Чтение онлайн

Иосиф заставил себя не думать о жене и прислушался. От моста опять доносился треск выстрелов. Он приложил пальцы к шее солдата. «Мертвый, - понял Иосиф и пополз дальше. «Хотя бы не пахнут пока, - подумал Иосиф, - уже не так жарко. А вот болото воняет, конечно».

– Ура!
– раздался крик. Он, приподнявшись, увидел старое, с пятнами пороха, прожженное трехцветное знамя, что развевалось на середине моста.

– За мной!
– велел кто-то звонким голосом. «За мной, мои верные солдаты! В атаку!»

– Я из офицеров никого в лицо не знаю, - усмехнулся Иосиф. «Сидим в госпитальных палатках..., - пуля просвистела рядом с ним. Он, убедившись, что следующий раненый - уже мертв, услышал ропот: «Австрийцы! Австрийцы атаковали!»

Люди прыгали с моста прямо в болото. Совсем рядом с ним шлепнулся какой-то невысокий, легкий юноша, с испачканным кровью и грязью лицом. Иосиф увидел вдалеке австрийские мундиры. Юноша выругался сквозь зубы: «Немедленно всем наверх! Отбить мост сейчас же!»

Юноша поднялся во весь рост, пули захлестали по болоту. Иосиф, сбив его с ног, прикрыл своим телом. Он ощутил, как течет у него по шее кровь. Заведя руку за спину, Иосиф облегченно понял: «Ничего страшного, просто царапина».

Юноша кашлял, ругался, и наконец, высвободился из сильных рук Иосифа: «В атаку!»

– Пойдете, - добродушно сказал Иосиф, бесцеремонно вертя его из стороны в сторону. На измазанном грязью и тиной лице юноши блестели веселые, синие глаза. «Вы вроде не ранены, - Иосиф отпустил его: «Нигде не болит?»

Молодой человек ощупал себя и помотал головой: «Нет. У вас кровь на воротнике. Вы кто такой?»

– Старший врач тридцать второй гренадерской полубригады, капитан Кардозо, - буркнул Иосиф. «Пулей чиркнуло, закончу тут все, - он указал на болото, - и перевяжу».

– Medice, cura te ipsum! – усмехнулся юноша. Кивнув: «Спасибо!», он стал быстро карабкаться наверх, к мосту.

– В атаку! Не останавливаться, ни на шаг, за мной, ребята!
– раздался лихой, звонкий голос. Иосиф, улыбнувшись: «Лейтенант какой-то», - пошел к следующему раненому, по колено, проваливаясь в болото. Он то и дело падал, выжидая, - рядом все еще проносились пули.

Иосиф вышел из госпитальной палатки. Сняв фартук, бросив его на скамью, он с наслаждением потянулся. Над лагерем играл закат, ржали лошади, пахло дымом костров. Иосиф подумал:

– Отбили все-таки австрийские атаки, завтра решающий штурм. Возьмем этот городишко, выйдем во фланг генералу Альвинци и окружим его. Дорога на Венецию будет открыта.

Он похлопал себя по карманам бриджей. Достав портсигар, проводив взглядом санитара, что выносил из палатки таз с горой израненной, кровоточащей плоти, Иосиф поморщился:

– И вправду - мясники. Как во времена Амбруаза Паре, хотя смолой культи уже не заливаем. Что, же делать, если все должно быть быстро? В мирное время, конечно, я бы повозился с тем коленом, попробовал бы достать пулю, восстановить сустав. Хотя как?
– он все стоял, вертя в руках сигару. Заглянув в операционную, Иосиф велел младшему врачу: «Пишите отчет. Я сейчас покурю и вам помогу. Сколько у нас сегодня операций было?»

– Тридцать две, - отозвался лейтенант. Иосиф спросил: «Вы Сорбонну заканчивали?»

– Так точно!
– вытянулся юноша, и покраснел: «Только практики у меня совсем не было, господин капитан».

– Тут ее больше, чем достаточно, - горько усмехнулся Иосиф. Задернув полог, он пробормотал: «Где это кресало, когда оно нужно!»

Он увидел маркитанта с лотком на плече, в суконной куртке, что, стоя к нему спиной, болтал с солдатами. Иосиф свистнул: «Эй, парень, иди сюда».

