофично для страны. Население с низким уровнем квалификации так и не повысит его, потому что никто в отдельности не сочтет разумным посту­пать в институт.

Еще хуже, если квалификация представляет собой нечто дополнительное по отношению к общему состоянию знаний в стране. Люди, которые получа­ют образование в обществе, где знания на низком уровне, не извлекают из это­го тех выгод, которые доступны людям в обществе с высоким уровнем знаний. Даже если знания будут «утекать», ценность образования окажется существен­но ниже, так как общий объем знаний будет мал. Если в обществе с низким уровнем знаний работники и ходят в школу, нация все равно останется бедной (вспомните, каким на удивление непродуктивным оказался образовательный взрыв, о котором шла речь в главе 4).

Как и другие примеры возрастающей отдачи, истории о соответствиях слов­но служат намеком: бедная страна бедна, потому что она изначально была бед­на. В образовании есть свои порочные круги. Если страна начинает с высокого уровня квалификации, она становится более квалифицированной. Если с низ­кого — она остается неквалифицированной. Дело тут не в природных особен­ностях. Причина различий не в достоинствах и недостатках отдельных людей, а в начальной точке, с которой страна начала движение. Мы снова убеждаемся, что целый народ может оказаться зажатым в рамках порочного круга.