Чтение онлайн

Онлайн-перепалка, разгоревшаяся вокруг нефритовых яиц, возможно, была очень выгодна Пэлтроу. В своей статье журналист газеты The New York Times Тэффи Бродессер-Акнер (Taffy Brodesser-Akner) подчеркивает, что даже критика материалов, размещенных на сайте Goop, способствует увеличению посещаемости ресурса. Пэлтроу спокойно восприняла критику, она была готова извлечь выгоду из этой «вспышки праведного гнева», привлекшего внимание к Goop. «Я могу монетизировать это возмущение», – заявила она, выступая перед студентами Гарвардской бизнес-школы31.

В итоге Goop удовлетворил иск калифорнийской рабочей группы по контролю за продуктами питания, лекарственными препаратами и медицинскими устройствами на сумму 145 000 долларов – не так уж много для компании, которая, как утверждается, стоит 250 миллионов долларов. В конце концов сайт предложил покупателям вернуть деньги за нефритовые яйца, а не подкрепленные наукой утверждения о пользе вагинального пропаривания и нефритовых яиц со страниц ресурса исчезли. Теперь Goop тщательно проверяет всю размещаемую информацию, хоть Пэлтроу в интервью The Times и назвала эту практику «необходимым, но мучительным занятием». Теперь все товары, которые продаются на Goop, сопровождает следующее предупреждение:

Данная статья не заменяет профессиональной медицинской помощи, не может использоваться для постановки диагноза, в ней не рекомендуется лечения, на нее не следует ссылаться при посещении врача.

Вот именно.

Если говорить о банальной безопасности, пропаривание влагалища или помещение в него инородных тел не приведет к летальному исходу, но получается, что Goop заботится о здоровье вашего влагалища не больше, чем производители спринцовок в 1930-х годах. Чтобы повысить продажи своей продукции, ресурс использует те же самые приемы психологической манипуляции и старается убедить вас в том, что вы со своим влагалищем ни на что не годитесь и вам нужно что-то такое, что исправит все ошибки. В 1959 году женщин убеждали в необходимости культивировать «изящество», сегодня это называется «женственность», однако посыл рекламы остался прежним, и тот факт, что этот посыл преподносится в форме феминистического лозунга, не меняет ущербного мировоззрения его авторов.

Если случилось так, что один из этих вагинальных аксессуаров изменил вашу жизнь, – отлично, вы молодец. Лично я никуда «Палочки Девы» засовывать не собираюсь и свое влагалище пропаривать не буду, но допускаю, что мне было бы интересно узнать, проснется ли во мне наложница, если я начну расхаживать с нефритовым яйцом во влагалище. Потом я увидела исследование Джен Гантер (Jen Gunter) 2018 года – она решила проверить фонды китайских артефактов и выяснить, что известно о нефритовых яйцах. Оказалось, они нигде не упоминаются33. Китайские наложницы и нефритовые яйца были не более чем маркетинговой хитростью. Да и вообще, не собираюсь я делиться с Goop 66 долларами с трудом заработанных денег.

Поскольку сайту Goop больше верить нельзя, я дам вам один надежный медицинский совет: возьмите эти 66 долларов, купите себе хороший вибратор и наслаждайтесь оргазмами. Точно вам говорю: и вам, и вашему влагалищу от этого только польза будет.

Глава четвертая

Бородавки и прочие

Повсеместное присутствие папилломавируса человека

Нокаут

После первого курса колледжа я устроилась консультантом-сексопатологом в Калифорнийский университет в Беркли и получила опыт, который, в числе прочего, определил всю мою дальнейшую судьбу. Мне нравилось беседовать со студентами с глазу на глаз о сексе и ИППП, ходить по общежитиям и студенческим клубам с пластмассовым пенисом и показывать, как правильно надевать презерватив. К третьему курсу я стала координатором программы по набору и подготовке новых консультантов-сексопатологов.

Каждую осень у нас закипала работа: нужно было научить новых консультантов всему, что они должны знать об ИППП, контрацепции, цервикальных мазках на рак шейки матки. Вскоре сотням первокурсниц предстояло прийти в студенческий медпункт, пройти первый в жизни осмотр у гинеколога и сдать цитологический мазок, и в задачи консультантов входило побеседовать с каждой, рассказать и показать, что и как врач будет делать, ответить на вопросы, поэтому обучение заканчивалось демонстрационным гинекологическим осмотром. Понятно, что наблюдать, как врач проводит осмотр, – это не то же самое, что самому осматривать пациентку, но все же лучше, чем совсем ничего.

И вот накануне самого главного дня мы наняли девушку на роль пациентки, нашли смотровую и врача, который вызвался провести осмотр. Многие из будущих консультантов собирались поступать в медицинский, поэтому обрадовались возможности поприсутствовать на настоящем осмотре. Когда я в тот день вернулась домой, на автоответчике телефона мигала красная лампочка. Я нажала на кнопку воспроизведения и услышала голос Роберты, нашего куратора. У нашей модели только что начались месячные, сказала она. Конечно, осмотр и во время месячных можно провести, но никто ничего не увидит, и девушка хотела бы отказаться. Нужно срочно найти кого-то на замену, или эту часть обучения придется перенести. И тут она предложила: не соглашусь ли я заменить модель на осмотре?

Я взвесила все «за» и «против». С одной стороны, в мое влагалище будут заглядывать незнакомые люди. С этими людьми мне придется встречаться каждую неделю весь оставшийся год. С другой стороны, если я откажусь, придется менять график обучения и искать для этого занятия другую дату, которая устроит всех.

Я быстро приняла решение, позвонила Роберте и сказала, что согласна заменить модель. На следующий день я направилась в университетский медпункт, прямо к смотровому креслу. Лиц женщин, ожидавших начала осмотра, я не помню, а вот двух мужчин – Найлса, долговязого парня со светло-русой челкой, падающей на глаза, и Луиса, коротышку с короткими темными волосами и ямкой на подбородке, – запомнила хорошо. Мы с Луисом потом даже недолго встречались, но ближе, чем на том экзамене, он мое влагалище так и не увидел.

Наверное, вы думаете, что гинекологический осмотр перед аудиторией произвел на меня сильное впечатление. На самом деле я почти ничего не помню: не помню, каким был врач, не помню, о чем он говорил во время осмотра, я даже не помню, какие ощущения испытывала. По опыту я в курсе, что он вставил мне во влагалище металлический расширитель и раскрыл его, чтобы было видно стенки влагалища и шейку матки. В этот момент моя память перестала фиксировать происходящее. После того как каждый из будущих консультантов подошел и заглянул внутрь, врач велел мне поднять колени повыше, сунул мне между ног смотровое зеркало, и я впервые в жизни увидела шейку своей собственной матки.

Я не дурнушка, но шейка матки у меня гораздо симпатичнее, чем вся остальная я, – идеальный мясистый пончик с маленькой дырочкой, которая может расшириться в 10 раз и когда-нибудь пропустить головку ребенка. Я вытаращила глаза, закивала головой и улыбнулась. Чудесно.

Я немного посидела ровно, поболтала со студентами и с доктором. Прежде чем я откинулась назад, Найлз издал вздох и осел на пол. Я никогда не видела, как люди теряют сознание, и растерялась. Все присутствующие бросились к нему (я все еще сидела в компрометирующем меня положении). Несколько пар рук поддерживали Найлзу голову, под мышки его поднимали на ноги. Он медленно встал, щеки у него горели, а голова тряслась.