Это был юноша - с коротко стрижеными, темными, кудрявыми волосами, смуглый, невысокий. Он блеснул зелеными глазами и зачастил: «Табак, игральные карты, зеркальца, ножи….». Иосиф прислушался: «Француз».

– Кресало у тебя есть?
– спросил Иосиф, роясь в кармане в поисках меди. «Этого добра много, - юноша отдал ему кресало. Маркитант едва слышно добавил: «Капитан Кардозо».

Иосиф застыл. Молодой человек улыбнулся: «Не бойтесь. Закурите сигару, и пройдите за палатку. Я вам письма привез».

На задах госпиталя никого не было. Юноша, оглянувшись, вложил ему в руку несколько конвертов:

– Это из Вены и Лондона, - тихо сказал он. «Если хотите написать ответ, - я в лагере буду до завтрашнего утра. Ночую у кухни, зовут меня Жан-Мари. Заодно купите у меня что-нибудь, - юноша усмехнулся.

– А потом?
– непонятно зачем, спросил Иосиф.

Молодой человек только махнул рукой на север: «Письма сожгите, пожалуйста. Надеюсь, вам понятно…»

– Понятно, понятно, - вздохнул Иосиф. «Спасибо, я вас утром найду. Вы осторожней, - велел он.

– Буду, - юноша подхватил лоток, исчезая в сумерках.

– Сразу его увидела, - довольно подумала Мэри. Она весело затянула: «Ножи, табак, зеркала…».

– Джон мне его хорошо описал. Больше мне здесь делать нечего. Надо переходить линию фронта и являться в штаб к Альвинци. Пусть отступает, пока не поздно, иначе его отсюда на телеге с трупами вывезут. Его и всю армию австрийцев. А потом - в Вену. К Рождеству я в Лондон не успею, но все равно, - подарки привезу. Мартину как раз годик будет, - она улыбнулась, вспомнив темноволосого, синеглазого мальчика, что сидел на расстеленной по траве шали.

– У!
– сказал ребенок. Взяв в каждую ручку по деревянной погремушке, Мартин затряс ими.

– А мне дашь?
– Мэри склонила голову набок.

– У!
– Мартин прижал погремушки поближе и недоверчиво посмотрел на нее. «Он очень жадный, - рассеянно отозвалась Марта, просматривая папку с бумагами. В саду было тихо, пахло розами, томно жужжали пчелы. Она покачала носком замшевой туфли:

– Что я тебе могу сказать? Пусть Джон тебя за линию фронта посылает, потому что это, - она похлопала рукой по папке, - сведения не то что из третьих, а из тридцатых рук. Пока своими глазами на французскую армию не посмотришь - ничего не поймете.

– У!
– Мартин, бросив погремушку, потянулся к матери. Марта подхватила его на руки. Спустив с плеча легкое, отделанное кружевами домашнее платье, она дала ребенку грудь.

– У нас есть человек во французской армии, - задумчиво сказала Мэри.

– Не человек, а капитан Иосиф Мендес де Кардозо. Шурин нашего общего знакомого, - отрезала Марта. «Он не станет поставлять никаких сведений, - женщина поморщилась, - это бесчестно».

Мэри подперла подбородок кулаком и задумчиво спросила: «А если он меня рассекретит? Наш общий знакомый, наверняка, захочет письма передать, для семьи. Мне придется встречаться с капитаном Кардозо».

– Придется, - согласилась Марта. «Не волнуйся, Иосиф тебя не выдаст, он понимает, что такое честь».

Мэри грустно накрутила на палец темную прядь: «Волосы стричь надо…, А как же я потом?»

– Пусть тебе Мадлен париков купит, - посоветовала Марта. «Как там девчонки? Наверное, пошли уже?»

– Джоанна пошла, - Мэри перевернулась на спину и посмотрела в спокойное, летнее небо, на белые, пушистые облака. «Вероника опасается еще, она осторожная. Когда я туда вернусь, уже и она пойдет. Спасибо, тетя, - девушка вскочила. «Пойду, оторву Майкла от чертежей. Прокатимся на лодке, посмотрим, как там речной дом строится».