Чтение онлайн

За что мне это?

Будь я в доме родителей, то могла бы поспать ещё часа четыре, потому что во время каникул мне никуда не нужно. Если только у папы может возникнуть внезапный приступ меня воспитать, но даже в таком случае часов до восьми я точно могла бы спать.

А здесь…

Это всё месячные. Вот они кончатся, и нытью моему тоже придёт конец. А теперь нужно взять себя в руки и просто встать с постели, а дальше организм проснётся сам.

Сев в постели, нашла позитив в том, что в комнате теперь есть яркие краски: помимо парочки рисунков, которые я приколола к стене кнопкой, у меня теперь есть яркий плед на кровати, новое постельное белье приятного лавандового цвета и, конечно же, удобная одежда для всякой домашней работы.

Похоже, Пётр решил надо мной сжалиться и уже два дня не выпускает меня из дома, оставляя на домашнем хозяйстве. Правда, готовить он мне так и не разрешил. Просто звонит во время своего обеденного перерыва и говорит, что нужно разморозить к ужину или почистить.

Вчера я решила проявить инициативу и приготовила ему освежающий смузи из огурца и киви. Со словами «кошачья блёвань» и «стакан соплей» блюдо дня было безжалостно вылито в раковину.

Только после ванной комнаты и умывания лица холодной водой я спустилась вниз. Непередаваемый кайф, как я теперь поняла для себя, - спуститься утром на первый этаж, почувствовать прохладу свежего летнего воздуха, витающего по дому от открытой двери к окну, и вместе с тем запах только что испеченного хлеба, который Пётр укладывал на белоснежные вафельные полотенца.

Для меня все эти мелочи уже стали магией утра. Казалось, я уже не помнила те дни, когда балдела от запаха яичницы и свежесваренного кофе.

Заметив моё приближение, Пётр уже привычно скользнул взглядом по моей фигуре, слегка зацепившись за края коротких шортов и тонкие бретельки майки.

– И что ты такая блаженная с утра? – вопросил он, хотя при этом, даже на лицо моё ни разу не взглянул ещё.

– Пытаюсь найти положительные стороны в том, что не выспалась. Десятый день недосыпа – мой личный рекорд, - я привычно отщипнула хрустящую корку от хлеба и попрыгала на месте, стараясь остудить обожженные пальцы.

Пётр заметил мои конвульсии и, резко отведя взгляд в сторону, нахмурился:

– Пора бы уже привыкнуть за десять дней, что подъём у нас ранний. Отбой, кстати, тоже.

– Всё равно тяжело, - вздохнула я и заняла своё место на стуле напротив Петра, который теперь отвернулся к кухонному гарнитуру и что-то там колдовал, пока я залипала на движении мышц под загорелой кожей его спины. – А можно мне сегодня в конюшни?

– «Эти» дни кончились, что ли?

Сегодня последний день, но это не его ума дело.

– Просто хочу. Я, всё равно, весь ваш огород прополола, в доме чисто… И мне скучно здесь.

– А в городе прям веселуха? – дёрнул Пётр нервно плечами. Даже не видя его лица, только спину, я понимала, что разозлился.

Что я не так сказала?

– Ну, в городе, хотя бы, можно пойти в кино, в кафе или просто прогуляться по парку с подружками… и охраной. А здесь я даже не знаю, куда идти, кроме леса, в который бегает делать свои дела Найда и теперь ещё Беляш. Кстати, спасибо вам за маленькое окно в калитке для него. Это очень мило с вашей стороны.

– Из-за твоего пердушонка пришлось дырявить собственный забор. Зато хоть дерьмо теперь под ногами не валяется.

Похоже, моя менструация заразна. Кое-кто тоже не в настроении сегодня.

– Петя, беда! – словно из ниоткуда, едва не сорвав шторку от мух с двери, в дом влетела Наталья.

А я думаю, чего мне сегодня не хватало? Её, оказывается.

Но выглядела она странно. Не старалась будто совсем. Платок на голове цветной и слегка выцветший на солнце. Странная растянутая футболка в разводах грязи, штаны с вытянутыми коленками и грязные сапоги.

И дикий потерянный взгляд, полный слёз.

– Что случилось? – напрягся Пётр, сразу повернувшись с ней. Хмуро оглядел её с ног до головы и, кажется, тоже попытался понять, что здесь не так.

– Сын… Серёжка!... в старый колодец… за телёнком! Петя, помоги! – кричала бессвязно женщина, прижимая ладони к груди.

– Успокойся и понятно всё расскажи, - злился Пётр, но вместе с тем развязывал фартук.

– Серёжка мой, сын, прыгнул в старый колодец за нашим теленком, а вылезти не может! – крикнула Наталья, роняя слёзы.

По моей спине пробежался холодный пот. Паника подступила к горлу, и я была готова тоже начать плакать вместе с Натальей.

– Твою мать! – рыкнул Пётр и рванул к вешалке, с которой взял всегда заранее заготовленную футболку и ключи от машины. – Что за колодец? Где?

– В старой деревне, - всхлипывала спешащая за ним Наталья.

– Какого хрена он, вообще, забыл в старой деревне?

– Так теленка домой гнал. Моя Дунька в поле родила…

– Нашла кого за теленком гнать. Пацан только-только первый класс закончил, - ворчал Пётр, выходя из дома. – Васька, - крикнул он, на секунду остановившись. – За хлебом в духовке следи.

– Я с вами, - крикнула я, не желая терпеть возражений. Выключила духовку и, не шнуруя, надела кроссовки, затолкав шнурки вовнутрь.

– Твою мать! – выругался Пётр, недовольно заглянув мне в глаза. – Только попробуй и ты ещё куда-нибудь вляпаться.

Из-за того, что Банзар ещё не приехал на «уазике» с фермы, Петру пришлось выгнать свой лексус и на нём подвезти нас до дороги, через канаву от которой находилась старая деревня. Я часто её видела, проезжая мимо, когда Банзар или Пётр везли меня в конюшни. От бревенчатых домиков здесь почти ничего не осталось, они уже сгнили, осели в землю и обросли травой и мхом. Но сильнее всего в глаза бросалась старая большая печь, которая хоть и была частично разрушена, но оставалась белоснежной.

Сам Пётр, высадив нас, сорвался с места и поехал на свою пилораму за грузовиком с подъёмником и мужиками на тот случай, если понадобится помощь.

Я бежала следом за Натальей и с опаской поглядывала под ноги, боясь, что мы тоже с ней можем провалиться. Но Наталья боялась только за своего сына, к которому нас и привела.

– Серёженька! Серёженька, мама здесь! Сейчас приедет дядя Петя и вытащит тебя! – всхлипывала женщина, встав на колени у края старого обвалившегося колодца, больше похожего на яму.

Я тоже подошла ближе к краю и едва не лишилась рассудка, увидев худенького светловолосого мальчика на дне ямы, глубина которой точно была не меньше пяти метров. Рядом с мальчиком, притянув копыта к пузу, лежал маленький рыжеватый бычок с белыми пятнами и вяло крутил головой, иногда поглядывая вверх.

Честно говоря, когда Наталья сказала про то, что здесь колодец, в моей голове вспыхнула ужасная картина того, как мальчик и теленок тонут в воде. К счастью, всё оказалось совсем не так, но от этого не менее страшно.